Новая жизнь Смертопряда. Тома 1 и 2 - Кирилл Смородин

Ознакомительный фрагмент

пальцев. Молодых травит наркотой магической. Если все это не основания, то…

— Основания. Но под ними нет никакой доказательной базы. А как только появится, так мы сразу и среагируем.

— Ну-ну, так я тебе и поверил. Вот что я тебе скажу, Костя. Срать ты хотел на этот город и всех нас. А работаешь ты лишь на то, чтобы вернуться обратно в Москву. Только вот хрен, никто тебя обратно не возьмет. Такие развалины, как мы с тобой, никому не нужны.

Брюсова всегда злило, когда другие читали его как открытую книгу. Благо это случалось крайне редко. Но тем сильнее была злость на таких вот… «читателей». И если бы его не привело к Комарову дело, то тот бы поплатился за свой длинный язык.

— Думай что хочешь, Саша, — безопасник заставил себя усмехнуться. — Твое право. Орлеца я повяжу как только, так сразу. А к тебе пришел по другому делу. Так что постарайся собрать свои раскисшие в спирте мозги в кучку и ответить на пару вопросов.

— Что там у тебя? — угрюмо осведомился врач.

— Давай вспомним недавний знаменательный день, когда горстка наркош со стволами заявилась в твою вотчину. Тогда или чуть раньше в твоем отделении ничего необычного не происходило?

— Что ты имеешь в виду под необычным?

— Посторонние, например, в отделении. Или… Да все что угодно, что заставляет обращать на себя внимание.

— Ну, — после небольшой паузы произнес Комаров, — кое-что было. Но вряд ли оно связано с теми отморозками.

— Это уже я буду решать, — твердо, подобравшись словно охотничий пес, учуявший добычу, ответил Брюсов. — Рассказывай.

— За несколько дней до случившегося один мой безнадежный пациент пришел в себя. Шанс на это был… — врач нахмурился и покачал головой, — минимальный. Парня избили до полусмерти, причем там не обошлось без пасынка Орлеца, — дрожащий указательный палец нацелился на сосредоточенного Брюсова. — И вот, он приходит в себя. Абсолютно адекватный, все помнит, речь внятная, координация движений не нарушена. И восстанавливался он с феноменальной скоростью.

— В какой палате он лежал?

— В восьмой. Это дальняя в левом крыле.

Дальняя в левом крыле… Та самая, куда во время захвата заложников отправился молодой тюфяк, утверждавший, что одолел урода с автоматом обездвиживанием или чем-то еще. Очень интересно…

— Что можешь сказать про этого пациента? Как зовут? Сколько лет? Где живет?

— Илья Крайнов, шестнадцати лет. Живет… Надо посмотреть, у меня записано. Кстати, не так давно мы с ним снова пересеклись. Если верить его рассказу, он отомстил своим обидчикам и отобрал у них какой-то полунаркотик-полудопинг. Приносил мне, хотел, чтобы я объяснил, что это такое.

— Даже так. Любопытно, любопытно.

— Зачем ты вообще обо всем этом спрашиваешь? Что случилось?

— А это, — Брюсов ухмыльнулся, довольный тем, что визит к давнему приятелю прошел очень даже не зря, — тайна следствия.

Вскоре он покинул ординаторскую и пошел к выходу из больницы. В кармане лежала бумажка с адресом Крайнова, и вскоре Брюсов обязательно к нему наведается. Но сначала — к своим уродливым подопечным, поскольку дрессура требует регулярности.

* * *

— Сука! Да ты заебал! — от ярости и обиды Танк брызгал слюной. Он с ненавистью глядел на меня и сжимал кулаки. — Хуле ты вообще лезешь?!

— Какая у тебя память короткая, — я презрительно покачал головой и указал себе под ноги, на растоптанные таблетки. — Наверняка из-за этого дерьма.

— Тебе-то какое дело?! С нашими непонятками мы вроде бы разобрались. До тебя никто не докапывается. Вот и ты…

— Пока ты не перестанешь таскать в школу «колеса», я от тебя не отстану. Ты можешь сколько угодно хитрить, искать новые места, где будешь продавать свою хрень, но… — я с довольной и немного кровожадной ухмылкой покачал головой. — Большой брат следит за тобой. И не упустит возможности выпороть.

О том, что у «большого брата» есть еще и «пернатая сестра», благодаря которой вся эта движуха и стала возможной, я предпочел умолчать. С обязанностями секретного агента Астра справляется превосходно. Она уже не первый день следит за жиробасом, и именно благодаря попугаихе я накрыл несколько мест, где тот пытался всучить ребятам наркоту. Танк не понимал, что происходит, каким образом мне удается столь успешно мешать ему, и был на грани.

— Ты не понимаешь, с кем связался, козлина! — прорычал он, надвигаясь на меня. Я же не сдвинулся с места. Затеет драку — ему же хуже. — Мой отец тебе ноги вырвет!

— Не отец, а отчим, это во-первых. А во-вторых… — я с деланым сочувствием посмотрел на эту антропоморфную кабанину, — именно потому, что ты ему совершенно левое нечто, Орлец сделал тебя частью своего эксперимента. Он же опыты на тебе ставит. А ты, судя по всему, и рад.

— Да, рад! — с вызовом ответил Даня, задрав все три подбородка. — Я скоро буду чемпионом в колизее! Ты даже не знаешь, каких ребят я уже прошел! Любой из них от тебя бы мокрого места не оставил!

Я в ответ ухмыльнулся.

— А потом ты тупо всрал дрищу-однокласснику.

— Да и похер! Настанет время — и с тобой разберусь! Инвалидом, сука, сделаю!

— Боюсь, до этого момента ты не доживешь. Твои мозги куда раньше окончательно превратятся в майонез. Про остальные внутренние органы вообще молчу. Они уже сейчас в весьма паршивом состоянии. Да ты и сам должен это чувствовать. Как дела вообще? По утрам не тошнит? Понос не мучает? Зубы не шатаются?

На круглом лице Танка проступило недоумение. И чуть-чуть страха.

— Вот то-то и оно, — продолжал я. — Скоро ты начнешь гнить заживо, и за это можешь поблагодарить своего недопапашу.

— Я тебе не верю, — стараясь говорить с прежней тупой решимостью, ответил боров. — Орлец объяснял, что это всего лишь временные побочные эффекты. Да и не так часто они возникают. А ты… Ты не суйся. Иначе… Если разозлишь Орлеца, то считай, что уже труп.

— Ой, что-то прям какать захотелось… Бумажечки не найдется?

— Че, блин? — нахмурился Даня.

— Ладно, не напрягайся, а то в голове забулькает. Что до Орлеца, то… — я выдержал небольшую драматическую паузу, — я планирую в скором времени его нагнуть. Да так, что любой Квазимодо локти обглодает от зависти. Так ему можешь и передать.

Оставив Танка охреневать от услышанного, я развернулся и пошел прочь. Дел сегодня еще невпроворот, так что надо торопиться.

Первым делом добрался до заброшенной спортплощадки, где меня уже ждал Артур Арсеньевич. У физрука сегодня знаменательный день: почти