Евгений Шалашов - Хлеб наемника

Городок Ванхельм, в который меня занесло, оказался между молотом — сторонниками Великого Понтифика, и наковальней — роялистами, приверженцами короля Галлии Шарля не то седьмого, не то девятого. За два года их сменилось штук пять и все как один были Шарлями. Запомни тут порядковый номер!

Ванхельм был захвачен роялистами, принявшимися лихорадочно готовиться к осаде. Те граждане из городских властей, кто пытался мямлить о вольностях и правах, оказались вознесены вверх — на виселицы, а все остальные быстренько принесли присягу королю.

Мне, капитан-лейтенанту городской стражи (капитаном считался первый бургомистр), было все равно от кого получать деньги, поэтому приказ о передаче нас королевскому сенешалю возражений не вызвал.

Спустя неделю, считая от того часа, когда на ратуше был поднят королевский штандарт — цветы папоротника на кровавом фоне, — сразу после сексты[3] раздались крики. Вначале они доносились у Сенного рынка, где торговали лошадьми и рабами, потом дальше — с Ратушной площади…

По городу шли серые крысы. Они заполнили главную улицу, шествуя не спеша, как ландскнехты, покидающие ограбленный город. Грызуны чинно огибали встречные кареты и спокойно шли по телам упавших людей, покусывая всех, кто мешал их движению.

В тот день я сам командовал патрулем. Завидев шествие и безуспешно поискав глазами укрытие, отдал приказ: «Всем стоять! Не шевелиться!» И мы замерли, пытаясь вжаться в стену.

По улице, поджав хвосты, неслись собаки, кошки вспрыгивали на подоконники и старались забраться повыше. Вслед за собаками в панике бежали люди. Те, кто сохранял остатки самообладания, пытались найти укрытие на фонарных столбах или вломиться в какой-нибудь дом. Но хозяева запирали все двери и не хотели их отворять.

Крысы шли минут десять. Я даже и подумать не мог, что в городе было столько крыс! Спустя час, когда между последними хвостами и нами оказалось приличное пространство, один из стражников, успевший сходить вместе с пиратами на море, обронил:

— Первыми из трюма бегут крысы, а когда матросы в море бултыхаются, они на головы лезут…

— А я в штаны наложил, — сообщил один из стражей.

Все латники (включая меня!) потрогали собственные портки. Никто и не подумал смеяться.

Нам пришлось успокаивать людей и разводить по домам тех, кто не мог идти. Пострадавших, надо сказать, было немного. Хуже другое. В городе поползли слухи о том, что шествие крыс — к большой беде.

Большинство собак и кошек, сбежавших от ужаса, не вернулись. Как оказалось — на свое счастье…

Через пару дней, когда войско герцога Жуанли, племянника Великого Понтифика, захватило подъемный мост и азартно молотило тараном в ворота, нас выстроили на площади. Королевский сенешаль, проторчавший на башне часа полтора, радостно объявил, что видел королевские штандарты! А нам нужно сделать вылазку, чтобы приспешники самозваного Понтифика оказались зажатыми с двух сторон!

…В отряд, назначенный для вылазки, поставили тех, кого было не жалко: латников городской стражи, драбантов и десятка два дворян, желавших получить рыцарские шпоры. Без особых хлопот мы сбросили таран в ров и устремились на соединение с войском короля. Напрасно. Оказалось, мы рванулись навстречу одному из отрядов герцога Жуанли…

Получив пару ран, я уже собрался умереть, но мне повезло — конь сумел вытащить меня из боя.

Вдогонку нам летели стрелы. Я получил одну в оч-чень деликатное место (если мне кто-нибудь скажет, что видел гладкую задницу у старого наемника, — плюну в глаза!), а конь — две…

Коню я вырыл могилу. Наверное, со стороны это казалось глупостью, но бросить боевого друга я не мог.

То, что случилось с Ванхельмом, я узнал через год — герцог Жуанли, не сумев взять город «на копье», взял его в осаду. Через две недели город стал испытывать нехватку продовольствия, а через месяц там начался голод. Еще через месяц солдаты герцога Жуанли были вынуждены объезжать трупы горожан, лежащие прямо на грязных улицах. Маркитанты отказывались брать серебряные чаши и шелковые ткани, потому что от них исходил такой запах, что его было не избыть никакими щелочами…

Возвращался в гостиницу выбирая самый длинный путь. Хотелось немного побыть одному. Отчего-то думалось, сегодня покушений уже не будет. Напрасно…

— Стоять! — окликнули меня сзади.

Если окликают — никогда не оборачивайся сразу, а сделай шаг вперед и отступи влево. Азбука!

Окликнувший эту азбуку знал. Но я шагнул вправо, одновременно атакуя… Не стоило рассчитывать, что убийца будет один. Просто он немного поспешил, оторвавшись от собратьев по ремеслу. Несогласованность дала мне выигрыш во времени, потому я успел подранить первого и прижаться спиной к стене.

Все трое были наемники, как и я. «Псы войны», не имевшие гербов на щите и успевшие повоевать не менее пяти, а то и десяти лет. Не исключено, что нам приходилось стоять с ними в одном строю или, напротив, драться по разные стороны!

Троица развернулась во фронт, занимая узкую улочку. Тот, кого я подранил, встал справа. Что же, именно с него я и начал. Раненый не мог драться в полную силу, поэтому пропустил удар в живот. Стряхивая тело с меча, толкнул его на второго наемника, а сам атаковал третьего. Он был хорош — сумел парировать несколько ударов, но не заметил, как я вытащил из-за спины кистень, и пропустил удар в висок. Оставшийся в живых попытался убежать, но его догнал мой меч, превратившийся в копье.

Я подошел к единственному уцелевшему, силившемуся уползти, оставляя за собой темный след. В сумерках кровь кажется черной.

— Кто вас нанял? — поинтересовался я, поднимая свое оружие.

Запираться, изображая героя, смысла не было…

— Заказ брал не я, — простонал раненый. — Мне просто предложили.

— Вы знали, кто я?

— Знали, поэтому и запросили вдвое…

— А сколько? — искренне заинтересовался я. Вдруг — пригодится.

— Сто талеров. Двадцать — аванс. Остальные, когда принесем твою голову.

Больше наемник не сказал ничего, потому что потерял сознание. Я пожалел, что не взял факела, — надо бы внимательней рассмотреть несостоявшихся убийц и их карманы. Хотя карманы я мог осмотреть на ощупь. Только начал, как из-за поворота показались огни, раздались голоса. Ну конечно, стража является тогда, когда уже не нужна…

Увидев тела, они воинственно склонили алебарды, но потом узнали своего начальника.

— Господин Артакс! — воскликнул командир патруля. — С вами все в порядке?

— Где же вы раньше были? — в сердцах сказал я латникам и, не слушая оправданий, приказал: — Посветите…

Лица убитых и раненого были незнакомы.

— Соберите оружие и все, что найдете, — велел я латникам.

С убитых сняли три меча, три кинжала, штук семь метательных ножей. Командир патруля протянул еще и три кошелька.

— Посчитай и подели на всех, — приказал, я к вящей радости латников, пряча собственное неудовольствие. Ну да ладно, пусть парни порадуются. — Оружие сдадите капитану Густаву, — приказал я парням. — А этих… Ну оттащите куда-нибудь. Куда стаскивают трупы?

— С утра приедет телега, увезет на кладбище, в часовню. Если отыщется родня, то заберет труп. Если нет, похоронят во рву, за счет города, — пояснил латник. — А вот того, кто жив еще, ежели до утра протянет, отвезут в лечебницу при монастыре. И вот еще что, — замялся он: — Куда одежду девать? Куртки у них хорошие, сапоги крепкие… Все равно к утру разденут и разуют.

— Можете себе взять, можете выбросить, — разрешил я, чувствуя, что смертельно устал сегодня. — Скажите лучше, как пройти к моей гостинице самым коротким путем?

Трое из пятерки остались, а двое вызвались указать короткую дорогу.

Оказалось, что до гостиницы — пять минут! В иное время сказал бы — «всего», а сейчас — «целых»! Мне хотелось упасть и заснуть, не слушая попреков фрау Уты, у которой опять пропал ужин…

Вставать с утра не хотелось. Можно бы устроить себе выходной, но сегодня был важный день — оружейники должны были представить на наш суд арбалеты. Члены Совета, участвующие в приемке, делали умный вид и задавали дурацкие вопросы, чтобы показаться сведущими.

Арбалеты получились неказистыми, но надежными. Так и просились в руку! Старшине бондарей «загорелось» опробовать оружие. Лихо орудуя воротом, он натянул тетиву, вложил в желоб болт и прицелился. Но спусковой рычаг, которому следовало отойти назад, застрял. Ничего страшного. У новых арбалетов это случается. Нужно было разрядить оружие и смазать механизм — и все.