Стяжатель - Валерий Михайлович Гуминский

— Купец наш знаменитый, Мирон Иванович Толстопятов. Две мебельные фабрики имеет: в Благовещенске и здесь, в Албазине. Ну и лесозаготовками занимается.

— Моей Юленьке будет о чём поговорить с ним, — рассмеялся Никита и взглянул на подошедшего Ильяса. — Всё в порядке?

— Периметр оцеплен, Никита Анатольевич, можно выводить женщин.

— Знакомьтесь, Георгий Ефремович, — представил соратника волхв. — Начальник кланового боевого крыла, Ильяс Бекешев. На данный момент руководит охраной. Ильяс, это Глава Департамента полиции Албазина. Вам придётся взаимодействовать друг с другом, пока мы здесь.

Мужчины пожали друг другу руки, после чего Астапов жестом показал стоящим неподалёку полицейским, чтобы подгоняли машины к трапу. Откуда-то из-за технических построек выехала вереница микроавтобусов и медленно покатила к самолёту. Сопровождала их полицейская машина, включив проблесковые маячки на крыше. Хорошо, хоть без завывания.

— Пойдёмте, Георгий Ефремович, я вас с жёнами познакомлю, — Никита заметил, что на площадке трапа появилась Тамара, держащая за руки Полину и Мишу. За ней маячил Лязгун со спящим на руках Юркой. Утомился малой за многочасовой перелёт.

— Узнаю Тамару Константиновну, — поправил шляпу Астапов и даже шаг прибавил, чтобы встретить важную гостью. — Похорошела невероятно, и детки ваши чудесные.

Тамара тоже узнала полицмейстера и с улыбкой сошла с трапа на бетонную полосу.

— Дорогой Георгий Ефремович, какая приятная встреча! — она протянула руку, которую Астапов галантно поцеловал. — Надеюсь, мы своим появлением не причинили вам излишние хлопоты?

— Ну, что вы, Тамара Константиновна! Мы очень рады, какие уж тут хлопоты. Правда, пришлось постараться, чтобы журналисты об этом не узнали, иначе ваш отдых превратится в сущий кошмар, — вроде бы пошутил Астапов, но было видно, что ему не хочется взваливать на себя лишние проблемы с пишущей братией, галдящей и беспринципной. — А это…

— Дочь Полина, сын Михаил, — представила детей молодая женщина. — Младший сын Юрий, увы, не может вас поприветствовать. Спит, понимаете ли.

— Здравствуйте, сударь, — девочка изобразила лёгкий книксен, а Мишка сдвинул брови и со всей серьёзностью кивнул.

К тому времени рядом с Тамарой встали Даша с Яриком и Юля. Астапов стал похож на энтомолога, увидевшего редкостные экземпляры бабочек. Он рассыпался в комплиментах, целуя ручки дамам, словно забыв, что не на приёме находится. Наконец, познакомившись с домочадцами и друзьями барона Назарова, вышедшими позже, Глава Департамента полиции показал Никите знак, что пора бы и ехать.

— К сожалению, в моей машине нет места для всего твоего семейства, — смущённо проговорил Астапов. — А одного тебя взять, чтобы поговорить — некрасиво получится. Езжай со своими прелестными супругами. Каков молодец, Никита! Даже чуточку завидно стало.

Никита рассмеялся и в шутку пожурил полицмейстера за эту человеческую слабость. Наконец, суета с рассаживанием в микроавтобусы закончилась, и огромная вереница машин выскочила с территории небольшого аэропорта, в котором могли приземляться только региональные рейсы (именно из-за этого решено было воспользоваться услугами частной компании, иначе бы пришлось лететь в Благовещенск). До Албазина домчались довольно быстро, благодаря солидной охране. Пронеслись по центральным улицам, привлекая горожан необычной для тихого городка кавалькадой, и свернули куда-то к северу.

Помня, где живёт дядя Кондратий, Никита понял, что едут совершенно в другое место. Потянулись новые двухэтажные коттеджи из красного кирпича — вычурные, с башенками и флюгерами, с крышами из цветной металлочерепицы, широкими окнами с плотными шторами и жалюзи.

Купец Толстопятов, кажется, ошалел от наплыва важных гостей и полиции. Мало того, что кавалькада растянулась на всю улицу, так ещё и полиция чуть ли не со всех околотков примчалась. Он вместе с домочадцами стоял в распахнутых настежь воротах, за которыми виднелся большущий двор, замощённый брусчаткой, а сам дом казался невероятно огромным, с двумя этажами, террасой и балкончиками.

Никита на правах главного действующего лица опрокинул в себя чарку водки, угостился караваем с солью и уступил место жёнам. Купеческая семья и вовсе затрепетала, увидев Тамару. Всё-таки не в тайге живут, не лаптем щи хлебают — узнали в ней княжну Меньшикову.

К удивлению Никиты, его старшие жёнушки лихо навернули водочки и закусили караваем. Кроме Юли, конечно. Заметив, что она в положении, её сразу же окружили женщины и девушки, да увели в дом. Ручеяна, молодец, сообразила приставить к ней парочку «валькирий», а сама успокаивающе кивнула волхву, дескать, всё нормально.

Сам «промышленник местного разлива», как пошутил Толстопятов, шестидесятилетний крепкий мужчина с аккуратно подстриженной кучерявой бородкой, долго тряс руку Никиты, изливая свои восторги от такого внимания со стороны столь важного гостя. Кажется, барона Назарова воспринимали как члена императорской семьи из-за Тамары, но возражать по этому поводу волхв не собирался. Если людям так хочется видеть его в этом статусе, не надо их разочаровывать.

Суета и хлопоты по размещению гостей и бойцов клана заняло довольно много времени. Астапов, убедившись, что приезжие довольны приёмом, дал команду полиции снять оцепление.

— Уверен, Никита, что помощь в охране не нужна? — на всякий случай спросил он, стоя у распахнутой двери «Ладоги».

— Да у меня своих людей хватает, — кивнул Никита на Слона и Ильяса, занимающихся распределением постов среди выстроившихся на дворе бойцов. — Справимся.

— Какие планы, не поделишься? — увидев, что к ним направляется Толстопятов, Георгий Ефимович заторопился.

— Мне ещё Барышева навестить надо, а потом в Раздольную хочу рвануть на пару дней, приёмных родителей повидать, — не стал скрывать Никита. — Оттуда обратно в Албазин, закончу кое-какие дела и обратно. Кстати, Георгий Ефремович, не желаете в Петербург перебраться? Поговорю с князем Волынским, он вам обеспечит перевод. Будем жить рядышком, в гости друг к другу ходить…

— Спасибо, Никита, но — нет! — рассмеялся Астапов. — Андрон Иванович мне уже намекал, чтобы я готовился к переезду в Благовещенск. Пока заместителем Директора Амурского Департамента полиции, а через годик-другой займу главное кресло. Барон Волков на пенсию готовится выйти.

— В таком случае, поздравляю с повышением, — искренне обрадовался Никита. — Просьба у меня будет. Надо сопроводить племянниц дяди Кондратия до его дома. Девушки хотят у него остановиться, да с мужьями познакомить.

Астапов скользнул взглядом по стоявшим у одного из микроавтобусов двум молодым парам. Девушек он помнил смутно. Вроде бы рядом с Никитой крутились в те годы две голенастые и тонкие в кости девчушки, племянницы Барышева, а вот поди ж, вымахали в таких красоток.

— Конечно, обеспечим