Падение летающего города 1. Путь Самирана - Максим Александрович Лагно

и Слуга. Молодой хозяин шутить, смеяться, смех, да, очень.

Произнесла она это таким замогильным голосом, что мне стало неуютно. Мне пришло в голову, что Служанка могла стать служанкой вовсе не по своей воле.

Я ничего не знал об этом мире! Как я собрался жить в нём чужой жизнью?

10. Тайник и пленительные образы

Мы дошли до ванной комнаты. Бассейн наполовину заполнен водой. Потрогал — холодная, как в проруби. Эх, придётся закаливаться…

Служанка подошла к большому сундуку и загремела железной крышкой, отодвигая в сторону. Крышки сундуков в Дивии держались не на петлях, а на одинарных колышках, сдвигаясь в сторону, как люки.

Перегнувшись через край сундука, Служанка вынула охапку поленьев и бросила перед бассейном. Потом присела на корточки и отодвинула круглый люк в полу. Оттуда пахнуло баней и костром.

Побросав дрова в люк, Служанка на минуту вышла, вернулась с горящей палочкой в руках. Снова присела над люком и бросила туда палочку, разжигая огонь.

— Скоро быть тепло вода, — сказала она. — Молодой хозяин ждать.

Ждать пришлось долго.

Служанка несколько раз подбрасывала дрова. Принесла мне новую одежду. Сообщила, что «еда лежать в комнате». А вода только перестала быть ледяной.

Я изнывал от ожидания, когда раздался Внутренний Голос:

«Утолщение Линии Тела, полученное от озарённого мяса, почти затухло».

— Мать твою! Почему ты молчал во время резни в доме Карехи?

«Внутренний Голос равен моральному праву, — сообщил он. — У тебя было самое низкое моральное право среди всех в доме Карехи. Я не мог помочь тебе вспоминать».

Я не в настроении общаться с бессмысленным Внутренним Голосом. И тем более не хотел разбираться в его странных заявлениях.

— А ты можешь умолкнуть?

«Могу. Когда мне снова начать помогать тебе вспоминать?»

— Пока я тебя не позову.

Голос не ответил.

Я потрогал воду — едва тёплая.

Я отодрал прилипшую к телу тунику и бросился в бассейн. Несколько раз нырнул с головой, вода мгновенно стала мутной от крови. Не знаю, имелись ли у дивианцев шампуни и мочалки. Служанки рядом не было. Поэтому просто тёр тело пальцами, стараясь отмыть каждый квадратный сантиметр кожи.

Воспоминания о том, как я барахтался в густой крови и пахнущих дерьмом внутренностях, похожих на кровавую колбасу, вспыхивали в голове, вызывая тошноту.

Тогда я снова нырял и лежал на дне бассейна, словно прячась от кошмаров.

Утром этого дня, когда я стоял на площадке для экипажей, меня распирала уверенность. Я самонадеянно решил, что моя новая жизнь в чужом теле будет разыграна лучше, чем старая в своём теле. Я отчего-то решил, что мой жизненный опыт даст мне преимущества.

Но даже мои знания по истории оказались бессмысленными в этом обществе.

Вообще, откуда мы знаем историю? По рассказам и легендам? Но кто, например, стал бы описывать жизнь рабыни, у которой даже нет имени? Вероятно, слуг и служанок заворачивают в тряпки с ног до головы именно для того, чтобы лишить их образа. Как ранее лишили имени.

Поэтому мы знаем историю только тех, кто приказал сочинить её о себе. Мы читаем о великих правителях прошлого, которые были обыкновенными бандитами и мясными баронами. А великие войны могущественных родов — мафиозными разборками по переделу мясного рынка летающего города.

Мы никогда не узнаем о том, о чём умолчали древние источники информации. Как, например, они умолчали о Дивии. Иначе как объяснить, что о летающей тверди нет упоминаний в серьёзных источниках? Если вообще древних летописцев можно назвать «серьёзными источниками».

Да, в легендах многих народов фигурируют некие земли на небесах. Там жили боги, которые взаимодействовали с жителями нижнего мира. Индийский эпос вообще заполнен небесными замками и летающими колесницами. Я даже вспомнил название — «вимана», воздушный дворец.

Всю свою историю человечество глядело на облака, поражалось их величавым формам и представляло в них некий высший мир.

Но кто же знал, что эти фантазии — правда?

Что летающие колесницы дивианских воинов и в самом деле нападали на нижние царства? Что…

Я снова нырнул. Мои мысли пошли не в ту сторону. Не надо сравнивать мою старую жизнь и эту. Особенно сейчас, когда я ничего не знаю.

Что за озарённое мясо вообще? Что…

Я вынырнул. Опять думаю не о том! Думать надо о том, как встроиться в этот мир? Как не проиграть новую жизнь? Озарённое мясо, быть может, и часть этой жизни, но не ключевая.

Я снова нырнул. Тут же вынырнул и вылез из бассейна. Сделал это нехотя — вода только разогрелась.

Опять не нашёл, чем вытираться. Немного обсох и натянул чистую тунику на влажное тело.

Попробовал повязать на ноги высокую шнуровку сандалий, да бросил — даже таким мелочам нужно учиться! Мне нужно начать с того, с чего начинают дети Дивии — как одеваться, как использовать столовые приборы и каким богам молиться.

Нужна помощь мамы Самирана. Единственного человека, перед которым мне не надо притворяться.

* * *

В той комнате, где вчера обедал с родителями, стоял низенький столик с двумя коробочками еды и кувшином.

— Новой еды нет, — поклонилась Служанка. — Еда, который вчера. Ждать покупки.

— Кстати, а где Мадхури… моя мама?

— Старшая хозяйка ходить на город. Лечить-лечить большой человек, который болеть.

От взгляда на коробочки с пищей меня затошнило. Снова вспомнил, как такие коробочки плавали в лужах крови среди отрубленных рук и пальцев.

Я схватил кувшин с водой и сказал:

— Я что-то не голоден. Пойду в свою комнату.

Комнату нашёл быстро, я уже начинал ориентироваться в хаотичной планировке комнат жилища, в котором не было ни одного прямого угла.

Первым делом выглянул в овальное окно, для чего пришлось отодвинуть закрывающие его гирлянды цветов. Увидел кусок дороги Шестого Кольца. И часть здания с иероглифами «Храм Движения Луны».

Пару раз со свистом пролетели воздушные экипажи. По дороге торопливо прошли четверо слуг. Так же замотаны в тряпки, как и моя Служанка, но другого цвета.

Над всем этим тихим, как бы застывшим пейзажем неправдоподобно сильно и быстро клубились облака, выдавая движение летающей тверди.

Блин, я даже не помню, на какой высоте начинаются облака? А ведь моя девушка упоминала это несколько раз.

Задвинув гирлянды на место, я осмотрел комнату.

Только сейчас отметил, насколько здесь высокий потолок. Метров шесть, не меньше. И он не горизонтальный, а заметной горочкой спускался к стене, в которой проделаны три овальных окна. На том месте, где потолок переходил в стену, начиналось