Диагноз - Мария Карташева

знакомого. У него пробита голова. – тихо сказала Крис. – Он хороший врач, думаю, такие люди могут быть ценными. – она пожала плечами. – Просто решила сказать.

– А где ты видела? – цепанул её взглядом за лицо мужчина.

– Проходила мимо строения, откуда выводили людей.

– А зачем ты там ходила?

– На мне совсем грязная одежда, – Крис развела руками, показывая себя, – я хотела найти что-нибудь, спросила женщину в столовой.

– Впредь, если тебе что-то нужно, спрашивай напрямую у меня. Ты со мной, значит, ты особенная, – он выдержал паузу, чтобы усилить свои слова, – не нужно спускаться до просьб к обслуге. Ты поняла?

– Да.

Кристина надеялась, что ей показалось, но внутри неё словно дёрнулся нерв, и разлилось странное тепло: она всегда хотела быть особенной и всегда старалась соответствовать этому внутреннему ориентиру, а сейчас вдруг ей напрямую говорят об этом и не нужно самой лезть на глаза, любыми способами заставляя остановить на ней своё внимание.

– Хороший врач? – спросил Алексей Иванович.

– Да. Он раньше и на скорой работал и в терапии.

– Любовник твой? – напрямую спросил мужчина.

– Пф-ф, – неподдельно улыбнулась Крис, – уж точно нет. – твёрдо сказала она. – Просто может быть полезным. Ну, по крайней мере, я так подумала.

Алексей Иванович спустился на одну ступеньку, взял девушку за шею, развернул к себе и потянул за собой внутрь здания.

Мила, издалека наблюдавшая за этой мизансценой, тоже скрылась внутри своей обители, устало присела напротив Аси и тихо проговорила:

– Мой посыльный вернулся, твоего знакомого уже понесли в больницу. Скажи, с вами вместе привезли высокую девушку, я слышала имя Крис, кто она?

– Это с какой стороны посмотреть. – пожала плечами Ася. – Для миллионов идол и законодатель моды, для кого-то неверная жена, а для меня мой личный ад.

– Интересное сочетание. – Мила вздохнула. – Иди отдыхай, у тебя будет своя комната, а это поверь мне ценно, потому что остальные живут в общаге. А там лишь панцирная или деревянная кровать и общий стол.

– Скажите, куда увезли детей?

– Не знаю. Я детей здесь никогда не видела. – Мила покачала головой. – Пойдём.

На пороге послышался шум, в коридор влетела запыхавшаяся Юля и что-то возбуждённо шепнув Миле на ухо, смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

– Останься здесь. – сухо сказала Мила Асе. – Для твоей безопасности лучше никуда не выходить.

Мила быстро накинула пальто, поскользнулась на жидкой грязи у входа и недовольно цыкнув побежала вслед за Юлей, бегущей вперёд прямиком по лужам. Когда девушка с женщиной забежали в огромное помещение, где над полом варились большие клубы пара, а измученные женщины без конца полоскали в больших чанах бельё, то увидели как одна из работниц, взяв огромной ладонью за горло Полину, прислонила её к стене и неразборчиво шептала, периодически шлёпая бледную девочку по лбу.

– Отпусти. – громко сказала Мила.

– Иди, в свой притон и там будешь язык разматывать. А здесь моя зона, я здесь руковожу. Ясно?! – огрызнулась даже не поворачиваясь главная прачка.

– Отпусти ребёнка.

– Эта кобыла здоровая не ребёнок. Мне её распределили, значит, моя. Пусть со всеми горбатится на равных. Я с десяти лет пашу, так пусть и она пахает.

– Пашет. – машинально поправила её Мила. – Немедленно отпусти. Ты забыла прошлый раз? – спросила она и многозначительно замолчала.

Прачка, дёрнув щекой, ещё несколько секунд удерживала девочку, потом, смачно плюнув на пол, отпустила и не оборачиваясь пошла в направлении лестницы, ведущей к небольшой двери, за которой был её крохотный кабинет, где она собственно и жила.

– Спасибо, Мила Михайловна. – шлёпнув мокрой тряпкой по столешнице, проговорила молодая девица с распаренным лицом. – Теперь она нам месяц житья не даст.

– Нет, давайте позволим ребёнка замучить.

– Знаете, я тоже до всего этого, – девушка всплеснула руками, – ребёнком была. А теперь с утра до ночи поласкаюсь в этих тазах и ничего, как-то живу.

– Рима, успокойся. Мы все в одинаковом положении.

– Нет, Мила Михайловна. Я исподнее ваших проституток стираю, а они жрут в три горла и ржут до ночи так, что не уснуть. – злые слёзы брызнули из глаз девушки. – Я спину уже не чувствую, у меня ногти слезают с пальцев, ноги просто деревянные, я устала, я не могу больше. – рыдала она в голос.

– Тише. Тише. – зашикали на неё работницы, но было поздно.

Главная прачка, услышав это, вылетела из кабинета, по дороге подхватила не высохшую простынь и, завязав угол узлом, стала воспитывать жалующуюся девушку, и Миле оставалось только вздохнуть, помочь подняться Полине и увести её подальше. Для Римы она сделать ничего не могла, та посмела залепить пощёчину самому Алексею Ивановичу, а он никогда не прощал своих обидчиков.

Республика Алтай, по дороге к ж/д станции, 20 сентября

Наступающий вечер всё больше чернил пространство, с севера протянулось крыло холодного ветра, неподалёку ломала небосвод канонада грома, и две молчаливые громады грузовиков, застывшие в безмолвии, казались абсолютно чуждыми в этом волнующемся пространстве. Вскоре сквозь шум ветра и хлёсткие удары недавно начавшегося дождя, стал пробиваться механический рокот, и из-за поворота показались две легковые машины. Они остановились неподалёку, некоторое время оттуда никто не выходил, но потом дверцы почти одновременно открылись, и на мокрую дорогу высыпались несколько человек вооружённых автоматами.

– Вроде их грузовики? – смотря в небольшое оконце прибора, отслеживающего маячки, сказал мужчина в защитном костюме болотного цвета.

– Нет, бл…, – рявкнул второй, – тут прям огромная парковка и их грузовики затерялись.

– Чё ты бесишься? – покосился на него третий, одетый в чёрные короткие брюки и растянутую тельняшку. – Нет там вроде никого. Куда могли деться?

– И почему без машин? – развёл руками четвёртый.

– Ну хрен знает, может топливо ёк. Вон смотри, канистра на дороге валяется. Они ж, так-то, к побегу не готовились. – пожал плечами мужик в тельняшке.

– Ладно, пойдём ближе, поглядим.

Мужчины с оружием на изготовку стали медленно продвигаться к грузовикам, как вдруг за их спинами появились бесшумные тени, и возле горла бойца в защитной форме сверкнул клинок.

– Без резких движений и все останутся живы. – шепнул ему на ухо Кудрин и чуть громче добавил. – Пацаны, вы все на прицеле, одно неловкое движение и пойдёте гостить к прародителям. Оно вам надо?

– За нами ещё четыре машины едут, так что советую вам без резких и сдаваться. – прогундосил человек в тельняшке. – Наши ребята церемониться не будут, у нас чёткий приказ, мы сразу уничтожаем непокорных.

– Ну-ка дай сюда, – Кудрин вырвал из рук своего пленника прибор, который отслеживал метки и кинул его подоспевшему Суслику. – Ищи быстро, а мы пока отойдём за пригорок и поболтаем с ребятами.

Суслик с Костей побежали обратно