Михаил Баковец - Улей. Игра в кошки-мышки

На этот раз стук ударов пульса в голове, был оглушителен и вызывал сильную боль. Почти также мне было плохо под конец вчерашней гонки с мутантом, по городской улице. Эдак откат словлю и вырублюсь скоро, нужно брать передышку.

Отошёл я всего на несколько метров, когда впереди раздался негромкий вопрос:

- Эй, вы кто такие? Обзовитесь?

Петрович дисциплинированно молчал, целясь в сторону неизвестного, раскрывшего своё укрытие.

- У меня глушитель на винтовке, мне вас свалить – как два пальца! Твари и не услышат даже. Так что, живо назвались!

Голос был мужской и сейчас в нём проскальзывали истеричные нотки.

Я вернулся назад, спрятался за кустом позади напарника и снял маскировку.

- Петрович! Поговори с ним, узнай, что ему нужно и кто таков. Если что, сообщи ему, что палец у тебя на спуске и в любом случае ты успеешь выстрелить и поднять шум.

- Понял, сейчас всё сделаю.

Вновь я исчез из этого мира для всех. Немного пафосно прозвучало, но зато точно описывает ситуацию со мной.

- А ты сам кто? Честные люди не караулят в кустах с глушённой винтовкой! – крикнул Петрович.

- Не ори, придурок! Тут крутой кусач со свитой ходит, - шикнул на него незнакомец. – Шпиг я, на Атлантисе бываю часто, на Угольном и Машковском жил недавно. Теперь ты, и товарища своего кликни, нечего прятаться в кустах, неправильно это. Не муры же вы, какие.

- Так и сам не торопишься показаться честному собранию, - сбавив голос, ответил напарник. – Сам я зовусь Петровичем из Шерстинска, товарищ мой оттуда же, а имя сам у него спрашивай.

- Откуда? Какой Петрович? Кто окрестил?

- Обыкновенный, от папы досталось, мама Николаем назвала. А Шерстинск, это город такой, - заговаривал зубы незнакомцу Петрович, пока я крался к тому месту, откуда звучал голос.

- Чего?! Да вы, мать-иху, новенькие?!

После этих слов кусты точно напротив меня зашуршали, и из них выбрался здоровенный мужик, лишь на голову ниже меня, но в плечах не уступал ни на сантиметр, в цифровом неновом камуфляже, высоких тропических берцах, в балаклаве зелено-коричневой и с болтовой винтовкой, оклеенной маскировочной лентой. На конце ствола оружия, имелся небольшой, размером с сардельку, глушитель. Тут незнакомец не соврал.

- Не стрельни, дурень. Я не враг вам, - сказал он, повесил винтовку на правое плечо и направился к моему напарнику, при этом неосознанно сделав шаг в сторону, обходя меня. – Новичков только муры, да внешники обижают. Честный же рейдер, никогда не тронет, даже поможет, чтобы от Улья заслужить карму.

- Стой там, стрелять буду! – всполошился Петрович и ткнул автоматом в сторону Шпига. – маску сними!

В этот момент, не желая терпеть боль в висках, я скинул маскировку. Ни единого звука я не мог издать, даже не шевелился при этом, но мужик проворно развернулся, скидывая оружие с плеча и направляя его на меня.

- Ты что это? Что задумал?

- Успокойся, Шпиг, ты угадал, что мы новички в Улье. Единственные местные нормальные люди, иммунные, чуть не пристрелили меня, поэтому приходится страховаться.

- Точно новички? – настороженно спросил он, не отводя ствола от моей груди.

- Точнее не бывает. Я тут дней пять. Петрович, всего второй…

- Да, считай, третий уже, - поправил меня тот.

- Третий, - повторил я. – Видел я и мутантов, и иммунных. И те и другие, хотели убить.

- Чудно. Первый раз вижу новичков, которые шарят в местных реалиях и как колобки в сказке: и от дедушки ушел, и от бабушки ушёл. Кто это тебя хотел пристрелить?

- Да не всё ли равно? Может, приняли меня за заражённого, может, помешал в их делах.

- Ну да, это не моё дело. Ладно, - он вернул винтовку на плечо, - давай отойдём в сторонку и поговорим нормально, не тыча друг в дружку стволами и стоя на виду, как три тополя на Плющихе. Двигайте за мной, - и он шагнул в кусты, в которых до нашей встречи прятался, больше не обращая внимания на меня и Петровича.

Через две минуты мы сидели на вершине небольшого холма, неведомыми капризами природы оказавшегося посреди леса. От местной растительности отличался густотой кустарника и возрастом деревьев, те были раза в три толще, чем у подножия. Хватало на холме и бурелома, ям от выворотней и старых, со сгнившей серединой пней. По едва заметной стёжке, Шпиг привёл нас к шалашу или землянке, точнее и сказать не могу, только описать – могучее дерево рухнуло, оставив в земле внушительную яму. А позже, человеческая рука накрыла его невысоким шалашом из жердей и маскировочной сетью, третью сторону, закрывали корявые корни выворотня, четвертая, служила входом.

- Здесь стаб удобно встал, на стыке четырёх кластеров, - пояснил он нам. – Мутанты не лезут, понимают, что поживы здесь не найти. А сверху можно следить за обстановкой и укрыться от перезагрузки.

- Ждёшь перезагрузку, потом мутантов, и бьёшь их ради гороха и споранов? – спросил я.

Тот посмотрел на меня и покачал головой:

- Какие нетипичные новички пошли. Почти во всём угадал, но ошибся в целях: мутанты мне не нужны, а вот хабар с кластера – очень даже.

- Это из-за глушителя. Думал, что спецом поставил, чтобы не привлекать внимание к себе выстрелами.

- Глушитель звук не сильно гасит, но рассеивает и кажется, что стрелок сидит намного дальше. Да и в целом, мне нет резона охотиться на тварей, выход не тот, а риск, выше многократно.

В шалаше места оказалось для двух человек, третьему, даже если всем свернуться калачиком, уже никак не уместиться, поэтому устроились снаружи, прикрытые густыми зарослями со всех сторон.

- Парень, а ты не скажешь, сколько до вашего ближайшего города идти? – спросил у него Петрович.

- Зови меня Шпигом.

- Петрович.

- Забудь про Петровича, - поморщился тот, - старые имена тут не в почёте, даже хуже того, могут не пустить на стаб, или прогнать из команды, если станешь за него цепляться. Улей не любит этого, он всем здесь даёт новую жизнь и новые имена.

- Да где ж его взять-то, мил человек? – удивился мой напарник.

- Ну, - Шпиг смешался, - обычно, новичкам даёт имя кто-то из рейдеров, кто первый их повстречал, или командир группы. Крестным становится.

- То есть, это ты?

- Не, - его собеседник тут же выставил руки вперёд, словно, отгораживаясь от слов человека напротив, - я не стану. Крёстный из меня так-сяк, а я не хочу разозлить Улей, если облажаюсь.

- И где ж тогда нам имена новые раздобыть? – продолжал наседать на него Петрович. – Сам же сказал, что со старыми нас никуда не пустят.

- Вас, как раз и пустят. Новичков стараются не обижать, помогают, если возможность есть.

- А если обидят, то Улей накажет?

- Ты не хохми, дед, - нахмурился Шпиг. – Здесь свои правила и законы, свои условия жизни. Вон муры, не верят ни в бога, ни в чёрта, ни в Улей и потому дохнут пачками. Иногда на ровном месте смерть находят. Под выстрел снайпера, единственные из толпы попадают, подрываются на мине, где перед ними, уже прошли.

- Муры, как понимаю, бандиты всяческие? – поинтересовался Петрович, получив кивок в ответ, продолжил. – Так что ж они с нормальными, э-э, рейдерами ходят по минному полю? Или тут такие законы, что можно и такое? Сегодня он душегубствует, а завтра идет в кабак, и пьёт спокойно пиво с теми, на кого вчера засаду устраивал?

- Не знаешь - не говори. Много здесь всякого народу, за всеми не уследишь, бывает и так, что перекрашиваются всяческие твари. Выдают себя за честного человека и живут рядом со всеми. Пока правда не раскрывается. Или же Улей не накажет.

- Хм, - хмыкнул Петрович.

- Не хмыкай, поживёшь с месяц, и сам всё поймёшь. Если проживёшь, конечно.

Пока эти двое чесали языками, я вертел головой по сторонам и всматривался сквозь просветы зарослей. И кое-что высмотрел.

- Шпиг, а что там за здание белеет впереди?

- Не твоё дело, - отрезал он.

- Как знаешь, - примиряюще произнёс я. – Я просто спросил, в твои дела лезть не собираюсь.

Тот покатал желваки на скулах, потом нехотя ответил:

- Да чего уж там. Караулка стоит от военных складов.

- О как! Шпиг, а что на тех складах? – спросил его Петрович. – И большие они? Может, нам что-то перепадёт?

- Нет там складов, только караулка. И не перепадёт там ничего, после того, как вы стрельбу устроили, - со злости ответил он. – Удивляюсь, как вообще твари на вас не вышли. Там же кусач с лотерейщиком и несколько бегунов крутятся! Слух у них первоклассный, не уши, а прямо локаторы!

Петрович быстро посмотрел на меня, воспользовавшись тем, что наш с ним собеседник машинально посмотрел в сторону караулки, мол, расскажем или промолчим?

- А что в той караулке ценного? Может, мы поможем тебе разобраться с тварями, а ты поделишься? – предложил я.

- Поможете? – развеселился Шпиг. – Да вы прям Твинченки, юмористы хоть куда! Вот не были бы вы новичками – погнал бы я вас, куда подальше из этого места.

- Да не злись, Тарас дело говорит. Нет, так нет, просто, объяснил бы, почему наша помощь тебе не нужна? Или там ценностей, на одного только? Так мы и уйти можем, только скажи куда, - сказал Петрович ему.