Буря стремлений - KAKTUS

второй — это был видимо тот, который огрел меня по голове. И если сначала, я подумал, что меня ударили чем-то вроде молотка, то теперь у меня появились сомнения. Второй был огромным, ростом больше двух метров, а в ширину он был как два долговязых.

И, несмотря на то, что долговязый тоже был высокий, смотря на его подельника, он казался не таким уж и высоким. Потому как, тот на его фоне выглядел просто шкафом. Я посмотрел на его огромные кулаки, и понял, что ему ничего и не понадобилось, чтобы меня так сильно ударить. Его кулаки и так легко справились бы с этим заданием.

— О, ты очнулся, а мы уже заждались, — заговорил своим противным голосом долговязый. — Попробовал уже, небось, применить свою магию? А? Вижу, вижу, по глазам вижу, что пробовал. И как тебе? Не получилось? И не получится. Не смотри на меня такими глазами. Наручники то не простые, а блокирующие. Даже мэтра смогут удержать. Куда уж там тебе, со своими силёнками? Ну ладно, вижу, что ты что-то хочешь спросить, так уж и быть, я сегодня добрый, несмотря на то, что ты мне руку почти сломал. Оказалось, что просто плечо выбил. Ууууу, если бы ты мне руку сломал, то я бы с тобой точно разговаривать не стал, ну ладно, говори, спрашивай, я слушаю.

— Кто вы? Зачем вы меня похитили, и что вам от меня надо? — спросил Лирин.

— Ну, ты глянь на него, а? Кувалда, просто глянь, — обратился он к своему товарищу, но тот промолчал. — Такое холоднокровие, у человека которого похитили. Слушай, а тебя что, уже не в первый раз похищают? Просто такое ледяное спокойствие, будто ты ледышка. Хотя, подожди, ты же льдом в меня пулялся, так может у тебя вместо мозга лёд? — пошутил он, и сам начал неистово смеяться. Отсмеявшись, он продолжил. — Эх, хорошая была шутка, давно я так не смеялся.

— Ты не ответил на мои вопросы, — напомнил ему Лирин, увидев, что тот и не собирается отвечать на его вопросы.

— Ах, точно, точно, прости. Так вот, если отвечать на них, то могу сказать следующее. Во-первых, у тебя есть деньги и небольшой бизнес, мы хотим его забрать себе. А во-вторых, ты одарённый, и, знаешь ли, есть много людей, которые захотят купить себе, такой экземпляр.

— Откуда вы обо всём узнали? Кто вам рассказал?

— А ты у нас любопытный, я посмотрю. Всё ему надо знать, всё расскажи. Ну, хорошо, я расскажу тебе. Ведь я добрый, а тебе скоро придётся ой как не сладко. Кувалда сходи за нашим информатором. Я хочу увидеть эту картину. Его лицо, когда он всё осознает. Мне очень нравится ломать людей, поэтому я уже даже не могу этого дождаться.

Здоровяк кивнул ему и довольно бодрым шагом пошёл прочь со склада. А этот длинноногий принялся дальше разговаривать:

— Ну, вот как ты думаешь? Кто может быть этот человек? Кто тебя настолько хорошо знает? Кому ты всё мог рассказать, не боясь и не утаивая ничего? Кто мог быть этим человеком, как ты думаешь? Приходит кто-то в голову? Появляются мыслишки? О, я вижу по твоему лицу, что ты начал думать. Знаешь, думать это очень даже хорошо, умные люди говорят, что это полезно. Знаешь, вообще я тоже согласен с этим утверждением, глупые люди скучные, с ними неинтересно вести дела. Ну, вот представь, будь ты глупым, то у нас не получилось бы драки, мы бы с тобой так хорошенько не познакомились. И вот сейчас, будь ты не умным, сидел бы и ныл, или плакал, или умолял. А знаешь, как мне надоели эти все нытики и слюнтяи?

Долговязый скорчил мерзкую рожу, словно ему даже противно это говорить, не то, что видеть или слышать. Но почти сразу продолжил:

— Вот он уважаемый человек, с достойной работой, статусом и определённым уважением, а что с ними происходит потом? Правильно, они начинают хныкать, лить слёзы, плакать, умолять, некоторые даже мочатся от страха, в общем, отвратительная картина получается. Но вот ты, ты совершенно другой, знаешь, я тебя даже уважаю. И нет, не за почти сломанную руку, и не за то, что ты сопротивлялся, хотя за это тоже. А то знаешь, некоторых только припугнёшь, и всё, они сразу превращаются в жалкое подобие человека, в слюнявое существо, которое вызывает у меня лишь отвращение. Я восхищаюсь тобой, за то, как ты устроился в жизни. Ты построил свой бизнес, можно сказать с нуля, хотя я, наверное, даже приуменьшаю твои заслуги, не с нуля, а с минуса.

Он сжал указательный и большой пальцы правой руки и опасно близко поднёс к собственному глазу, прикрыв при этом другой.

— Додуматься до такого, в твоём возрасте, знаешь, это много стоит. Взять, вот так просто, и построить свой пусть и небольшой, но всё же бизнес. И знаешь, даже не столько ловко ты запускаешь сосульки, сколько выпускаешь мороженое. Довольно ловко придумано, я бы даже сказал оригинально. Я тебе даже немного завидую. Ты симпатичный, умный, одарённый, точно у девчонок популярностью пользуешься. А? Я прав? Угадал? Или ты по мальчикам? А? А? Ладно, ладно, я шучу. Мне они самому не нравятся. Правда, быть может, ты, поэтому и оказался в такой плачевной ситуации? По глазам вижу, что нравятся девочки.

Говоря это, он совершенно не смотрел на Лирина, наоборот, он прикрыл и второй глаз. Было такое ощущение, что сейчас он задумался о какой-то девушке.

— Так вот, о чём это я? А, точно, что завидую тебе. Знаешь, я бы тоже хотел владеть пусть и небольшим, но всё же даром, я, честно говоря, не знаю, какой у тебя уровень и потенциал, но раз ты наручники до сих пор не разорвал, это значит, что уровень мэтра ты не перерос. Эх, знаешь, хоть я тебе и завидую, но с другой стороны и сожалею. Знаешь, даже немного грустно, что мы с тобой по разные стороны, родились бы мы с тобой в дворянских семьях, глядишь, всё бы по-другому получилось. Представляешь, мы бы с тобой сначала учились в одной школе, там подружились бы, затем стали взрослее, наши пути разошлись бы, мы стали бы учиться в разных вузах, но всё равно оставались бы лучшими друзьями. Ходили бы на светские вечеринки, вокруг нас крутились бы классные девчонки, и мы могли бы по мановению пальца их раздеть. Эх, такие мечты, знаешь, я даже немного прослезился. Такое ощущение, будто за это время мы