Темный Шквал (СИ) - Зеа Рэй Даниэль

— Брось, милая. «Ловцы смерти» никогда не бросают нажитое. Жадность — их слабое место. Так что сказал Орландо?

— Поверил, что Киаран может быть Десницей, — ответила Аудроне.

— Чудесно, — закивала Сюзанна. — Но Орландо не из тех людей, которые просто так верят.

— Киаран был достаточно убедителен.

Сюзанна рассмеялась.

— Значит ты одурачила сначала сынка, а через сынка и папочку?

— Тактика сработала. Орландо не забрал Киарана с собой к эфонцам, а я все еще жива, — Аудроне пригубила несколько глотков и поставила стакан.

Сюзанна встала и услужливо налила «дочери» еще.

— По-моему из нас вышла отличная команда, номер Шестнадцать, — она протянула Аудроне стакан.

— Наверное, — взмахнула руками Аудроне и взяла «добавку».

— Знаешь, что меня беспокоит? — «мать» села и задумчиво прижала палец к подбородку. — Кто подсказал Первому Советнику разыграть такую партию против нас с тобой?

— Я думала, что это ты, — ответила Аудроне.

Сюзанна рассмеялась.

— Дорогая, я бы не стала так тобой рисковать.

— Да что ты! — хохотнула Аудроне.

— Ой, не прибедняйся! Вон сколько хороших дел ты успела натворить за время службы. Грэма Стокса, правда, не стоило убивать, но я простила тебе твою горячность. Зато видишь, как красиво у нас все получается? Свадьба будет шикарной! Орландо сделает всю грязную работу, чтобы спасти жизнь своему сыну. Правящие верхушки полягут. А мы — женщины «Сестринства», выйдем из тени и предложим этому миру главное: покой и благополучие его детей. Что сказать, — Сюзанна мечтательно улыбнулась, — Лала Ли гордилась бы тобой!

— Тебя вполне устроило, что она принесла себя в жертву, — прохрипела Аудроне.

— Думаешь, я желала ей такой участи? — Сюзанна не мигая смотрела на Аудроне. — Лала Ли приняла решение сама. Я не могла перечить матери «Сестринства».

— Ты просто использовала ее, как используешь сейчас меня.

— Все в этом мире кого-то используют, дорогая. Мне нужно пережить чистку в рядах «Сестринства». Очень вовремя Первый Советник решил против тебя заговор сплести. С его помощью я и выпутаюсь. И остальные сестры тоже, те, кто знают, ради чего мы все это делаем. Орландо не упоминал имен членов «Зари»? — невзначай спросила Сюзанна.

— Нет. Ни одного.

— Умный дженериец, — с уважением кивнула Сюзанна и выпила. — Информационный вакуум создан. Потоки информации остановлены. Полагаю, бои у Мельтора были последним крупным сражением в истории этой войны. Думай о мире, о том, ради чего мы все это делаем.

— Для того, чтобы ты создала новый союз планет и вместе с сестрами его возглавила? — Аудроне рассмеялась.

— Я подарю Вселенной мир.

— «Заря» тоже хочет облагородить всех миром.

— Либо мы, либо они, — Сюзанна протянула стакан и чокнулась с Аудроне. — Победит сильнейший!

— Нальешь еще? — попросила Аудроне.

— Ты допей то, что в стакане.

Аудроне залпом осушила его и протянула «матери». Та забрала его и налила атероля на два пальца.

— Как мои близняшки поживают? — Аудроне поджала губы.

— Осталось трое.

— Как это… трое…

— С тобой — четверо, — Сюзанна вложила стакан в руку «дочери». — Самоубийства. Наблюдатели считают, что они вступили в сговор друг с другом. Не мне их осуждать. Жизнь в таких условиях сводит с ума. Ты оказалась более хитрой и проворной. Поэтому ты, мой номер Шестнадцать, здесь, а они там. Радуйся! Такими темпами они поубивают себя сами, и парадокс будет разрешен. Ты останешься одна, моя милая Десница.

— Поскорей бы уже все это закончилось, — охмелевшая Аудроне опять приложилась к спиртному.

— Финал близок. Осталось немного. Расскажи лучше, как твой дженериец в постели? — Сюзанна отставила пустой стакан в сторону.

— Скоро сама узнаешь. Или не узнаешь, — хмыкнула Аудроне.

— Обряд испытания воли придумала не я, дорогая, а Лала Ли. Орвин его не прошел. Джеф в твоей реальности тоже не прошел. К сожалению, моя настоящая дочь как всегда сдалась и отказалась от рисков, но ты другая. Похожа на нее, но все-таки не она. Не пройди ты процедуру армирования тканей — не попала бы сюда. А моя дочь побоялась боли. Поэтому она мертва.

— Дело не в обряде «Сестринства», — ответила Аудроне. — А в том, что ты с особым удовольствием устраиваешь это испытание лично для меня. Лала Ли прекрасно об этом знала и не перечила тебе, потому что верила: лучшая ученица приведет этот мир к успеху.

— Лала Ли не вмешивалась, потому что желала тебе счастья. Как и я. Обряд придуман специально. Мы — сестры — никогда не позволим своим дочерям связывать судьбу с теми, кто не может удержать член в штанах. Это — самое серьезное испытание воли для мужчины. И только достойные наших дочерей могут его преодолеть. Афина Джонс случайно выступила в роли искусительницы, и Киаран справился, хотя, был на грани провала, если честно. Судя по видео, которое я видела, не будь он модельером — точно бы вставил член ей в рот.

Аудроне поморщилась.

— Мой тест посерьезнее жалких приставаний какой-то потаскухи, — продолжала вещать мать. — Не важно, пройдет его Киаран или нет. Вы все равно поженитесь. Но ты, моя дорогая, будешь знать точно, кто делит с тобой постель: кобель или мужчина.

— Я — не одна из сестер, — Аудроне допила атероль и с грохотом поставила стакан на стол. — Но личную жизнь ты мне все равно испоганила!

— Я? — Сюзанна удивленно указала на себя рукой. — Орвин так быстро штаны снял, что я даже сама удивилась! Представляешь, как бы часто он их снимал на стороне? И это говно ты любила? Я тебя умоляю! — «мать» махнула рукой.

— Дело в том, что я убила твоего мужа — кобеля, которого любила ты. Морального урода, который измывался над женщинами, и над тобой тоже. Я избавила мир от него. А ты не смогла мне этого простить. И в «Сестринство» Лала Ли ты вступила после его смерти. Да, успеха добилась, но и меня решила наказывать всю оставшуюся жизнь. Не я сделала из тебя проститутку, «мама». Ты стала ей сама.

— Я не проститутка! — взбеленилась «мать». — Да как ты смеешь!

— Нет, «мама». «Сестры» — все проститутки. И каждая об этом знает. Поэтому существует «священный», — Аудроне показала пальцами кавычки и скривилась, — обряд испытания воли, который, в принципе, ни один мужик пройти не в состоянии. Я знаю ваш жалкий секрет успеха. И понимаю, почему после этого многие «дочери» становятся «сестрами». Вы подталкиваете их к выбору и создаете новое поколение шпионок. Тебя считают эксцентричной эротоманкой? — Аудроне встала и пошатнулась от выпитого. — Это потому, что ты дотрахалась до звания адмирала флота. А будь ты в гареме Императора, драли бы тебя, как всех остальных, и за глаза называли «подстилкой». У «Сестринства» власть? — Аудроне, шатаясь, шла к двери. — Пока у вас ничего нет, кроме меня — Десницы, дочери сразу двух проституток, одна из которых основала гарем, а другая сделала карьеру во флоте.

— Дорогая, по-моему ты перебрала с атеролем! — крикнула в спину Сюзанна.

— Мне можно! Я ведь звездная дочь всего флота! — захохотала Аудроне и покинула каюту матери.

Аудроне медленно плыла по коридору. Периодически ее заносило, и тогда она прижималась к стене, чтобы сохранить равновесие.

Конвоир, которого отправила за ней «мамуля», чтобы дочь не заблудилась по пути из жилого блока «А» в «F», держался в стороне и иногда докучал подсказками о том, куда ей дальше двигаться. Пешком шла долго. Где-то с час.

Увидев знакомый номер жилого блока на стене, Аудроне поняла, что почти добралась до каюты. Она помахала провожавшему, сообщая, что в его услугах больше не нуждается, и открыла дверь.

Любимый уже вернулся. Он лежал на кровати и холодил ее разгоряченное спиртным тело своим прекрасным морозным взглядом.

Аудроне больно ударилась плечом о дверной косяк и завалилась на шкафчики. Кажется, жених выматерился. Он спрыгнул с кровати и остановился перед ней, грозно сложив руки на груди.

— Вы в своем уме, Мэль?