Бездушный - Kornyal Walden

— Он умирает от яда, как остальные? — тихо спросил Малройд, склонившийся над ребенком.

— Да, — я чуть замешкался почему-то с ответом. — Конечно… Красные Пауки всегда вводят его своим жертвам.

Шоргот в принципе способен переработать малую дозу этого яда. Но совсем не большую, полученную в бою. А проведя в таком коконе несколько дней, даже у меня шанса бы не было. Малройд принялся лихорадочно рыться в своем заплечном мешке, извлекая оттуда поочередно кучу мешочков поменьше и склянок. Он принялся почти наугад смешивать их содержимое, иногда пробуя на вкус получившуюся субстанцию. Затем он бережно влил в рот мальчика несколько капель и принялся ждать.

Ребенок издал слабый стон и открыл глаза. Всего на секунду, но Малройд, должно быть, счел это добрым знаком и влил оставшееся содержимое пузырька ему в рот. Затем он перевернул мальчика и, отыскав рану на его спине, через которую Красноглазый Паук, должно быть, ввел свой яд, принялся ее смазывать какой-то мазью. От той, что давали мне в замке, она отличалась крепостью. Запах был куда насыщенней.

Должно быть, поэтому я и не сумел почуять приближение Паука вовремя. Острый и резкий запах мази окутал его логово, отвлекая меня….

Красные Пауки плюются кислотой. Так, чтобы вы знали, вдруг встретитесь. Она же воспламеняется, позволяя им создавать прекрасные потоки пламени, которым я всегда завидовал. Правда, прекрасными считал исключительно на большом расстоянии. Когда такой поток пламени понесся прямиком на меня, я счел его ужасающим. И, естественно, увернулся. В отличие от Дика, что стоял позади меня.

Я что виноват⁈ Откуда мне было знать, что этот не расторопный эльф замешкается и попадет под огонь⁈ К счастью для Дика, удар пришелся по касательной и мгновенно сообразивший, что к чему Малройд, вмешался, защитив его заклинанием. Так что Дик остался жив. Редкое везение при столкновении с Красным Пауком, не находите?

Следующие несколько минут логово Красного Паука оглашалось криками. Преимущественно нашими, хотя пришедший в себя ребенок тоже истошно вопил. К счастью для него, шефство над найденышем взял Тильзан. Он широкий. Гном полукровка попросту задвинул мальчишку себе за спину, а сам укрылся за ближайшим деревом от потоков пламени. Так себе затея, древесина-то, напомню, горит. Но, к счастью, в сыром лесу все загоралось не сразу. Разве что паутина, но тут Паук самому себе только навредил. Нам чем меньше паутины, тем лучше!

— Даммар, ты застрял там⁈ Не хочешь помочь⁈ — заорал Киаварн.

Я с удивлением понял, что ползу в направлении ближайших кустов. С удивлением, потому что от столь крупной и опасной особи не в кустах надо прятаться. А как минимум в хорошей каменной расщелине, такой узкой, чтобы ему на его длинных ногах не пролезть было. И извилистой, чтобы не добралось пламя. А кусты — так. Смешное укрытие.

Обнаружив, что предводитель наемников сражается с пауком чуть ли не в одиночку, я развернулся и проворно пополз к нему. Не столько потому, что хотел спасти Киаварна, сколько потому, что понимал: Красноглазый Паук прикончит нас всех. Сначала убьет тех, кто осмелился с ним сразиться. Потом догонит всех остальных. На то чтобы оплести каждую жертву своей паутиной и сделал ядовитый укол много времени ему не нужно. Так что да нагонит он даже меня. Красноглазые Пауки злопамятные. Если сунулся в его логово, жди беды!

Истошно зарычав, я вцепился в плоть Красноглазого зубами. Попал по ноге. Снаружи мягкой, мохнатой и противно твердой внутри. С отвратительным привкусом. Прежде на Угрюмых Болотах их плоть казалась мне невероятным наслаждением. Это был вкус победы над опаснейшим противником. Даже те Красноглазые Пауки, что были ростом с меня или чуть меньше, представляли собой трудную задачку. А этот… Он был высоченный! Киаварн лишь в прыжке смог дотянуться до его брюха своим мечом! Притом, что предводитель наемников и сам довольно высокий…

Остальные воины присоединились к нам. Даже Тильзан, оставив мальчишку на кого-то из наемников рангом помладше, вылетел из-за деревьев, бешено размахивая секирой. Он всадил ее в ногу Красноглазого Паука и с удивлением понял, что не так-то просто вытащить. Выругавшийся, Тильзан выхватил из-за спины вторую и продолжил орудовать ей, отбиваясь от чудовищной, склонившейся над ним пасти.

Я знал, что надо прятаться. Красноглазые Пауки редко кусают свои жертвы. По крайней мере, подобные особи, прошедшие уже не одну трансформацию. Они дышат огнем и плюются кислотой. Им достаточно. Так что Красноглазый пытался Тильзана перекусить лишь потому, что собирался с силами, чтобы исторгнуть из своих недр очередной поток пламени.

Зарычав еще громче прежнего, я собрался в единый комок, а затем резко спружинил, послав свое тело в полет. Прямиком на морду Красноглазого Паука. Смертельный для шоргота номер. Никогда не пробуйте повторить!

Тварь как раз таки надумала выдохнуть огонь. Я говорил, что шкуры шорготов жароустойчивы? Ну, так вот, не совсем. Но они гораздо прочнее человеческой кожи. Я съежился под потоком пламени, стараясь свести к минимуму ущерб, а затем, извернувшись, вцепился в плоть Красноглазого Паука, чуть пониже его головы. Буквально повис на его шее. Правда, не с объятиями. Я вгрызался в его плоть, наотмашь колотил по нему хвостом. Затем обвился вокруг него, пытаясь удушить и заодно мешая атаковать наемников. Несколько секунд мы бились наедине, не считая людей, путавшихся у него под ногами. Неожиданно Дик послал в один из глаз монстра стрелу. За ней сразу же ударила голубая молния. Малройд… Красноглазому наконец удалось стряхнуть меня. Сразу за этим последовал мощный удар его лапой и я отключился.

Шоргот Даммар, рожденный на Угрюмых Болотах. Обрел душу и окончил свой путь в лесу человеческого мира в бесславной схватке с безмозглым Красноглазым Пауком. Которого можно было просто обойти стороной…

Глава 11

— Дам? Даммар! — меня трясли словно молодое дерево, в надежде полакомиться свежими плодами.

С такой силой, что мое отнюдь не маленькое тело моталось из стороны в стороны. Приоткрыв глаза, я обнаружил склонившихся надо мной Киаварна и Тильзана. Полукровка весьма энергично меня тряс, а Киаварн зачем-то лупил ладонью по морде!

Я оскалился, зарычал от возмущения. Это что еще такое⁈ Стоило сознание потерять и этот жалкий человечишка надумал менять бить⁈

— Руку откушу! — сумрачно предупредил я.

В этом, пожалуй, выразилась вся глубина моей симпатии к Киаварну. Кому-то другому я бы просто откусил. Без предупреждения. Нет, ну что это такое⁈ Какой-то глупый человеческий обычай⁈

Наемник сразу же отдернул руку.

— Извини! —