Печать зла - Виталий Юрьевич Чальцев

И я решила проучить любовничка. Я надавила на Верунчика, вызвав в ней сначала немного злости. Аура её окрасилась в тёмные тона и ….

— Заткнись, ублюдок! — прозвучало из Веренного угла ринга.

Славик повернулся к ней и, взяв с моего стола ручку, швырнул её в Веру со словами: — Сама заткнись, овца.

— Я- коза, Вера- овца, а ты кто? Наш пастух?

Я добавила и ему эмоций гнева и ярости. Меня это начало забавлять. Его и без того раскаленная аура вспыхнула алым, и он вмазал мне такую пощёчину, что я кувыркнулась на бок вместе с креслом и на корячках, дико хохоча, поползла под стол Верунчика. Я явно перестаралась со Славиком и наконец-то увидела ауру человека, который хочет тебя убить. Слава отшвырнул моё кресло. Я же в этот момент доползла до стола Веры и, отодвинув её ноги, усердно упаковывалась под него, пытаясь уменьшиться в размерах. Смех раздирал меня изнутри, хотя ситуация уже вышла из-под контроля. Остановиться я уже не могла. Наконец-то за столько дней мне было по- настоящему весело. Видимо, обычные вещи меня уже не веселили.

Слава подошёл ко мне с перекошенным лицом и схватил меня за ногу. Я прибавила Вере огня в характер и лягнула обидчика в лицо. Шпилька воткнулась ему в щёку. Слава взревел, разбрызгивая кровищу из порванной щеки. Глаза его покраснели из-за полопавшихся сосудов. Ногу он так и не отпустил, и потянул меня за неё. Я на заднице выехала прямо ему под колени. Он замахнулся кулаком, целя мне в лицо, но тут же получил клавиатурой по морде.

— О, Верунчик, браво!

Я захлопала в ладоши, попав правда со второго раза. Видимо, пощёчина всё ещё давала о себе знать. Вера же с воплем взбешенной росомахи перемахнула через меня и второй раз вмазала ошалевшему Славику по черепу клавиатурой. Наконец-то и Слава собрался и наотмашь врезал Верунчику кулаком в живот. Вера хрюкнула и осела за сцену направо. Дверь отварилась, на шум прибежали девушки и парни и уставились на нашу веселуху. Я поставила им барьер, и люди в первых рядах замерли. Мои силы явно возросли, наверное, из-за чересчур весёленькой ситуации, и я откровенно кайфовала! Да, я была прям в восторге от всей этой вакханалии, и чувства наконец- то, хоть какие-то, ко мне начали возвращаться. Слава встал и направился ко мне. Я протянула к нему ручки.

— Любимый!

Я закрыла глаза в ожидании страсти, но почему-то у меня перехватило дыхание. Я открыла глаза. Славкино перекошенное лица смотрело мне прямо в глаза, а руки усердно сжимали горло. Я попыталась сопротивляться, но это было бесполезно. Стальные мышцы сдавливали моё бедное дыхальце как пресс. Сзади ожила росомаха и с диким воплем накинулась на него со спины, сокрушив-таки остатки клавиатуры об голову одичавшего любовника.

— Отвали от неё, — кричала Вера, но псих уже вышел из-под контроля. Его аура была цвета алой крови, и я поняла, что мне конец. Люди в проходе не шевелились, а другой приказ я не могла им дать, ибо была немного занята, пытаясь выжить. Из-за их спин раздавались вопли ужаса, но никто не мог его остановить. Два парня плотно забили проход. Меня осыпало осколками от монитора, разлетевшегося об башку этого терминатора. Верунчик продолжала крушить офисную технику о его голову. Второй разбитый о его голову монитор наконец-то подействовал, и мой Отелло прервался и переключился на Веру. Он лягнул её, целясь в живот, но Верунчик, умничка моя, увернулась и дикой кошкой вцепилась коготками прямо в ненавистную морду. Слава схватил Веру и с рыком швырнул её о стену. Я же, кое-как поднявшись и хорошенько размахнувшись, врезала ему между ног, и так как я была со спины, то у Славы не было шансов. Ещё не закончившийся злобный рык моего горе любовника превратился в жалкий скулёж, и он упал на колени. Вера подошла к нему спереди. Он из последних сил схватил её за горло, и тут я убрала вообще все эмоции из головы подруги. Раздался противный хруст. Из красного глаза поверженного Славика торчала ручка, загнанная почти до середины. Вера разжала руку и ударила ладонью по торчащей ручке, вгоняя её почти полностью. Слава завалился на бок и затих. Толпа в дверях с воплями начала разбегаться. Кто-то звонил в полицию, а я отпустила парней, стоящих в проходе, и те тоже удалились в неизвестном направлении. Вера равнодушно взирала на дело своих рук. Эмоции я ей пока не возвращала, понимая, что это будет капец. Я усадила её на стул и начала обдумывать план. По сути, это была самооборона, но даже за это у нас могут посадить, а мне очень не хочется, чтобы Веру посадили. Нужно было что-то делать, а что? Я не знала. Я села рядом с Верунчиком и обняла её.

— Кристина, если я не ошибаюсь? — прозвучал голос из-за наших спин.

Я обернулась и увидела сидящего на моём кресле невысокого молодого человека. Я утвердительно ему кивнула, хотя не могла понять, откуда парень взялся. Наверное, магия. Парень встал и обошёл тело Славы не торопясь.

— Итак, Кристина, процедура вам известна?

Я отрицательно помотала головой. Парень посмотрел на меня, и только сейчас я заметила, что у него вместо глаз два провала, в которых ничего нет. Парень изобразил что-то типа улыбки. Губы у него были синие, а лицо алебастрово белое.

— Жуууть, — прошептала я.

Парень улыбнулся ещё шире. Рот его был наполнен острыми зубами. За его спиной материализовались ещё три таких же существа немного пониже первого, видимо, он у них главный, потому что высокий. Они были одеты в балахоны до самого пола, из рукавов выглядывали очень длинные костлявые пальцы. Лица у тех троих были с глазами в отличие от первого моего знакомого. Безглазый продолжил:

— Кристина, наш мир скрыт.

— Если можно поподробней, а то я как брошенный ребёнок, — вставила я свои пять копеек с надеждой на разъяснение

Парень замер на пару секунд, а потом улыбнулся мне так, что колени невольно вздрогнули и проговорил каким-то загробным голосом:

— Незнание- сила. Хорошо, я немного тебе расскажу. Всё, что тут у вас произошло, никто не узнает. Подчинённые Мнемосины богини памяти подотрут воспоминания местных, ну а мы… Мы, так сказать, приберёмся за тобой, но постарайся всё-таки не увлекаться. Нам это конечно не сложно, и наши миры они очень компенсаторные, энергия заполняет пустоты … Хотя знаешь, пока тебе ещё рано об