Блок - Борис Вячеславович Конофальский

трое. А где ещё два преследователя? Отстали? Если так, то это хорошо.

Он продолжает ждать, снова глядя в прицел на идущего первым. А тот начинает менять направление движения… Это не очень хорошо. Ему придётся ждать ещё немного. И он ждёт… Наконец на склоне появляются и остальные, теперь их пятеро, но последние сильно выдохлись, они далеко от первого. И это хорошо, что они так растянулись.

Триста пятьдесят метров.

«Интересно, Миша уже идёт за моим рюкзаком? Времени прошло уже достаточно».

Он снова заглядывает в оптику. Теперь Андрей Николаевич уже может разглядеть, что у первого преследователя армейская винтовка. Иногда на такие ставят оптику, в общем, ближе этого выносливого парня лучше не подпускать. Теперь идёт он под углом к Горохову, так что придётся стрелять с упреждением. С небольшим. На остальных он пока не обращает внимания. Уполномоченный сильно зажмуривается, а потом несколько раз моргает, чтобы привести мышцы глаза в тонус. Он находит удобное положение для руки, стягивает правую перчатку, заглядывает в прицел, находит цель, взводит курок и не дышит, замирает… А потом как положено, плавно, нажимает на спусковой крючок…

Пахххх…

Глава 13

Горохов точно видел, как дёрнулась пола пыльника у идущего первым. И тот сразу свалился… Но… слишком ловко стал отползать в сторону. И намёка в его движениях не было на то, что он получил хоть какие-то повреждения. Враг сразу нашёл камень, за ним улёгся и подтянул винтовку с рюкзаком к себе. Он делал всё правильно, вот только в горах звук распространяется не так, как на равнине, да и не близко было до источника звука, поэтому преследователь неверно определил место, где скрывался уполномоченный, и лёг за камень неправильно. Теперь Горохов хорошо видел обе его ноги, цель меньше, но зато она статична; он снова взводит курок и на несколько секунд замирает…

Пахххх…

Вот теперь уполномоченный видит, что попал. Враг дёргается от шока и, бросив винтовку, сгибается и хватается за ногу. А потом, толкаясь здоровой ногой, меняет своё положение, заползая за камень так, что Андрей Николаевич его уже почти не видит.

«Молодец, со второго раза сообразил! А что другие?».

Он переводит взгляд чуть ниже… И увиденное его не радует, те двое, что шли за первым, уже нашли себе камень и улеглись за него, и они-то прекрасно поняли, откуда уполномоченный ведёт огонь, так как он смог догадаться, где они, только по их рюкзакам, лежащим рядом с камнем, и тут же ему стало ясно, что они готовят к бою оружие. И у Горохова не было сомнений в том, что оружие это будет посерьёзнее, чем у него. И теперь даже его позиция на небольшой возвышенности, замаскированная кактусами, уже не казалась ему значительным преимуществом. Тем более что тот, кого он ранил, уже, наверное, обрабатывает себя стимуляторами и обезболивающим и вскоре сможет принять бой. То есть по нему, по его укрытию будут вести огонь с двух сторон. А оптика у них, судя по всему, есть у всех, и патронов у этих ребят много. И не следует забывать, что снизу идут ещё двое… Они, конечно, отстали, но в этой ситуации уж поторопятся, наверное… В общем, вывод напрашивался сам собой…

«Надо убираться отсюда! Подняться повыше».

Он очень надеялся, что Шубу-Ухай уже вернулся за его рюкзаком.

«На это у него время было».

Андрей Николаевич, натянув перчатку и надев очки, не стал разворачиваться, а начал пятиться, отползать не поднимаясь, не думая уже ни об иголках кактусов, ни о клещах.

И тут он услышал звучные шлепки… Один, другой… Ещё один… Поначалу он даже не понял, что это, откуда… И только потом знакомые до боли звуки донеслись до него…

Та-та-та-та… Та-та-та…

И перед ним… пуфф… с недолетом метра в три поднялся фонтан грунта с пылью. Это стреляли справа. Стрелял раненый.

«Оклемался, сволочь, теперь бесится, за ногу свою переживает. Наверное, обидно ему».

«Обиженный» не очень прицельно – видно, он не мог видеть уполномоченного – бил просто по местности.

И снова шлепки… На сей раз Горохов понял, что это, когда на него полетели капли сока кактусов и ошмётки их мякоти. И снова чуть запоздалые звуки работы винтовки…

Та-та-та-та…

Но уполномоченный не останавливался; собирая ногами, плечами и боками все иглы, что только мог собрать, он пятился и пятился через поляну кактусов вверх по склону.

И снова… Пуффф

Мощная пуля ударила в землю в паре метров от него, его засыпало песком и мелкими комочками сухого грунта. Это было очень близко, очень…

«Неужели видят? Оптика хорошая или тепловизор?».

И тут же над головой шлепки… И всё те же винтовочные…

Та-та-та-та…

Горохов замирает, жмётся к земле. И снова на него летят капли кактусового сока.

«Вот твари!».

Это были серьёзные люди. Умелые. Они делали всё грамотно, тот, что ранен, просто прижимал его к земле непрестанным винтовочным огнём, а те, что улеглись за камнем снизу, выцеливали его… Уже не понятно, через прицел или через тепловизор, но первый же их выстрел был совсем неплохим.

Вот только у того, что был ранен, магазин должен был уже быть пуст. И тогда Андрей Николаевич, привстав на корточки, но так, чтобы не торчать над кактусами, стал быстро пробираться вверх, к спасительной линии отсечения, той линии, за которой стрелки, занявшие позиции ниже, видеть его уже не будут.

Та…

Одиноко хлопнул выстрел справа, и уполномоченный понял, что теперь раненый будет менять магазин, и уже почти в полный рост бросился вперёд, надеясь на то, что те, кто остались снизу, его через заросли точно видеть не будут.

Через полминуты он уже завалился на небольшой участок горячего песка у камня, как ему казалось, в безопасности. В его теле была целая куча игл кактуса, особенно беспокоило его левое бедро, судя по всему, там игл было несколько, и одна, кажется, вошла весьма глубоко, но он, не обращая внимания на боль и стараясь не думать о клещах, стал перезаряжать револьвер, поглядывая вниз. Горохов хотел потянуть время, чтобы Шубу-Ухай смог унести его рюкзак, а ещё он надеялся ранить кого-нибудь из преследователей. Два раненых из пяти… Это был бы идеальный вариант. Уполномоченный чуть приподнялся и ещё раз заглянул вниз; раненого он видеть не мог, а те двое, которые улеглись за камнем со снайперской винтовкой, так за камнем и сидели, целиться снизу вверх из винтовки с длинным стволом теперь им было неудобно, ребятам пришлось бы поставить оружие на камень, но тогда