Новая Инквизиция IV - Михаил Злобин

двери актового зала слетели с петель и рухнули аккурат на раскорячившийся возле них труп учительницы. Парень не понял, чем это по ним так саданули с той стороны, но выглядело, словно их тараном вынесли! А затем, сквозь завесу серой пыли, порог переступила пара массивных фигур в инквизиторском облачении и гигантскими пушками наперевес…

Оба бойца оказались настолько здоровенными, что не могли одновременно войти в широкий дверной проем. Первым вошел самый огромный ликвидатор. Ростом он, наверное, был больше двух метров. Макушка его шлема не задела верхний косяк только потому, что служащий пригнулся. А за ним следом с винтовкой наготове шел напарник. Не такой высокий и широкоплечий, но все равно выглядящий внушительно.

Инквизиторы шагали, заставляя содрогаться своей поступью весь актовый зал. Вяло копошащееся под тяжестью сваленных дверей умертвие, они застрелили мимоходом. Как будто просто прихлопнули муху. Ослепительная вспышка, и от трупа педагога отлетает целый фонтан кроваво-огненных брызг. А потом желтые кресты на шлемах бойцов обратились в сторону Георгия…

Юнец не мог видеть их глаз. Как и не мог ощутить сквозь толщу брони чужих чувств. Но он все равно испугался. Идея встречать инквизиторов в таком виде, вольготно раскинувшись на стуле, больше не казалась Жоре удачной. Хоть парень и понимал, что борцы с нежитью ему ничего не сделают, но…

Сбиваясь с мысли, мальчишка заметил, что здоровенный инквизитор не спешит опускать ствол своего монструозного оружия. И этот факт малолетнего инфестата встревожил настолько, что он отступился от изначального намерения вести себя с ликвидаторами подчеркнуто надменно.

— Эй-эй, не имеете права! — дрожащим голоском проблеял воспитанник детдома. — Я несовершеннолетний!

— Иволга Факелу, — захрипела из динамиков боевого костюма монотонная речь. — Инфестат обнаружен, оказывает сопротивление. Прошу разрешение на устранение.

Что там Иволга ответила Факелу, Георгий слышать не мог. А если б и слышал, то наверняка бы не запомнил. Просто потому что разум мальчишка захлестнула ослепляющая волна паники. Видимо, она и помогла юноше избежать преждевременного знакомства с циркониевым снарядом…

Не совсем контролируя свое тело, Жора засучил ногами, инстинктивно норовя убраться подальше от надвигающейся угрозы. Дергался он слишком активно, а потому ненароком опрокинулся вместе со стулом, на котором сидел. И именно в этот момент мимо него просвистела выпущенная пуля, обдавая лицо легким сквозняком. Она разорвалась где-то позади, озаряя сбитые зрительские ряды белым пламенем, словно фотовспышка. А долей секунды позже по ушам паренька ударила легкая взрывная волна.

— А-а-а! Вы чего-о-о?! — вскричал Георгий тщетно пытаясь отползти. — Не стреляйте! Не имеете права! Задержать! Вы должны меня задержать и доставить на комиссию! Это закон номер четырнадцать, дробь два!

Мальчишка, запутавшись в собственных конечностях, упал, и тут же его настиг тяжеленный ботинок инквизитора. Подошва грубо опустилась на грудь воспитаннику детдома, словно пресс. Жора только крякнул, поскольку под такой чудовищной тяжестью дышать оказалось просто невозможно.

— Людские законы ничтожны, — донесся из-под шлема бесстрастный шепот, искаженный разговорными динамиками. — В то время как божьи истины требуют неукоснительного соблюдения. И было сказано: «Перелом за перелом, око за око, зуб за зуб. Как он сделал повреждение на теле человека, так и ему должно сделать…»

— Нет-нет-нет! — сипло запричитал Георгий, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Вам нельзя! Нельзя! Вы не можете так!

Перепуганный воспитанник повернулся ко второму бойцу, который отстраненно взирал на происходящее и вмешиваться, кажется, не собирался.

— Пожалуйста, уберите его! Вы же свидетель! Вы должны остановить это, иначе…

Инквизиторы дослушивать юношу не стали. Коротко щелкнула винтовка в руках огромной черной фигуры, а в следующее мгновение рядом с головой молодого инфестата разорвался циркониевый снаряд. Он обдал парня раскаленными брызгами полыхающей суспензии. Прекрасная акустика актового зала разнесла и многократно усилила оглушительный вопль заживо сгорающего мальчишки…

Глава 11

Безумная скачка на спине химеры закончилась только утром. Существо остановилось, взрыхлив когтями иссушенную до состояния камня почву будто плугом, а потом услужливо припало на пузо, чтобы ездок мог спуститься.

— Ох, мать-перемать, — кряхтел Изюм с трудом управляясь с затекшим телом. — Всю жопу отбил мне, ирод. Хоть бы седло какое приделал себе на хребет!

Артем лишь презрительно фыркнул, демонстрируя полное пренебрежение к претензии изнеженного товарища. Дождавшись, когда Макс сползет с его шипастого бока, порождение некроэфира легко поднялось на лапы. Оно несколько раз хлестануло хвостом по земле и направилось в сторону аккуратного и ухоженного домика, который посреди мертвой степи смотрелся совершенно чужеродно.

Вероятно, когда-то здесь было целое ранчо. Но засушливый климат и отсутствие регулярных мелиорационных мероприятий сделали эту местность непригодной для сельского хозяйства. Теперь, чтобы вырастить хоть что-нибудь в этом обезвоженном аду, потребуется прорва сил и средств. Никакой фермер таких расходов не потянет…

Пока беглый инквизитор разглядывал одинокое строение, химера успела отдалиться метра на четыре. Потом она остановилась и оглянулась на Макса всем своим видом спрашивая: «Ну ты там скоро?!» Тяжко вздохнув и задавив приступ внутреннего мандража, россиянин с силой помассировал лицо и отправился за приспешником Аида.

Оскверненный некроэфиром сослуживец провел Виноградова вдоль пышных клумб, которые своей яркостью и разнообразием цветов прямо-таки насмехались над монотонной серостью окружающего запустения. Изюм не удержался от улыбки, когда представил гнетуще-мрачного Секирина с лейкой и тяпкой в руках. Но веселье быстро выветрилось, оставив вместо себя только смутную и необъяснимую тревогу.

В конце концов шипастое чудище привело ветерана на небольшой задний дворик. Там Макс просто остолбенел, до глубины души пораженный открывшимся ему зрелищем. Он ожидал увидеть в обиталище Аида что угодно. Грозди оживленных людских голов, вивисекционную лабораторию, ржавые клети с останками замученных пленников, трон из мертвых тел, ну или хотя бы трехметровую пирамиду из черепов. Но вместо этого, взору инквизитора открылась до невероятного безмятежная и идиллистическая картина.

За просторным столом, уставленным запотевшими графинами с соком, фруктовыми нарезками и салатницами, под тенью широкого зонтика, сидел малолетний пацан. Он был едва ли старше одиннадцати или двенадцати лет, но ложкой работал шустро, как оголодавший солдат-срочник. Рядом с ним с поистине королевским достоинством восседала ослепительно красивая молодая женщина. Хотя нет, не такая уж и молодая. По наметившимся возрастным изменениям лица, уместно было предположить, что ей никак не меньше сорока лет. А может и побольше того. Однако сей факт нисколько не портил впечатление от ее эффектной внешности. Даже такой убежденный холостяк как Макс не сдержался и замер с раскрытым ртом, любуясь незнакомкой. Ветерану потребовалась некоторое время чтобы заметить, что на одной руке у нее вместо нескольких пальцев красуются бионические протезы…

Женщина степенно, будто потомственная аристократка, накалывала на вилку маленькие кусочки еды и подносила ко рту. Параллельно с этим она периодически что-то строго высказывала сидящему