Экстерминатор - Антон Чернов

меня дурацкая мысль, потому что через секунду обстановка изменилась. В Самсона влетел светящийся перегретой плазмой поток, оставив от него только ноги. Это пушка транспортника (как стационарная крепостная, блин, не бывает такого!) отстрелялась. Вдобавок, картинка от разведчиков перестала поступать, а вот информация о повреждениях — стала, какие-то биотвари…

Которые посыпались и на нас. Последнее, что я увидел в этом вирт-сеансе — это отстреливающегося и отпрыгивающего от щёпольцастой альтовской пакости Андрея. А потом и меня накрыло этой крепостной пушкой.

10. Крысиные гонки

Приходил в себя народ после капсул с физиономиями страдающими и несчастными. Кроме Андрея, хотя у него она была «страдающей и несчастной» и без всякого вирта, по факту поднятия с лежбища. Даже Мила выглядела несчастной, но скорее — сочувствующей.

А дело в том, что тренировка в вирте у всех не первая. И как ругается, говорится и в целом портит нервы мастер-наставник за «проваленное задание», все знали не понаслышке. Хотя и сам факт нашего «слива» в общей несчастности играл роль, но, в основном, народ с опасением ждал головомойку. Вот только её не последовало: осмотрев с садистски-издевательским выражением лица понурившийся отряд, мастер-наставник произнёс:

— Все кроме Керга — свободны! Не захламляйте помещение своими бездарными персонами. Керг — в кабинет. Будем разбирать то, как ты просрал отряд, — обратился он ко мне. — Этих — потом отымеешь, — окинул он рукой начавших оживать ребят. — Можно без смазки, разрешаю. Если будешь в состоянии, — негромко, но так, что каждый услышал, добавил он.

Я аж напрягся, топая за мастером-наставником под сочувственные взгляды отряда. Нет, я всё понимаю: заход был «прикидочно-тренировочным», но мастера-наставники те ещё. Может и правда в мозг отыметь, только пищать и останется.

Зашли мы в небольшой кабинет, где наставник плюхнулся в глубокое кресло, брякнул ноги на стол и уставился на меня. Ничего не говоря, явно не собираясь «иметь без смазки». Уж точно — не «с ходу». Видимо — ждёт вопросов. А вот если они ему не понравятся, тогда… Ну, тут главное — не тупить.

— В сложившейся ситуации было возможно победить? — подумав, задал я вопрос.

— Кхм. Без потерь — нет. С потерями — возможно. Маловероятно, конечно, но… Ознакомься на досуге, — положил он на стол пластинку с данными.

— Понятно, благодарю. А у Самсона с пулемётом — почему?

— А потому, «командир», — с отчётливой издёвкой произнёс наставник, — что у твоего бойца, помимо стандартного молота, работы только с тяжёлым пулемётом на стрельбище. И что мне ему надо было ставить?

— Э-э-э… но мы думаем…

— Вот пока вы, мыслители, «ду-у-умаете», а парень умеет более-менее уверенно обращаться только с балистером, — отрезал он. — Ладно, в целом — как тебе работать с имплантом?

— Неплохо. Но… — замялся я.

— Не слушают? — хмыкнул наставник.

— Подтормаживают, — осторожно поправил я.

— А что ты хотел? На текстовые команды в боевом чате реагировать своевременно — тоже надо учиться. И виртуалка, конечно, поможет. Но я вас тут не поселю. Тренируйтесь в реале, — отрезал он.

— На тренировках как-то…

— Понятно, что «не то». Обратись к коменданту командирских курсов, берите задания.

— Э-э-э… — немного подвис я. — А это кто?

— Ну ты, Керг, болван!

— У меня времени нет, мастер-наставник! Я еле-еле программу курсов догнал, да и то не во всём! — возмутился я, ожидая, что вот сейчас меня и отымеют.

Но не возмутиться — не было никаких сил! Мне реально просто НЕКОГДА разбираться со всем этим было! Ну… были некоторые периоды времени, конечно… Но и отдыхать тоже надо, хоть немного. А то свихнусь же нахрен!

Мастер-наставник выпучил на меня бешено глаза, набрал воздух, покраснел — ну вот-вот начнёт орать и ругаться… И тут выдохнул, продолжив нормальным тоном, без жуткого выражения на физиономии.

— Да, со временем у тебя неважно. И отряда не было. В общем, Керг, комендант — занимается службой бойцов на командирских курсах. Они же полноценные служащие, сержанты, а не курсанты. И задания по помощи полиции, спасателям. То же, что у вас, курсантов, на практике было, только с оплатой и сам выбираешь, пока учишься, надо оно или нет, — пояснил он.

В принципе — логично выходит. Если сержант из сложившегося отряда, и его не расформировали по другим — то им что, весь год ни хрена не делать? Да и «отработка командного взаимодействия», да и деньги, как я понимаю. В общем — логично, а я просто не сталкивался по причине отсутствия отряда.

— А то что у меня курсанты — это нормально? — уточнил я.

— Конечно… нет. Просто это уже не моя, да и не твоя головная боль. Есть комендант, пусть у него голова и болит, — фыркнул наставник. — Ладно, для твоих придурков я тебя достаточно мурыжил. Выходить с несчастной мордой! — в приказном тоне рявкнул он. — И оттрахай своих, чтоб не расслаблялись!

— Слушаюсь, — озвучил я, покидая кабинет.

Ну… чёрт знает, орать на ребят, когда я ЗНАЮ, что они просто неопытные — вроде и несправедливо. Но практика такая везде: не справился — получи втык. Лучше стараться будешь потом. Не знаю, может, и правильно, хотя… На этом я решил не жестить, но слегка по мозгам поездить. Для порядка. А там посмотрим.

Вид сгрудившихся у входа в виртуалку ребят был таким сочувствующим, что я чуть не забил на «вставить фитиль». Но — надо, так что сделав рожу менее несчастной (ну, приказал наставник с такой выходить, куда деваться), сделал я её недовольной:

— Просрали всё, воины фиговы?

— Ну… Это… Мы… — проблеяло фигово воинство вразнобой.

— Р-р-раздолбаи! — кривлялся я с гневным мордасом. — Тренировки! Учёба! Он, — ткнул я в притворяющегося ветошью Андрюху, — проверит!

— А может, не надо? — жалобно пискнул экстропист.

— Надо, Андрей, надо, — сочувственно, но и злорадно ответил я. — А вообще, народ, давайте-ка в пулю. Есть разговор, а возможно — работа.

И потащил всех обсуждать озвученное мастером-наставником. Потому что отряд у нас — «отряд» весьма условно. То есть, до принятия присяги, сам факт «подчинённости», например — сугубо добрая воля ребят. Понятно, что у всех свои причины, и вряд ли меня пошлют, но… Если ходить на задания, даже тренировочные — нужно их согласие.