Джагатай-Хан: Боевой Ястреб Чогориса - Крис Райт

— Я уже сегодня могу дать ему сто творцов погоды. Они снесут для него любую стену, разорвут Галактику на куски.

Есугэй печально улыбнулся:

— Все не так просто. Если бы мы были одни в Империуме, то обходились бы без дискуссий, но мы не одни. У Кагана есть братья, и на него издалека взирает Золотая Терра. Подобное нельзя не учитывать. — Воины подошли к дверям, и мутная завеса благовоний на миг пахнула особенно едко. — Один из примархов, зовущий себя Повелителем Смерти, возглавляет легион беспощадных бойцов, которые не уступают в стойкости никому из отпрысков Трона. Я изучил его доктрину со стороны. Кое — что меня восхитило, прочее внушило отвращение. Думаю, он ущербен, но это не имеет значения: мы все так или иначе ущербны, а эффективность его действий не вызывает сомнений.

Наранбаатар внимательно слушал.

— Он запретил чернокнижие в своем войске, — продолжил Таргутай. — Полностью искоренил. У него есть последователи в высоких собраниях Терры, и влиятельные офицеры Имперской Армии выступают в его поддержку. Такому не следует удивляться, ведь в том и состоит идея Объединения. Мы здесь изгои.

— Это лишь один легион.

— Есть и другие. Волки Фенриса… впрочем, я не совсем понимаю их позицию, ведь ходят слухи, что среди них встречаются личности с даром. Список растет. И, хотя мы стремимся к обособленности, нам предстоит однажды биться совместно с каждым из этих воинств.

Протеже Есугэя обернулся и посмотрел, как инструкторы на тренировочной площадке проверяют возможности другого послушника. Воздух снова зашипел — его составляющие подвергались непереносимому напору энергий, высвобожденных с другой стороны завесы.

— Мы никогда не искали одобрения посторонних, — сказал он.

— Эти разногласия нужно уладить.

— Нет, проигнорировать, — покачал головой Наранбаатар. — Пусть обойдут нас стороной.

— Возможно. Не удивлюсь, если Хан так и распорядится. — Таргутай явно задумался. — Но если мы получим численный перевес, то сумеем сохранить все. Вот что важно сейчас, и вот почему он возвращается.

Молодой провидец поразмыслил над этим. До них доносились заклинания призыва, которые произносил следующий аколит из длинной очереди. Как и в прошлые тысячелетия на Чогорисе, юноши изучали, оттачивали, дополняли методы творения погоды.

— Что же, — наконец произнес Наранбаатар, — примарх встретится с этим Повелителем Смерти?

— Только если придется.

— Но он важен для дела, иначе бы ты его не упомянул.

— Я не знаю, правда. — Есугэй вновь повернулся к двери, и его лицо пересекла тень от притолоки. — Мы сплетаем бури, а не читаем будущее. Да и кто ведает по-настоящему? Может, ответ неважен, а может, от него зависит всё.

Таргутай переступил порог, и помощник шагнул следом, иронично улыбаясь.

— Как всегда, однозначно и убедительно, — заметил он.

8

Через два дня на орбиту Чогориса вышла «Буря мечей». И не одна — с ней прибыл «Чин-Зар», корабль Хасика, в сопровождении полудюжины менее крупных звездолетов. Крестовый поход достиг апогея, а потому Белые Шрамы, как и почти все прочие легионы, стали получать больше воинов и заданий. Вслед за тем, как выросло количество тактических группировок Хана, неизбежно увеличился в размерах и подчиненный ему флот.

То были славные годы. Император уже отыскал большинство своих сынов и передал им командование Его разрозненными армиями. Владения людей расширялись стремительнее, чем когда — либо. Кузницы в сотне миров Механикума едва успевали снабжать воинства Империума необходимыми боеприпасами, не упоминая уже о космолетах, доспехах и вооружении. Известная Галактика — некогда практически неизведанное логово ужасов — быстро превращалась в царство человечества, покоряясь его несравненным технологиям, военной организации и живой силе. Планета за планетой сдавались, покрывались укреплениями, приходили к Согласию и начинали приносить пользу.

Белые Шрамы играли свою роль в процессе. Пожалуй, они всякий раз чуть опережали союзников, выбирая кампании, где им предстояло странствовать на огромном расстоянии от основных зон командования и управления. Пятый легион неизменно обгонял неуклюжие экспедиционные флоты, рьяно желая проложить новые тропы в далекой пустоте. Как правило, бойцы Кагана сражались в одиночку, ввиду чего прослыли своенравными или отчужденными. Также они заработали схожую репутацию ненадежных воинов, особенно у чиновников из верхних эшелонов Администратума. Хотя с Терры то и дело отправляли эмиссаров, призванных улучшить отношения с самым раздражающим из примархов, немногие из послов сумели добраться до Хана, не говоря уже о том, чтобы выполнить задание. Да и разве могли они рассчитывать на успех в погоне за армией диких всадников, что получила в дар одни из лучших кораблей Империума и всеми способами упрямо сопротивлялась попыткам управлять ею из центра, от которого всегда находилась на огромном удалении?

Так или иначе, новые миры один за другим валились в подставленные ладони Администратума. Завоевания шли такими темпами, что в боевых флотах начали обсуждать, чем займутся воины после того, как истребят всех ксеносов. Даже люди, считавшие такую перспективу немыслимой, отмечали перемены в общем настрое кампании. Им казалось, что выживание человечества теперь обеспечено, и Император, возлюбленный всеми, наверняка в определенный момент объявит о переходе к новому этапу Его замысла, но то, в какой форме это произойдет, известно лишь Его приближенным министрам на Терре.

При таких обстоятельствах владыка Пятого легиона вернулся в родной мир впервые за долгие годы.

Истерзанное бурями солнце скрывалось за горизонтом к западу от Хум-Карты. Со стен Цюань Чжоу свисали триумфальные знамена, и каллиграфически выведенные символы на каждом из них обозначали уничтоженную планету или цивилизацию. Забальзамированные головы чужаков из покоренных рас впустую щерились с колов, ряды которых тянулись вдоль парадных проспектов, ведущих в центральный оплот крепости. Стоило приземлиться транспортнику с характерным ястребиным носом, как тысячи обучающихся воинов выкрикнули ритуальное приветствие, и в беспокойное небо унесся многоголосый рев: «Каган/».

Даже вдалеке, в степи Алтака, где мчались в черной вышине плотные грозовые тучи, а люди не подозревали о треволнениях Галактики, ханы вскинули к небесам кривые клинки, салютуя полоскам огня, от которых светились далекие горные хребты. Задын арга их племен знали —