Сергей Мусаниф - Имперская трилогия (Трилогия)

– Не совсем так, но… Да. Способна.

– Это ей, а не Содружеству, требуется уничтожение человечества?

– Да.

– А зачем же эта Сила создала тебя? Зачем ей твой дипломатический визит? К чему ультиматум?

– Сила не имеет никакого отношения к моему созданию. Напротив, мое существование противоречит ее интересам, и именно она стояла за попыткой моей ликвидации и за смертями таких же, как я. Сила не желает вести с человечеством никаких переговоров.

– Тогда кому понадобились эти переговоры? Кто тебя создал?

– Ста… – Тарг замолчал на полуслове.

Поскольку тварь все время разговора оставалась неподвижной и даже не моргала, Клозе забеспокоился не сразу. Он предположил, что тарг просто передумал выдавать информацию. Или подыскивает более точную формулировку.

Прошло несколько минут. Тарг по-прежнему не двигался, сидя на скамье и подпирая стенку.

Чтобы убить время, Клозе ответил на очередной вызов по комму.

– Телеметрия сообщает, что посланник таргов мертв, – сообщил генерал Краснов. – Похоже, переговоры окончены, сэр. Можете выходить оттуда.

ГЛАВА 10

Несмотря на предложение выйти, Клозе остался в камере, послужившей последним пристанищем тарга, и наблюдал, как группа медицинского персонала УИБ старается реанимировать дипломата Чужих. Усилия их оказались тщетны – впрочем, Клозе не заметил, чтобы кто-то из медиков особенно упирался. Тарг и в мертвом состоянии выглядел тошнотворно, и никто не испытывал желания прикасаться к его телу, пусть даже и в перчатках. И это бывалые сотрудники УИБ, способные собрать человека буквально из запчастей. Или, если на то будет приказ их начальника, разобрать этого человека на запчасти.

Насладившись спектаклем, Клозе навестил Краснова в директорском кабинете, затребовал диски с копиями записей беседы, отказался отвечать на вопросы генерала и дал ему разрешение на вскрытие и более детальное исследование Чужого.

Краснов был не тем человеком, с которым Клозе хотелось поделиться своими соображениями. Тем более что генерал доверил ведение войны Тирану и обещал не вмешиваться.

Впрочем, разговаривать с адмиралом Крузом, или адмиралом Добсоном, или адмиралом Рикельми Клозе не собирался тоже. Ему нужен был человек его круга, его поколения, его уровня интеллекта, и совсем не обязательно, чтобы это был человек его пола.

Вернувшись в Букингемский дворец, Клозе оторвал Изабеллу от перманентного чтения отчетов и выдернул Пенелопу с заседания какого-то правительственного комитета.

Запасшись кофе, бутербродами и сигаретами для Тирана, троица заперлась в кабинете Клозе, и он включил запись своей беседы с посланником.

Когда запись кончилась, последовало непродолжительное молчание и просьба повторить.

Он повторил. Потом повторил еще раз.

Четвертой просьбы «Прокрути-ка еще разок» не последовало, впрочем, как и любых других реплик. Молчание грозило затянуться надолго.

Клозе решил набраться терпения, налил себе очередную чашку кофе и закурил очередную сигарету. Когда он тушил в пепельнице окурок, со стороны Пенелопы поступил потрясающий по своей интеллектуальности вопрос:

– Ну?

Клозе принял эстафету глубокомыслия и ответил:

– Ага.

– Видимо, ты уже что-то сообразил, – сказала успевшая его изучить Изабелла. – И собираешься использовать нас как подопытных кроликов, чтобы обкатать свою теорию.

– Не исключено, – сказал Клозе.

– А что обо всем этом думает генерал Краснов?

– Краснов об этом вообще не думает, – сказал Клозе. – Он считает нашу беседу дезинформацией со стороны тарга и полной блажью с моей стороны.

– А тебе не приходило в голову, что Краснов может оказаться прав? – поинтересовалась Пенелопа. – Что это полный бред, единственная цель которого – задурить голову первому лицу Империи?

– Это было бы совсем неинтересно, – сказал Клозе. – Лично я думаю, что парень мне не врал.

– Но он не сказал тебе ничего вразумительного, – заметила Изабелла. – И ты ему в этом подыгрывал, задавая довольно странные вопросы.

– Начнем наше обсуждение с самого простого, – предложил Клозе. – Почему дипломат вообще загнулся?

– Очевидно, сработал ментальный блок, который установили в его сознании, – сказала Изабелла. – Такое довольно часто делают с сотрудниками УИБ, если не хотят, чтобы они распространялись на какую-то конкретную тему. Стоит только парню произнести одно из ключевых слов, и блок его вырубает. Как правило, с фатальными последствиями.

– Значит, дипломат не должен был говорить о том, кто его создал, – сказала Пенелопа. – И что это нам дает?

– Ничего, – признал Клозе. – Это было просто упражнение для ума. Разминка.

– Поверь, он может так изгаляться часами, – доверительно сообщила Пенелопе Изабелла. – Подожди еще немного, и он начнет утверждать превосходство мужского интеллекта над женским.

– Тут и утверждать нечего, – сказал Клозе.

– Ладно, теперь серьезно, – сказала Изабелла. – Эта… этот дипломат сказал, что тарги не являются телепатами, и, видимо, ты ему веришь. Тогда каким образом они общаются между собой на расстоянии? Как координируют свои действия во время боевых действий?

– Никак, – сказал Клозе.

– Ты сам понимаешь, насколько абсурдно твое утверждение?

– Ничуть не абсурдно, – сказал Клозе. – Мы давно уже располагаем множеством фактов, но до сих пор не могли сделать правильного вывода.

– И вот ты его наконец сделал? – ехидно спросила Пенелопа. – Ты оказался не просто самым главным, но и самым умным?

– Мы обнаружили родную планету таргов покинутой, – сказал Клозе, не обращая внимания на шпильку. – После чего долго задавались вопросом, что могло заставить разумную расу поступить столь странным образом. А ответ, как водится, находился в самом вопросе.

Клозе замолчал.

– Предполагается, что сейчас мы должны тебя упрашивать, валяться в ногах, лить слезы и умолять, чтобы ты поделился с нами плодами своей мудрости, – сказала Пенелопа. – Итак, я начинаю. О великий Тиран, одари нас жемчужинами своего интеллекта, пролей свет своего разума на тьму нашего скудоумия… – Она посмотрела на Изабеллу. – Как ты думаешь, нам стоит упасть перед ним ниц и побиться головой об пол?