Дорога в грядущее - Валерий Михайлович Гуминский

видел, не знаю в точности! Возможно, и распределение «радуги» по губерниям тоже его работа. Но если про Поволжье речь идёт, то навряд ли Алдияр на том направлении работает. Казанских воров надо спрашивать. Не-не, сразу говорю, я не вписываюсь в эти дела! Начну мульки кидать с вопросом о «радуге», не доживу до глубокой старости. Не моя это поляна! Точка.

Ферзь ещё и шутить умудрялся, но по его глазам и неуверенным ответам Никита понял, что никакие уговоры не заставят битого жизнью вора влезть в «блудняк».

— И где этого Алдияра искать?

— На Юго-Западном…

— Ты думаешь, я знаю, что это такое? — приподнял бровь Никита.

— Рынок так называется у Объездного тракта. Рынок «Юго-Западный». Туда каждый водила дорогу знает. Скажете — домчат с ветерком. Алдияр любит сидеть в чайхане. Там у него вроде офиса, — Ферзь ухмыльнулся. — Буду рад, если вы ему, господин Старицкий, хвост прижмёте. Больно здорово у вас получается жути нагнать с помощью магических иллюзий.

Никита кивнул, соглашаясь. Пусть все считают, что демоны — порождение магоформ, которые умеют создавать опытные волхвы.

— Ладно, съезжу в гости к этому Алдияру, — он встал, поправил воротник пальто и кивнул на прощание неловко поднявшемуся Ферзю. Вор после бойни, устроенной у Верхотурья, относился к этому человеку с опасливым уважением. Господину Старицкому ничего не стоит пошевелить пальцем — и нет Ферзя. — Ты особо коньяком не увлекайся. Не забывай каждый месяц отчитываться как дела продвигаются. Не обязательно со мной контактировать, можешь через Хирурга.

— Без базара, — кивнул в ответ авторитет, превратившийся в делового человека.

Появившись в Екатеринбурге, Никита со своими личниками провернул тот же трюк с машиной. Они не стали нанимать такси, а взяли в прокат машину. Памятуя, что почти все водители охотно делятся с криминалом мало-мальски интересными слухами, барон Назаров не хотел, чтобы про их четвёрку и появляющихся из ниоткуда жутких демонов знали в городе уже через несколько часов.

— Сейчас в навигатор забьём маршрут и доедем до этого рынка, — сказал Москит, сев за руль. Он сноровисто поколдовал над экранной панелью, и через несколько секунд на ней высветилась зелёная извилистая линия, ведущая к цели.

— А что с казахом делать будем? — поинтересовался Слон, сидя рядом с Никитой. — Крадём, увозим в надёжное местечко, колем до жопы?

— Эффективно, но грубо, — усмехнулся Никита и хлопнул рукой по плечу Москита, чтобы тот не стоял на месте, а уже начал двигаться. — Посмотрим по ситуации.

Машина заурчала и покатилась по дороге к набережной. Вскоре особняк остался где-то за парком. Москит полностью сосредоточился на маршруте, а Никита коротко рассказал личникам, что в его планы не входит грубо накатывать на человека, за которым стоит боеспособная бригада, готовая пойти на любые меры, если затронуты интересы хозяина.

— Никита Анатольевич, никто вам не раскроет имена крупных поставщиков, — вздохнул Слон. — Тут ворюга прав. Были бы мы обыкновенными пронырами, желающими стать распространителями, Алдияр нас через десять минут зарыл бы в землю. Поэтому я за то, чтобы «колоть» его. Вызывайте демонов, они утащат бандита в своё логово, и вы услышите, как поёт клиент.

Слон был прав, и следовало поступить так, как личник и предложил. Не заслуживал враг обходительности и общения на равных. Но сейчас Никита хотел испытать новое боевое и психологическое оружие.

— Москит, сверни в какой-нибудь двор, — попросил Никита, внимательно разглядывая тянущиеся вдоль дороги высотные дома. — Хочу одну манипуляцию провести. От глаз людских подальше.

Лязгун переглянулся с водителем с некоторым недоумением на лице, а Слон даже заёрзал на месте, ожидая от барона каких-либо пояснений. Никита же, сохраняя спокойствие, в душе потешался над парнями. Сейчас они стали похожи на мальчишек, которым обещан сюрприз.

— Знать бы ещё, где такой двор найти, — пробормотал Москит, снижая скорость старенького, но добротно выглядевшего «Рено-Соболя». Увидев отворот от основной дороги куда-то в сторону многоэтажек, протянувшихся вдоль небольшого парка, он решительно направил автомобиль по разбитой асфальтированной полосе, постепенно углубляясь в дебри каменных джунглей.

— Вы сбились с маршрута! — предупреждающе милым женским голосом заявил навигатор.

Между домами мелькнули гаражные постройки, и Лязгун что-то тихо сказал Москиту, ткнув туда пальцем. Своего хозяина он уже изучил достаточно. Если барону взбрело в голову уединиться, значит, и в самом деле возникла потребность в чародействе.

На белый «Рено-Соболь» с пошарпанными боками никто не обратил внимание. Мало ли кто здесь катается. Асфальтированное покрытие исчезло, уступив место накатанной гравийной дороге, огибающей кирпичный высотный дом, построенный с помощью Земной Стихии. Иначе бы возведение подобных жилых комплексов вылилось в копеечку застройщикам, значительно увеличив стоимость квартир. А использовав пять-шесть волхвов с нужным Даром, можно было ставить подобные коробки целыми микрорайонами.

— Кажется, никого, — проговорил Москит, вертя головой. Он снизил скорость, и теперь машина едва ползла между гаражными боксами.

— Давай вон к тому повороту, — Никита заметил между гаражами просвет. — Здесь последний ряд, значит, сзади или пустырь, или гравийка.

Так и вышло. За последними гаражами находилась импровизированная свалка разного хлама, выброшенного автомобилистами из-за ненадобности. Видимо, периодическая чистка своих помещений сводилась к тому, что старые шины, кресла, какие-то ржавые детали, доски, куски застывшего цементного раствора перемещались сюда.

— Остановись, — сказал Никита, заметив более-менее чистый пятачок земли. — Сидите на месте. Я на пару минут.

Он вылез из машины, размялся несколькими энергичными движениями рук и сжал нефритовый медальон. Воздух перед ним сгустился до состояния киселя, окрашенного в багрово-жёлтый цвет, облаком взмыл вверх на несколько метров, приобретая очертания человеческой фигуры, и через мгновение с шелестом развеялся, трансформировавшись в смуглолицую девицу, наряженную в приталенное пальто с милым газовым шарфиком. Неуверенно поправив на голове беретку, Азафа с гримасой отвращения огляделась кругом.

— Что это за грязное и неприятное место, господин? Людям нравиться жить среди хлама и мусора? Какие-то каменные хлева, воняет неприятно. Впрочем, знавала я такие города, целиком построенные по подобию.

— И где это такое ты видела? — критически оглядев джинири с головы до ног, Никита счёл нужным признать, что Азафа выглядит прилично. На пальто — ни единого пятнышка, модные сапожки начищены до блеска, тонкие замшевые перчатки завершают образ незнакомки, на которую должна клюнуть очень крупная рыба.

— Это было давно, лет этак… — Азафа задумалась, — десять тысяч назад. Кучно, грязно, народу много. От того и болезни всякие случались.