Остаться сильным - Олеся Шеллина

рабочее состояние, да и то, с помощью домкрата, — мягко и укоризненно перебила его мадам. — Не надо стесняться своих тайных желаний, у нас строгая конфиденциальность. Иначе зачем вы так напились перед визитом в дом наслаждений?

— Нам нужны девушки! — раздельно чуть ли не слогам ответил Вольф.

— Тогда вам придётся поискать их в другом месте. — Мягкость из голоса исчезла, и мадам сложила руки на груди. — У меня приличное заведение, и я не собираюсь выслушивать от клиентов претензии о том, что мои девушки не на что не способны, тогда как сами клиенты пребывают в таком состоянии, что смогут только с кем-то весьма активным. Я не обслуживаю кого попало, у меня достаточно состоятельных клиентов. — И она, резко развернувшись, вышла из комнаты.

— Я не понял, — Егор потряс головой. — Нам что шлюхи отказали? Опять?

— Это не единственный бордель, найдем получше, — пробормотал Вольф, с трудом поднимаясь с низкого дивана.

Мы побрели на выход поддерживая друг друга. А вот мадам зря так. У нас же хватило мозгов не устраивать скандал, в результате которого нас просто вышвырнули бы отсюда, значит, не всё у нас настолько плачевно.

На улице прямо перед дверью стояла Люсинда, и смотрела на нас, не скрывая злорадства.

— Ну что, хорошо погуляли? Что-то быстро вы, неужели скорострелы?

— А ты откуда здесь взялась? — я прищурился, глядя на Люську.

— Ехала с водителем, раз уж вы не взяли меня в свою компанию, надо же мне было знать, откуда именно вас вытаскивать? — она пожала плечами.

— Это ты дала водителю адрес, — я стукнул себя по лбу. — Знала, что здесь такая принципиальная мадам и решила поглумиться?

— Вам надо больше себя уважать, — серьезно произнесла Люська, которая, похоже, решила нашей дуэньей подрабатывать, на полставки.

— А я при чём? — Егор шагнул к ней и схватил за плечи. — Их вон воспитывай, а меня ты даже не знаешь.

— Отпусти, — спокойно посоветовала Люсинда. — Лучше по-хорошему.

— Нет уж. Ты сделала всё, чтобы испортить мне выходной, и я просто горю желанием доказать тебе, что я не… этот… скоро… ты поняла, в общем, — Егор слегка пошатнулся, но плеч девушки из рук не выпустил.

Люсинда вздохнула, а потом как-то интересно извернулась, я не смог уследить как, у меня зрение не фокусировалось, но в итоге боец, которому мало кто мог что-то противопоставить, лежал в снегу на животе, а Люсинда в этот момент выкручивала ему руку. Да тут был эффект неожиданности и весьма плачевное состояние самого бойца, но это ни о чём не говорило. Уж хрупкой девушке Ушаков даже в таком состоянии не мог дать себя скрутить, рефлексы бы не позволили.

— Покажешь мне потом, как ты это сделала, — сказал я задумчиво, но тут меня отвлек вопль Вольфа.

— Что? Нет-нет, я не занят. Я сейчас буду, — орал он в телефон. А ведь я даже не слышал, как он позвонил. Между тем Вольф, совершенно, похоже, забыв про то, что вообще-то приехал сюда не один, прыгнул в машину и она через три секунды сорвалась с места.

— Я не понял, — помотав головой я посмотрел, как Люсинда помогает встать Ушакову, и даже отряхивает его от снега. — Вы это видели?

— Что мы видели? — хмуро спросил Егор, который немного протрезвел от такой встряски.

— Вольф, скотина, нас бросил. Ему позвонили по телефону, может быть, даже что-то случилось, и он просто умчался в ночь, а нас здесь бросил. — Я моргнул, чувствуя, что стремительно трезвею. Не до конца, конечно, но перед глазами уже не плыло. — И что, вашу мать, нам сейчас делать? Я даже не знаю, где мы находимся.

Глава 10

— Давай подведём итог: нас обломили с однократным сексом, не пустили в несколько клубов, а вот в этом борделе вообще предложили лечь на живот и получать удовольствие. Ну и под занавес Вольф нас здесь бросил, скот. — Я загнул все полагающиеся пальцы и посмотрел на Ушакова. — Ты думаешь, что вот это всё отличное празднование моего выхода из тюрьмы?

— Бабушка в таких случаях говорила, что раз такие препоны стоят, значит, не заслужили вы развлечений, — вместо Ушакова мне ответила Люсинда. — В прошлый раз вам ничто не помешало просто отлично провести время.

— Люсенька, вот ты, лучше сейчас помолчи, — я предостерегающе на неё взглянул. — Что делать-то будем?

Мы замолчали, задумавшись над тем, что на самом деле предпринять.

— Ну что, пешком пойдем? — Егор натянул капюшон своего короткого пальто повыше. На Люсинду он не смотрел. Причем так демонстративно, что мне стало смешно.

— Вот только я не знаю, куда идти, — я оглянулся по сторонам. — Можно, конечно, вернуться, — я кивнул на дверь борделя. — Мы сейчас в достаточной форме, чтобы соответствовать всем требованиям. А Люське купим леденец на палочке. Огромный. Как раз, чтобы на остаток ночи занять.

— Себе купи, — огрызнулась Люсинда. — Я знаю, где мы. Так что, может, пойдём уже…

Она не договорила, потому что из-за угла дома вышли пятеро парней и направились прямо к нам.

— И почему я так и думал, что дело может закончиться именно этим? — я поморщился. Всё-таки я был пьян, как и Ушаков. Реакция была немного нарушена, и в таком состоянии мы могли только убивать.

Вот только Люська о наших способностях в курсе не была. Я ни разу при ней не демонстрировал свои дары, а что там у Егора, и я не знаю. Он даже у Снежиных ни разу дар не призвал, что могло означат только одно — всё шло как надо, без эксцессов и непредвиденных обстоятельств.

— У меня нет оружия. Вы, гады, всё с меня сняли, а Вольф с собой увёз. — Процедил Егор. — Трофеями обзавёлся, скот.

— Какие у тебя дары? — спросил я напрямую.

— Семейный и общая магия. Вот такой я бездарный, — Ушаков криво усмехнулся. Я же вздрогнул. По мне так вполне хватит, а его семейной, чтобы с живой плотью сотворить что-то малоузнаваемое. — Мне нужно оружие.

— Держи, — и Люсинда с вполне серьезным выражением на лице протянула Егору нож. — Надеюсь, ты умеешь с ним обращаться.

За то время, пока мы выясняли, кто из нас на что годен, толпа приблизилась. Один из них, главный заводила вышел вперед, а остальные встали полукругом, взяв нас в полукольцо.

— Огонька не найдется? — нагло спросил заводила, а остальные поддержали его дебильным смехом. Я покачал головой и раскрыл перед его лицом сжатую в кулак ладонь.

Дальше одновременно произошло два события: на моей ладони вспыхнул приличного такого объему файербол, и дико заорал один из бандитов,