Девятнадцать сорок восемь том IV - Сергей Викторович Вишневский

только разделаюсь с делами, я готов к предложению, — ответил парень, положил руки на стол и сплел пальцы. — Но я к вам по другому поводу.

— Да? И какому же?

— Я хочу принять ваше… другое предложение.

— М-м-м-м? — изобразил удивление Громов. — О чем ты говоришь?

— О вашем предложении… заявить права в клане Вешкиных, — произнес Фирс тихим голосом и подался вперед. — Если вы устроите мое поступление в магический университет, я готов на это.

Тут, наконец, у Громова сошлись части пазла в голове, отчего сердце упало в пятки, но мину он держать не перестал. Тихо, почти беззвучно рассмеявшись, он произнес:

— Фирс, ты в своем уме? Как ты себе это представляешь? — произнес Максим Александрович, приподняв одну бровь. — У Вешкиных есть наследник и глава рода. С какой стати тебя кто-то будет слушать?

— Вы… говорили…

— Что я говорил? — приподнял бровь Громов. — Помню, я как-то тебя провоцировал. Проверял, что ты за человек… Но, честно, уж не помню, что тебе наплел. Нужно же было понять, с кем дружит моя несостоявшаяся невеста…

— Вот как… — осторожно произнес Фирс, откинувшись на спинку своего дивана так же внимательно рассматривая собеседника.

— Что? Неужели я про Вешкиных что-то наплел? — изобразил удивление Громов. — Точно помню, что никого не оскорблял.

— Помните, что никого не оскорбляли, но не помните о чем говорили? — наклонил голову Фирс, смотря на Громова.

— Аристократу важно следить за оскорблениями. Это может аукнуться в будущем, — подался вперед Громов, внимательно рассматривая собеседника. Он старался запомнить каждую деталь, каждый волосок, взгляд и даже голос. — Заключить сделку с аристократом, оскорбление которого забыл — крайне чревато. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Фирс.

— Хорошо, что понимаешь, — кивнул Громов и поднялся. — Что же… мне пора. В министерстве еще много дел.

Он достал бумажник и, выудив купюру положил ее на стол.

— Удачи тебе, — кивнул он парню и направился на выход, под его внимательным взглядом.

Выйдя из кафе, он сел в машину и тут же залез рукой под сиденье.

— Куда, Максим Александрович? — спросил водитель.

— Прямо! — рыкнул Громов и выудил из тайника небольшой плоский прямоугольник, больше похожий на магнитик для холодильника.

Достав свой телефон, он сорвал защитную пленку с заготовки и прилепил ее к своему аппарату. Сняв второй защитный слой, он принялся спокойно наблюдать как его телефон превращается сначала в расплавленный комок пластика, стали и стекла, а затем и вовсе в пыль, которую он собрал в пригоршню.

Приоткрыв окно, он выбросил пепел наружу и протянул к водителю руку.

— Дай свой телефон!

Взяв дешевый девайс водителя, он по памяти набрал номер меченного и произнес ледяным тоном:

— Код «След». Третий вариант, — произнес он, тут же сбросил и достал еще один рунный ликвидатор, который нанес на телефон.

Уничтожив и его, он выкинул пепел в окно и взглянул на взволнованного водителя.

— Скажешь сколько за телефон в бухгалтерию, — произнес он.

— Понял, — кивнул тот и спросил: — Все так же? Прямо?

— Нет. Едем в поместье, — отозвался Громов.

Водитель спокойно начал перестраиваться, а аристократ принялся крутить в голове мысли, пытаясь понять, как на него вышли. При этом он то сжимал кулак до хруста, то распрямлял пальцы так, что те начинали дрожать. С каждой секундой страх отступал, а на его место, рыча и мечась из стороны в сторону выползала ярость и злость.

— Сука! Сука! Сука! — выркикнул Громов три раза влепив по сиденью переднего пассажира кулаком.

Водитель, без малейшей эмоции продолжал вести автомобиль.

Машина свернула с просторной улицы на шоссе.

Шум двигателя едва заметно усилился, но авто значительно ускорилось.

На заднем сиденье, с каменным лицом и взглядом убийцы сидел Громов.

Он смотрел вперед, уже прокручивая в голове корректировку планов.

* * *

Громов сидел в своем домашнем любимом кресле.

Однако, если раньше это кресло находилось у журнального столика, где располагалась шкатулка для сигар, то сейчас он пододвинул его поближе к камину. Так, чтобы спокойно ворошить красные угли в нем кочергой.

На нем был мягкий теплых халат, а в руке он держал бокал с ароматным коньяком.

— Максим Александрович? — раздался голос меченного, что вошел в кабинет. — Я рад, что вы не забыли шифровок, но все же… Хотелось бы узнать, что послужило поводом для тревоги.

Громов спокойно повернул голову, оглядел своего тайного помощника и хмыкнул, заметив в его руках два конца переломанной ветки. Одна был с пожелтевшими засохшими листиками, а вот вторая, словно только что сорвана с дерева.

— Телепорт, — задумчиво произнес он.

— В нашем деле, лучше всего перестраховаться. Деньги тут значения не имеют, — произнес он, проходя в кабинет. — Итак. В чем же дело?

— Сидел я тут в кафе и думал, — произнес хозяин кабинета. — Как-то резко мои «компаньоны» начали удила закусывать. Словно… словно вокруг меня что-то происходит. И вот вертел я все, что мог вспомнить в голове и… Не мог найти. Ту самую ниточку, и знаете, что?

— Понятия не имею, — пожал плечами Меченый, усаживаясь во второе кресло.

— И вот, мой взгляд упирается в Фирса. Того простолюдина, что мы хотели посадить на крючок с Вешкиными. Представляешь? Он проходил мимо, как раз в этот самый момент. Заметил меня и приветливо помахал рукой. Вот это совпадение, не так ли?

— Допустим. И что не так?

— Все не так, — хмыкнул Громов. — И то, что он хромал. И то, что я заметил искорку у него на ботинках. К слову, ни разу не дешевых. не так даже то, что я спросил его о нашем разговоре. Причем спросил так, что якобы это происходило. Печать на двери его кофейни. Я предлагал нанести свою и обсуждал с ним возможность открытия кофейни тут, в столице. Якобы мы это уже обсуждали.

— И?

— И он сказал, что помнит об этом, но сейчас слишком занят, — произнес Максим Александрович нагнувшись, и подхватив ручку кочерги, которой мешал угли. Кончик из углей он не доставал.

— Вы хотите сказать, что…

— Это была личина. Артефакт маскировки высшего порядка, — произнес Громов, помешав угли и положив кочергу обратно. — А теперь, давай вспомним, у кого есть подобные артефакты