Карен Трэвисс - Республиканские Коммандо: Огневой контакт

– Первый взвод пытался выручить меня на тренировке с настоящей стрельбой. Меня не нужно спасать. Не до такой степени уж точно.

– А, – Найнер вдруг почувствовал к себе отвращение – он-то думал, что Атину безразлично, что будет с Дарманом. А на деле ему было слишком уж важно. – Мой инструктор говорил, что есть что-то под названием "вина уцелевшего". Он также говорил, что в таких случаях твоя жизнь – это то, чего хотел бы твой взвод.

"Они многое из нас вытравили. Почему не это?"

Найнер перестал тянуть ранец Атина и забросил винтовку за спину. Он поднял ранец и был рад нести его.

– Если бы вытравили – меня бы тут не было, – произнес он, зная, что Дарман будет завтра ждать их.

* * *

Гез Хокан осмотрел кучу металлолома, которая всего несколькими часами ранее была взводом дроидов. Что бы их не разнесло, работали быстро и качественно. И, судя по следам снайперских выстрелов и взрывов всего двух гранат, – работали эксперты.

Это мог быть один человек, а мог быть целый взвод. Обычно боевых дроидов не перехватывают с парой людей… но это зависит от того, какие люди действуют. Жаль, что капитан не вышел на связь с докладом по ситуации, как ему было приказано: если бы он выжил, Хокан бы его сам пристрелил за нарушение за нарушение оперативных процедур.

Он посмотрел на дроидов, выстроившихся у спидеров и подумал – что они чувствуют, глядя на превратившихся в обломки собратьев?

– Никаких следов, сэр, – лейтенант Кувин выбежал из леса напротив просеки. Странно, конечно, видеть как мертвенно-бледный умбаран краснеет от напряжения. – Несколько сломанных ветвей на высоте колена и примята трава – будто там лежал боец. Но, признаюсь, я не могу сказать, сколько человек тут побывало.

– И много ты не можешь сказать, лейтенант? – осведомился Хокан.

– Сэр, я проверю снова, – вот теперь он был очень бледен, даже по умбаранским меркам.

– Сэр! Сэр! – младший лейтенант Хурати отличался энтузиазмом, и без сомнения, хотел бы получить повышение до звания Кувина.

Он подбежал к командиру – такое отношение Хокан одобрял.

– Я нашел кое-что совершенно необычное.

– Рад, что хоть кто-то из вас что-то нашел. Что?

– Кучу частей дроида, сэр.

– А необычно, потому как…?

– Сэр, они в стороне отсюда и они вроде как уложены особым образом, сэр.

Хокан слез со спидера.

– Показывай.

Несколько дней назад деревья срубали – потому что на них уже вырос грибок клол, окутавший стволы бледно-розовой сеткой. На одном широком пне (наиболее плоском, смахивающем на алтарь) и лежали останки дроида.

Разбитые детали были уложены рядом. Руки были аккуратно пристроены по одну сторону грудной клетки, а ноги – по другую. Кусок лицевой пластины был установлен так, что глядел вверх.

– Так же они оставили дроида-пилота, сэр, – Хурати был хорошим парнем. Он определенно читал рапорт рапорт, составленный ополченцами, хотя их донесения и были отвратительно неполными. – Думаю, это знак.

Утащить разбитого дроида с поля боя – это долго. И нет следов, показывающих, что его волокли к пню. Нести на весу – тяжело; может быть, у них даже был транспорт, хотя признаков чего-то репульсорного, проходившего над землей, не было. Хокан воззрился на ритуально пристроенные обломки и попытался понять – кто мог решить оставить весточку сепаратистам, и что это должно было сказать.

– Трофей, – сказал Хокан. – Они нас дразнят. Они показывают, как легко с нами справиться.

Это его разозлило. Хокан был мандалорианином, и не привык быть простым врагом.

– Комендантский час, Хурати. Объяви постоянный комендантский час для всех машин до дальнейших распоряжений. Все, что движется – либо наше, либо вражеское. Наши транспорты можно проследить, – он помедлил. – Ты убедился, что у всех наших машин есть свои транспондеры, так?

– Да, сэр.

– И в чем проблема?

– Уро… урожай, сэр. Как фермеры доставят собранное в Теклет, чтобы погрузить на корабли?

– Думаю, у них есть тачки, – ответил Хокан и занес ногу над седлом спидера. – Анккиту придется подыскать иной метод перевозки своего зерна.

Возвращаясь к новому штабу на вилле Анккита, Хокан размышлял об увиденном. Он опасался, что переезд в это вульгарное жилище, напоминавшее хаттский бордель, размягчит и развратит его, так что устроил кабинет во флигеле. Он не гнался за драпировками и бесполезными украшениями. Просто здание подходило для лаборатории и было близким к войскам.

Так кого Республика послала, чтобы сорвать проект Утан? Определенно, смелые парни: они прибили воздушный патруль, потом взвод дроидов с капитаном… Похоже, цели они выбирали случайно. Армия клонов явно очень важна для Республики, если она отправляет таких солдат. И куда делись обычные войска? Где генералы-джедаи? Куда они пойдут?

Такая война была иной. Хокан это чувствовал.

Он ненавидел отсутствие информации о противнике, готовом к нападению. Если бы он не знал, что этот человек мертв, он бы поклялся, что имеет дело с самим Джанго Феттом.

Глава 8

Знаете, что делает вас особенно эффективными? Не просто генетическое превосходство и множество тренировок. И не просто повиновение приказам без вопросов. Дело в том, что вы всегда готовы бить на поражение. Убивать готов только один процент штатских и менее чем четверть обычных людей-солдат, даже под огнем.

Дроид всаживал в дверь луч за лучом, пока она не разогрелась докрасна. И все еще ничего не происходило.

– Прекратить!

Дроид, похоже, не слышал.

Доктор Оволот Куэйл Утан сбежала по лестничному пролету; ее красно-черные волосы развевались позади. Сейчас на ней была широкая темно-синяя ночная рубашка; выглядела она столь же дорогой, как и дневная одежда. Хокан вежливо отсалютовал ей и вновь вернулся к наблюдению за дроидом.

– Вы с ума сошли? – яростно выдохнула Утан. Она принадлежала к женщинам, которым не требуется повышать голос, чтобы выразить свое мнение; и шепот Хокана не удивил. – За дверью биологически опасные вещества.

– Знаю, – ответил Хокан. – Я проверяю. Отменно держится. Превосходные переборки.

Утан вздохнула сдержанно, но глубоко, и посмотрела на свои руки.

– Это здание было выстроено и проверено самым наилучшим образом, майор. Вам не стоит волноваться.

– Стоит, доктор, – дроид терпеливо тратил заряды на дверь. Потом остановился, дабы сменить энергоблок. – Стоп.

Дроид перестал. Хокан вынул световой меч, взятый у Фульера, и полоснул синим клинком по стыку дверей. Появился дымок, но отверстия не появилось. Так что джедаю пришлось бы постараться, дабы пробить эту преграду.

– Прошу прощения за настойчивость, но нельзя было подождать до утра? – спросила Утан. – Я работаю дни напролет, чтобы сделать вирус опасным. Я даже сплю тут. И я хотела бы этим сейчас и заняться.

– Приношу извинения, доктор, но времени у нас маловато.

– Да при чем тут время?

– Думаю, вам следует переехать.

Утан умела так немного опускать голову и вновь поднимать ее, словно была крайт-драконом. Это производило впечатление.

– Это – биолаборатория, предназначенная для материалов высокой опасности. Ее нельзя просто передвинуть, как палатку.

– Я понимаю все неудобство. И все еще думаю, что будет безопаснее для вас упаковать материалы и переехать.

– Почему? Ситуация у вас под контролем.

– Контроля у меня больше, чем раньше, это верно, но враг все же высадился. Я не знаю его численности, и не знаю, что за снаряжение и вооружение у них есть. Все, что я знаю – думаю, что я знаю, – так это цель их прибытия.

– Это крепость. У вас в распоряжении сотня дроидов. Пусть они приходят. Вы можете их отбросить.

– Любую крепость со временем можно взять. Я могу выдать вам целый список условий, при которых некто с нужной экипировкой пройдет сквозь эти двери… но я хотел бы, чтобы вы доверились моим суждениям и приняли мои планы. Давайте перебазируем вас и ваши материалы в какое-нибудь менее очевидное место, пока я не смогу оценить угрозу получше.

Утан выглядела совершенно спокойно; она смотрела сквозь Хокана, будто производя некие расчеты.

– Я могу перевезти биоматериалы и моих сотрудников, – наконец сказала она. – Оборудование можно заменить, если нужно. Я не смогу продолжать работу не в безопасных лабораторных условиях, но если вы верите, что проект под угрозой, то бездельничать лучше, чем позволить трехмесячной работе сгинуть.

Какой же она была понятливой; почти мандалорианкой, в том, что касается дисциплины и преданности делу.

Хокан указал дроиду на дверь.

– Сколько? – спросил он.