Ангелы постапокалипсиса: Война (СИ) - Мушинский Олег

— Погоди, погоди, — сказал я. — Давай-ка вернемся к тому моменту, где мы с тобой убиваем демона, с которым не справилась целая рота штурмовиков. Как мы вообще это сделаем?

— Видишь ли, Глаз, — Факел снова пустился в объяснения. — У каждого демона есть слабое место. Когда мы поразим его, он умрет.

— И ты знаешь, где оно? — уточнил я.

— Пока нет, — спокойно ответил Факел.

Мне очень захотелось его придушить. Или как минимум дать по голове прикладом, но тогда непременно с размаху и с разбегу. Чтоб мозги на место встали. Если они, конечно, у него есть. Спас инквизитора, как это ни удивительно, бес.

Он выскочил из-за угла с винтовкой в руках. Низенький, рыжий, в потертой безрукавке с кучей карманов. Мы с бесом заметили друг друга одновременно, и одновременно вскинули оружие. Факел стоял к нему спиной, но по моей реакции понял, что там происходит что-то интересное и первым делом отступил в сторону, дабы не перекрывать мне сектор обстрела, а затем уже обернулся.

Бес выстрелил быстрее. Я — точнее. Его пуля шваркнула по стене. Моя угодила ему аккурат в нос. Бес резко дернул головой и грохнулся на спину. Когда мы с Факелом подбежали к нему, он был мертв.

— Отличный выстрел, — похвалил меня Факел.

Я в ответ лишь машинально кивнул. Да, выстрел хороший, но в нашей ситуации лишний патрон был куда ценнее подстреленного беса.

Улочка, по которой он прибежал, была пустынна, но я сомневался, что это надолго. Винтовка беса валялась на мостовой. Я поднял ее и осмотрел. Скорее всего, бес ее только что подобрал — как правило, оружие у нечисти было в куда менее ухоженном состоянии — но уже успел расстрелять весь боезапас. На нас последний патрон потратил. Я в раздражении пнул его под ребра. Из кармана безрукавки вылетела пара мелких монет.

Под слегка осуждающим взглядом инквизитора я быстро обыскал беса, но ничего интересного на глаза не попалось: наручные часы, яркие дешевые украшения, пара слежавшихся плиток табаку. Бес, должно быть, мародерствовал, когда услышал призыв демона. Отряхивая руки, я поднялся.

— И что ты надеялся найти? — спросил Факел.

— Патроны, — ответил я. — У меня всего два осталось.

— Не густо.

— Совсем не густо.

Я всё-таки забрал винтовку беса, решив, что авось где-нибудь и найду к ней патроны. Всё-таки наша обычная трехлинейка. Факел не спорил. Он указал на руины дальше по улице и сказал:

— Вон там отличная позиция.

Артиллерия разнесла в хлам три дома подряд, превратив их в такие развалины, где сам чёрт ногу сломит. Если нам повезет, то и демон тоже. Пока мы быстро шли туда, то и дело оглядываясь по сторонам, Факел подробно излагал мне суть своего плана:

— Первым делом нам надо определить слабое место демона. Оно у него всегда одно. Тут, Глаз, такая штука: демон настолько сильно привязан к аду, что не может его насовсем покинуть.

— То есть, они тут временно? — спросил я.

— В каком-то смысле, да, — ответил Факел. — Точнее говоря, они тут частично. Одна часть здесь, а другая там.

— Как я заметил, большая часть всё-таки здесь, — сказал я.

— Похоже на то, — согласился Факел. — Хотя пока никто не вернулся из Ада, чтобы рассказать, сколько там еще осталось. Но мы знаем главное! Если эту связь прервать — демон в нашем мире сдохнет.

— И ты знаешь, как ее прервать? — уточнил я, не особо надеясь на положительный ответ.

Факелу удалось меня удивить.

— Да, — уверенно сказал он. — В теле каждого демона содержится особая субстанция. Вещество по простому. Оно всегда серого цвета и обычно похоже на студень.

— Видел такое.

— Где?! — тотчас вскинулся Факел.

— В черепе того демона, которого убил, — ответил я. — Я думал, это его мозг.

— Может и мозг, — Факел сделал паузу, вглядываясь в развалины, потом продолжил: — Но сам по себе череп еще ничего не доказывает. Каждый демон прячет эту дрянь там, где сочтет нужным.

— Прямо как Кощей со своей иглой, — с улыбкой заметил я.

Слева мне почудилось движение. Я быстро оглянулся, вскидывая свою прелесть к плечу, но никого не увидел.

— Похоже на то, — продолжил Факел, когда стало понятно, что тревога на этот раз ложная. — Только эти кощеи вынуждены таскать иголку с собой, и как только они ее теряют — им конец. Они об этом, конечно, знают, поэтому прячут свою иглу как следует. Наша задача ее найти и уничтожить. Ну или хотя бы отделить от тела, но потом лучше всё-таки сжечь.

— Ясно, — сказал я. — Вот, значит, какое слабое место искали штурмовики.

— Да, — отозвался Факел. — На самом деле существует дюжина способов определить, где демон прячет эту свою иглу, но штурмовикам обычно некогда вести долгие наблюдения, поэтому они просто лупят его и по реакции понимают, когда попали по больному месту. Не самый лучший метод, зато самый быстрый. Но это если появился новый демон. Так-то обычно ребята из внешней разведки ведут его и вычисляют, куда бить, а потом уже наводят на него штурмовиков.

— Нашего любителя мертвецов, как я понимаю, никто не вёл, — сказал я.

Факел помотал головой. Мы остановились на перекрестке. Слева лежали сплошные развалины. Домики справа, напротив, сохранились на удивление неплохо, только взрывной волной повыбивало стекла и двери сорвало с петель. Откуда-то сильно тянуло горелым. Я на всякий случай взглянул через прицел. Никого в окнах не заметил.

— Для нас тут появление демонов вообще стало сюрпризом, — негромко сообщил Факел. — Расслабились после удара по Петрограду. Небось, командование уже контрудар планировало. Тут демоны и нагрянули. Если разведчики и успели что-то собрать на них, до инквизиции это знание так и не дошло. Поэтому теперь вся наша надежда только на тебя.

— На меня?!

Я так удивился, что мне даже больше захотелось услышать, как он это объяснит, чем придушить его на месте, благо никто не видит.

— Сам посуди, — предложил мне Факел. — Ты же сражался с этим демоном. Вместе со штурмовиками.

— Но мы так и не нашли его слабое место, — ответил я.

— Вполне возможно, — согласился Факел. — Но что-то вы должны были о нём узнать. Подумай!

Я задумался. Факел не торопил меня. К сожалению, кроме инквизитора был еще и демон, который, напротив, очень торопился к нам. Вдали вновь послышался его рёв, а за ним — грохот. Будто бы здание обрушилось. Не иначе, демон пёр к нам напрямик.

— Ну, он вообще не прятался, — сказал я. — Правая рука, наверное, точно отпадает. У него там щит и он им закрывается.

— И что он им прикрывал? — спросил Факел.

— Морду, — ответил я. — Но не похоже, чтобы он ее сильно берёг.

— Как ты сказал, он вообще себя не берег, — заметил Факел. — А еще что-нибудь, кроме морды, он щитом прикрывал?

Я немного подумал, припоминая, и сказал, что нет.

— Там щит-то, одно название, — пояснил я. — Скорее, веер из складок шкуры. Хотя винтовочные пули он останавливал, а у них вообще-то убойная сила неслабая.

— Ну и зачем демону, который себя не бережет, такая защита, что пулю остановит? — спросил Факел.

— Думаешь, чтобы прикрыть свое слабое место?

— Именно!

Факел просиял так, как, бывало, сиял мой учитель словесности, когда ученик на лету схватывал новый материал. Инквизитор развернулся туда, откуда должен был появиться демон, потом на уцелевшие дома и сказал:

— Тогда у меня сложился такой план. Я спрячусь здесь, на углу, — Факел указал на ближайший к нам дверной проем. — А ты вон там, в руинах, — Он махнул рукой вдоль развалин. — Когда демон появится, ты выстрелишь в него и привлечешь его внимание, а я в этот момент из окна выжгу ему череп.

— А получится?

— Непременно. Горючка у меня освящена не в простой часовенке, а в соборе Петра и Павла.

Он дернул плечом. В баллоне за спиной плеснула горючая жидкость.

— Еще полбаллона осталось, — уверенно сказал Факел. — Этого хватит, чтобы потом и труп спалить.

— Это если мы с головой угадали, — ответил я. — И если он придет один.