Владимир Лошаченко - Наставники

Но Пожарский решил откреститься от подвига.

— Просто повезло. Гранатку кинул, и все бандюки повалились, прям фарт однако.

О том, что он ночью в кромешной тьме умудрился подняться по монастырской стене на пятнадцатиметровую высоту, скромно умолчал. Со стороны все всегда выглядит очень просто.

— Да я, да мы, — духарились некоторые курсанты. Оно все так, да только физдеть не мешки ворочать. У них в группе два парня с наградами, у обоих по медали. Они задавали тон всему коллективу, ходили, выпячивая грудь, и были в большом авторитете.

Сегодня на плацу, когда вся школа увидела Сашкину «Золотую звезду» Героя России, курсанты впали в ступор. Вот тебе и писарь, вот тебе и деревня. Получив медаль на грудь и погоны прапорщика, он гаркнул, отдав честь: «Служу России». Четко развернулся и, чеканя шаг, встал в строй. Возвращаясь, Сашка подмигнул двум медаленосцам и, встав в шеренгу, пробормотал:

— И на груди его могучей одна медаль светилась кучей.

Короткий смешок прокатился по группе — медалисты с покрасневшими ушами были готовы провалиться от стыда.

Сашкина группа за время практики потеряла троих курсантов. Первый погиб от пули снайпера, второй подорвался на растяжке, а третий отправился в «край вечной охоты» только из-за собственного раздолбайства. Небрежно обыскал пленного духа и получил нож под ребро. Конечно, бандита тут же помножили на ноль, но бойца-то не вернешь. Так и получилось, что к финишу на здешнем плацу стояли одиннадцать человек из группы, в остальных двух примерно то же самое.

По окончании учебного центра прапорщик Пожарский получил отпуск двадцать суток, не считая дороги. Три часа самолетом, и он в родном городе. Проезжая на такси Ленинградский мост, в который раз полюбовался красотой осенних кварталов. Бедный Иртыш все мелел и мелел, благодаря руководству последнего совдеповского вождя. Что за идиотизм, повернуть северные реки вспять? Дедушка Брежнев отчебучил в свое время.

— А построить канал Иртыш — Караганда? Поможем братскому казахскому народу в его благородном деле — мелиорации степей! С казахов мелиораторы, что с Сашки балерина. Пролетал он над каналом и видел безобразия, которые там творились. Речка между тем становилась уже и уже, и такими темпами лет через восемь-десять станет вконец несудоходной.

На такой грустной ноте Сашка подъехал к «замку», его никто не встретил, телеграмму о прибытии не посылал. К чему доставлять близким лишние хлопоты.

По пути домой сделал одну остановку — купил два красивых букета роз тетушке и Лани.

На другие подарки у Сашки не хватило фантазии — не представлял, что можно дарить обеспеченным дамам.

Наставникам вез по бутылке коньяка пять звезд «Кизляр». На удивление, Наставники находились дома, не мотались по нефтяным и государственным делам. Как потом оказалось, специально приехали его повидать, поздравить с окончанием разведшколы, ну и, конечно, на его день рождения. Точно, ешкин кот, как он мог забыть, ведь через два дня ему исполняется двадцать два года.

Вечером по-семейному сели в большой столовой, выпили шампанского, женщины пытались закормить Сашку напрочь, кое-как отбился.

Услышал от родичей массу новостей — Иван Степанович поздравил его со вторым миллиардом.

— Заметь, Саша, больше половины депозита лежит в золотых слитках. Золото есть золото — это не бумажки, называемые деньгами. Хлопнет кризис, и одна макулатура в руках.

— Да на кой мне миллиарды? — заметил юноша.

Наставники переглянулись, а затем посмотрели на Сашку, словно на дауна.

Петр Степанович, откашлявшись, попробовал достучаться до юношеских мозгов.

— Тебе нужно жить не только сегодняшним днем. Закончится контракт, вернешься, женишься, детишки пойдут. Ты должен обеспечить семье достойную жизнь? Должен. Обязан дать детям хорошее образование? Обязан. Тогда зачем глупости говоришь?

— Уважаемые Иван Степанович и Петр Степанович, разрешите откровенно?

Мужчины кивнули.

— Я не заработал этих денег, не надо мне чужого.

Наставники округлили глаза.

— О, как!

— Да, вот так, — отрезал юноша.

Мужчины расхохотались.

— Ох и пацан ты еще, Сашка. Помнишь Америку, Лас-Вегас, тогда обули янкесов на сто двадцать четыре миллиона долларов, из них половину выиграл ты. Наш общий выигрыш и стал базой для создания холдинга. Все по-честному, Саша, вся прибыль делится на три части, минус амортизация, расходы на зарплату и развитие производства. Сейчас у нас пятнадцать действующих нефтевышек и восемь газовых, а также два нефтеперерабатывающих завода. Кроме того, открыли в Якутии золотой прииск. Мы надеемся, со временем у тебя мозги встанут на место, а пока держи.

— Что это?

— Платиновая карта имеет хождение только за рубежом. Да, вот тебе сберкнижка, на нее положили немного, пятьдесят лимонов, для расходов в России. Скоро грянет очередной дефолт, вложи эти деньги во что-нибудь стоящее.

Тетушка встряла:

— Саша, тебе нужно построить большой красивый дом с хорошим участком, будет куда привести молодую жену.

Народ оживился, посыпались тосты и пожелания в будущей семейной жизни. Юноша только недовольно бурчал:

— Без меня меня женили.

На другой день, повез тетушку в банк и оформил доверенность. Иногда Сашка на удивление мыслил рационально — пока он служит в ГРУ, его ближние займутся строительством дома и участком.

Тетушка обрадовалась:

— Иван Степанович этим персонально займется, пусть отдохнет от своих северов.

Доставив тетушку домой, решил прокатиться по городу, заглянуть в книжные магазины, а заодно — на базар за молодой свининой на шашлыки.

Сделав все покупки и выйдя из магазина, заметил сидящую на скамье плачущую девушку. Кое-как выяснил у нее причину горя. Оказалось, в магазине вытащили кошелек со всей стипендией, сама она из области, в городе родни нет. Придется залазить в долги. Девушка сокрушалась — в кошельке был студенческий и проездной.

— Вы разрешите помочь вашей беде? Меня, кстати, зовут Саша.

— Лена.

Девушка подняла на Пожарского заплаканные зеленые глаза. «Да она красавица», — пронеслось у него в голове. О чем он простодушно и поведал Лене. Девушка покраснела. Ни фига, значит, не перевелись скромницы в Сибири. То, что на Родине много красивых девушек, Сашка и раньше знал.

— Вы, Лена, хотели что-то купить в магазине?

— Хотела, но не получилось.

— Ничего, сейчас все исправим. И взяв новую знакомую под руку, повел ее в гастроном.

Набив пару пакетов продуктами и дорогими деликатесами, усадил Лену в машину. Поехали, им оказалось по пути, она училась в мединституте на втором курсе. Общага находилась в городке Нефтяников.

Сашка по дороге, остановившись у остановки, купил месячный поездной и отдал его Лене. Та стала отказываться, но он девушку уговорил.

По главной улице города ветерок гонял первые желтые листья. В салоне было тепло и уютно, музыкальный центр издавал негромкую красивую мелодию. Лепота.

Вдруг Лена спросила, постучав пальчиком по торпеде:

— Папина?

Сашка вяло среагировал, обходя троллейбус:

— А-а, нет, моя. Я сирота.

У девушки очередной раз запунцевели щеки.

— Ой, прости, пожалуйста.

Юноша лишь пожал плечами. Остановившись у общежития Љ3, о чем гласила табличка на крыльце здания, Сашка спросил:

— Лена, если у вас есть свободное время, может, покатаемся? Только кое-что домой завезу.

Лена легко согласилась — она сердцем чувствовала, Сашка настоящий. Не обидит, да и понравился, чего уж кривить душой. Кое-как заставив забрать пакеты с продуктами, юноша принялся ждать. Внутренне довольно улыбался — Сашке удалось незаметно положить в карман Лениной куртки пару купюр. Правда, не успел разглядеть каких — ну это не важно. Должно хватить девчонке до конца месяца, тем более в левом кармане мелких бумажек не держал.

Лена появилась на удивление быстро — через полчаса. Не успели отъехать, случился небольшой конфликт — девушка выложила из кармана на торпеду две стодолларовые купюры.

— Зачем вы мне подсунули валюту? Купить хотите? Не выйдет! И Лена помахала перед носом юноши указательным пальчиком.

— Вот честное пионерское, я ни причем. Наверное, валюта из подкладки вывалилась, а может, в автобусе кто-нибудь карман перепутал. Вообще все знают — нашего студента не купишь, потому даже и не предлагают.

— Вы меня за дурочку держите, столько всего нагородили, — возмутилась Лена.

— Леночка, прошу вас, не надо воевать, будем считать, что я вам одолжил. Когда заработаете, после окончания института, отдадите.

После этого девчонка успокоилась и даже взяла деньги.

— Можно ехать? — поинтересовался Сашка.

Девушка важно кивнула — молодые люди не выдержали и расхохотались. Через десять минут юноша остановил машину у ворот «замка». Пригласил Лену войти, но та застеснявшись, отказалась. Тогда Сашка в темпе перетаскал в дом заказанные продукты. На тетушкин вопрос, куда он собрался, честно ответил: