Фантастика 2025-134 - Ольга Дмитриева

зельем. Перелитый мной в склянку состав он бережно убрал за пазуху. Судя по тому, как смотрели на это мои одногруппники — такое поведение Холмена было высшей похвалой.

После этого я заняла свое место между Эйнаром и Сигмундом. Я сложила руки на коленях и старалась сохранять самое невинное лицо. Парни явно хотели что-то мне сказать, но под бдительным взглядом декана молчали.

После окончания урока оба собирались нарочито медленно, подстраиваясь под меня. Но когда из адептов в классе остались только мы втроем, декан прокашлялся и сказал:

— Леди Скау, останьтесь. Господа Халворсоны, шевелитесь. Надеюсь, твой байланг в загоне, Эйнар?

Лицо парня сначала стало отсутствующим, а потом немного обеспокоенным. Братья вышли, а я повернулась к декану. Что на этот раз?

Холмен выглядел спокойным, и это обнадеживало. Но я помнила, что он не пытался помешать Крону в день моего поступления, и на всякий случай насторожилась. Декан заговорил мягко, отеческим тоном:

— Анна, я понимаю, что происшествие с волосами тебя порядком расстроило. Но я настоятельно рекомендую тебе воздержаться от опрометчивых поступков.

Я похлопала ресницами и заверила его:

— О чем вы, господин Холмен? Это же всего лишь магическая синь. И я применила дезактивирующий состав. Дня через три все смоется.

Декан так странно посмотрел на меня, что я поспешила добавить:

— Я уже совершила достаточно опрометчивых поступков в своей жизни. Отчисление многому меня научило.

Холмен махнул рукой, отпуская меня. Я вылетела из кабинета, пробормотав слова прощания. И за первым же поворотом натолкнулась на Эйнара и Сигмунда.

— Как Котик? — спросила я.

— Он в загоне, — махнул рукой Эйнар.

— Как ты об этом узнал? — нахмурилась я.

Почему-то сразу вспомнилась ночь, слабость, теплая шерсть Свейта под пальцами…

Сигмунд терпеливо пояснил:

— Мы связаны со своими байлангами. Можем обмениваться чувствами и мыслями.

Я тут же вспомнила слова Ледяного. «Ну извини, крыльев у меня нет, и там все замело. Спешил, как мог». Он разговаривал со Свейтом? Значит, все-таки пес позвал его, когда увидел, что мне плохо. И куратор сразу примчался.

В это время заговорил Эйнар:

— Ты знаешь, кто это сделал?

Он выразительно кивнул на мои волосы. Я убедилась, что в коридоре никого нет, кроме нас, и прошептала:

— Ида.

— Она могла, — задумчиво кивнул Сигмунд. — Те из девушек, которым Ледяной отказал при поступлении, сейчас очень злы на тебя.

— Дело не только в поступлении, — отмахнулась я. — Ей взбрело в голову, что мне интересен Чейн. Так что это… маленькое предупреждение, чтобы я оставила его в покое.

Эйнар не удержался и прыснул. Сигмунд изумленно покачал головой:

— Девичья логика мне не всегда доступна. Что будешь делать? Волосы… Ты расстроилась из-за них, да?

— Я зла на Иду и намерена ответить ей тем же, — сказала я. — Дня через три синева сойдет. Ничего страшного, это просто волосы.

— Это не просто волосы, — неожиданно серьезно сказал Эйнар. — на Севере к этому относятся иначе. Это символ чистоты твоей магии. И плевок в лицо всей нашей группе. Если будешь мстить, мы с тобой.

Сначала я хотела отказаться. Но, поразмыслив, все же кивнула. Только предупредила:

— Подождем, пока синева сойдет и все успокоятся. Пусть Ида думает, что ей все сошло с рук.

Парни энергично закивали, и мы отправились на следующий урок. Думать об Иде Эллингбоу и Чейне мне пока не хотелось. Сначала я должна узнать, что там, за стеной. Причем желательно так, чтобы никто не узнал о моем любопытстве.

Правда, подумать об этой парочке пришлось. После окончания занятий я заметила их во дворе. Ида ощупала меня колючим взглядом, но на ее лице проступило разочарование. Когда мы отошли подальше, Эйнар фыркнул:

— Ждала, что ты попытаешься скрыть синеву. Любая девушка с Севера поступила бы именно так. Но не на ту напала.

Я покосилась на разочарованную однокурсницу и заспешила в комнату. Там я установила на столике магическую горелку. Зелье требовало сноровки, и остаток времени до ужина я провела, помешивая снадобье и добавляя нужные компоненты. Наконец, я закутала чашу в одеяло и поставила остывать, а сама умчалась в столовую.

Когда я вернулась, все было готово. Объем приготовленной смеси уменьшился вдвое, и я осторожно подхватила почти холодную колбу. Но все равно пришлось ждать. Нужно, чтобы все уснули и никто не заметил мое вмешательство.

Около полуночи я осторожно выглянула в коридор. Там царила темнота и тишина. Когда я попыталась выскользнуть из комнаты, вдогонку прилетела волна негодования. Меч укоризненно звчкнул.

— Сейчас вернусь, — успокаивающе прошептала я.

На свой клинок я все еще была немного обижена за вчерашнее, хотя на тренировке он слушался меня образцово. На ощупь я прокралась в ванную. Свет вспыхнул, и я медленно подошла к дальней стене. Найти нужный бугорок было делом одной минуты. Я бережно перелила на него густую голубоватую массу и щелкнула пальцами, пробуждая магию. По стене тут же побежали голубые всполохи. Я зачарованно наблюдала за тем, как полосы складываются в замысловатый рисунок. Теперь в центре стены призывно пульсировал круг. Похоже, нужен ключ. Или…

Я протянула руку и ощутила, как магия внутри собирается в тугой комок. Ладонь сама потянулась к стене. Но стоило мне осторожно коснуться пальцами силовых линий, как рисунок начал гаснуть.

— Здесь что-то другое, — пробормотала я. — Знать бы еще что.

Я невольно огляделась и вздрогнула. В этот момент дверь с тихим шорохом отворилась. Я ожидала увидеть на пороге куратора, но вместо этого в проход скользнул мой меч. Безо всяких управляющих жестов клинок завис перед моим лицом.

— Что? — обреченно спросила я. — Да не лезу я туда, не лезу. Видишь, ничего не выходит. Сейчас все погаснет и пойду спать.

Я старалась скрыть разочарование в голосе, но получилось плохо. Еще один бдительный рядом. Куратор дал мне его, чтобы следить за моим благоразумием? В ответ раздался короткий металлический смешок. Черный камень на рукояти Мистивира вспыхнул. А затем стена скрипнула и медленно начала отползать в сторону.

Глава 11

Тайна

Вестейн

Ночь выдалась морозной и ясной. Звезды усыпали небо. Вестейн медленно коснулся магического замка и отворил ворота. Свейт уже стоял у выхода из загона, помахивая хвостом. Пес подставил хозяину морду, и тот начал поглаживать белую шерсть.

После тренировки внутри царила пустота. Вестейн надеялся выбить из головы лишние мысли и дать выход злости, но получилось только второе. Он поднял руку и почесал своего друга за ухом. И после этого нехотя произнес:

— Ладно. Будь по-твоему. Разрешаю тебе приглядывать за ней.

Радость пса была такой яркой, что