Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

даже в этом мире обладает такой силой? Откуда ты знаешь его? И почему он уважает тебя и даже не убил после того, как ты затащил его в этот мир против воли, да ещё буквально заставил нам помогать?

— Ого! Сколько вопросов, — протянул я, почесав слипшиеся на затылке волосы. — Даже не знаю, с чего начать. Хотя, как говорят мудрые, надо начинать с начала. Как бы банально ни звучали мои слова, Древний — это писец какое древнее существо, вышедшее из Хаоса ещё задолго до первых богов…

Я принялся вкратце рассказывать богине об осьминогоголовом, что-то утаивая, что-то недоговаривая, но всё же в целом довольно чётко описал как его самого, так и наши с ним отношения.

— И ты после всего этого ему доверяешь? — спросила богиня смерти, удивительно быстро переварив полученную от меня информацию.

— Ну-у-у… частично, — протянул я, покрутив пальцами.

— Значит, и с ним нужно держать в голове то, что он может нас предать?

— Ага.

— Отменная у нас команда, — саркастично дёрнула щекой Марена.

— Самая лучшая, — в тон ей сказал я и услышал дикий крик, раздавшийся на палубе. — Вашу мать, это ещё кто орёт? Люди всё-таки подняли бунт⁈

— Вопль был предсмертным, — авторитетно заявила богиня.

Я сразу выскочил из каюты, едва не навернувшись из-за качки, которая, кажется, стала сильнее. Но всё же удержался на ногах и выбежал на палубу вместе с Мареной.

А там Древний вцепился рукой в горло матросу, приподняв его над досками.

Бедолага судорожно болтал ногами в воздухе, в ужасе уставившись вытаращенными глазами на осьминогоголового. А тот уже глубоко проник щупальцами в раззявленный рот лихорадочно дёргающегося смертного.

И если сказать, что все на палубе оцепенели от страха, то это не сказать ничего. Даже дракончик замер как статуя перед входом в храм китайского императора. Что уж говорить об обычных людях — те будто приросли к доскам, побелев от страха.

Разве что Тахрир, спокойно сложив руки на груди, с явным интересом наблюдала за разворачивающейся под кроваво-красным оком луны драмой, украшенной летящими из-за борта солёными брызгами.

— Древний, ты что, твою душу мать, творишь⁈ — выпалил я, пошире расставив ноги, чтобы качка не свалила меня.

— Ужинает? — чуть ли не с профессиональной точки зрения предположила Тахрир, глядя на осьминоголового, чьи щупальца уже вышли из ушей, носа и глаз смертного. Он вздрогнул в последний раз и обмяк как сдувшийся шарик.

Однако осьминоголовый продолжал держать тело. Его щупальца снова втянулись в несчастного мужчину и начали пульсировать, словно выкачивая из него кровь или какую-то другую субстанцию.

— Отвечай, разорви тебя Хель! — проорал я, сжав пальцы в кулаки.

На лицо мне падали прохладные капли воды, едва не закипающие на разгорячённой яростью коже.

Но Древний не спешил с ответом, а продолжал заниматься своим делом, высасывая свеженький труп изнутри. Кожа мертвеца сперва обвисла, как у старика, а затем и вовсе стала походить на накинутую на вешалку простыню.

В какой-то миг с тела слетели ботинки и сползли штаны, обнажив истончившиеся покрытые татуировками волосатые ноги и тазобедренную кость.

И только после этого осьминогоголовый отпустил уже совершенно пустую оболочку. Та с мягким влажным шлепком рухнула на палубу, освещённую масляными фонарями.

Древний неспешно обернулся ко мне и спокойно произнёс, медленно вытирая щупальца, перепачканные в красной жиже:

— Ты же сам хотел, чтобы я увеличил скорость корабля.

— Да! Но не так же! — взорвался я. — На кой хрен ты его убил⁈

— В теле каждого живого существа имеется крупица магической энергии, — тоном лектора начал Древний, складывая руки за спиной. — Даже у этих бесталанных смертных. А мне необходима энергия для активации атрибута. Хм, может, ты хочешь, чтобы я раскрыл тебе секреты работы с магической энергией живых существ? Ты станешь сильнее и будешь способен творить мощную магию даже в этом мире.

Голос его стал вкрадчивым и скользким, как у хитрого змея, только что уговорившего Еву вкусить запретный плод.

— Нет, не надо мне ничего открывать. Пусть твои секреты и дальше будут закрыты! — резко ответил я, понимая, что осьминогоголовый хочет привязать меня к себе, чтобы потом сделать слугой… или инструментом.

— Что ж, посмотрим, что ты скажешь в будущем, — прошептал он и вскинул перепончатые руки.

Из его пальцев вырвался молочно-белый туман, мгновенно наполнивший паруса ветром. Корабль болезненно скрипнул, вздрогнул всем корпусом и рванул по волнам, как пришпоренный боевой конь.

Что ни говори, а Древний и вправду придумал, как ускорить наше корыто. И теперь этим надо воспользоваться, чтобы смерть несчастного мужчины не прошла даром.

— Капитан! — закричал я, найдя взглядом перепуганного бородача. — Чего ты стоишь⁈ Надо по максимуму использовать ветер! И чтоб наш корабль не утонул ко всем херам!

Капитан несколько раз моргнул, словно выходя из транса, а затем грозно проревел, глядя на своих подчинённых:

— Что замерли, олухи⁈ А ну за дело!

Смертные засуетились и разбежались по кораблю как тараканы, с ужасом поглядывая на Древнего.

А я, борясь с качкой, подошёл к Апофису и свистящим шёпотом сказал:

— Дружище, присматривай за нашей командой. Думаю, после перформанса этого идиота с щупальцами многие смертные попытаются сбежать — на лодках, корытах и на чём угодно, лишь бы подальше от этого монстра.

— Хорошо, — с серьёзным видом кивнул дракончик.

Я похлопал его по чешуйчатой влажной от воды спине и подошёл к Древнему, продолжающему наполнять паруса магическим ветром.

— Слушай, давай впредь ты будешь советоваться со мной, прежде чем решишь кого-нибудь убить… из команды, — поспешно добавил я, прикинув, что ему хватит сарказма и иронии, чтобы в разгар какой-нибудь битвы спросить у меня, может ли он убить того или иного врага.

— Ладно, пусть будет так. Но запомни мою щедрость, — внушительно проронил он, подумав пару мгновений.

— Благодарю, — процедил я сквозь ревущий ветер, почувствовав внутреннее неудобство, ведь Древний вроде как сделал одолжение, согласившись со мной. И я остался обязанным ему.

Поганое, поганое чувство! Я ненавижу быть хоть кому-то обязанным. А здесь и вовсе персонаж, чья душа ошеломительные потёмки!

Впрочем, на сей раз я подавил это раздражающее чувство и двинулся по палубе, хватаясь за фальшборт и снасти, чтобы не упасть от качки. Мой путь лежал к капитану, вставшему у рулевого колеса. Ветер пытался сорвать с него треуголку, но тот придерживал её одной рукой, попутно выкрикивая команды.

— Как у нас идут дела? — спросил я у бородача, когда добрался до него. — Может, попросить Древнего снизить интенсивность ветра? А то у меня ощущение, что корабль может и не выдержать.

— Нет, всё хорошо, я всё контролирую! — проорал он, перекрикивая