Да придет свет - Антон Исаев

бесстрастно, а глаза все так же полны темнотой, что окружала их.

— Значит, вы решили уйти? — спросил Тахир. — Меня не было рядом, чтобы объяснить, когда Забрало увидел, то что не должен был видеть, а сейчас уже поздно.

— Верно, — Кайден осторожно произнес: — Ты же нас отпустишь? Ты не пришел, чтобы вернуть нас обратно или еще что похуже?

— Что ты, конечно, нет, — мягко ответил маг. — Я хотел бы, чтобы вы остались, но что сделано, то сделано. Вы хорошие воины, и мне жаль, то, как все вышло. Поверь мне, получи ты мои знания, не думал бы сейчас обо мне, как сейчас думаешь.

Кайден молча стоял и слушал мага, глядя на ту сторону улицы, в проем. где спали его друзья, потом он сказал:

— Мы уже сделали выбор. Говорить тут не о чем, мы помогли тебе вернуться, сейчас мы хотим отправиться домой, остальное нас не интересует. Не наше это дело. Мы всего лишь наемники.

Выслушав его Тахир, сказал:

— Верно, вы всего лишь наемники, но позволь я помогу вам добраться до порта, где стоит корабль, на котором мы прибыли сюда. Утром сюда придут люди, проводник, лошади с провизией. Они отведут вас, ты не против?

Кайден думал недолго, ответив сразу же:

— Я буду очень благодарен тебе за это. Мы сами хотели утром идти обратно, чтобы просить о помощи.

Маг посмотрел еще раз на него и улыбнулся.

— Без вас я бы не смог ничего, спасибо тебе и твоим людям еще раз. Если захотите быть рядом со мной и моей Семьей, найдите меня. И поверь мне, это будет нетрудно. Скоро наши имена станут звучать везде, в каждом городе.

Тахир посмотрел на закрытые ворота, что виднелись рядом.

— Утром вас будут ждать за воротами. И, надеюсь, мы еще встретимся, Кайден, — он закончил говорить и, кивнув головой на прощанье, развернулся, скрывшись в темном проеме между двумя домами.

— Давайте вставайте! Солнце уже поднялось над горизонтом, — Сержант громким голосом начал будить всех. — Сегодня нас ждет весьма длинный и тяжелый день.

Забрало сел на своей лежанке, потерев лицо, посмотрел на Сержанта.

— Мы же не торопимся, куда такая спешка.

— Расслабился ты, ничего не делая, вот что я скажу тебе.

Радим сидел рядом, с улыбкой слушая, как они ворчали друг на друга. Потом он встал и, выйдя на улицу, огляделся.

— Ого! — сказал он, увидев что-то на улице. — Вы видели? Ворота открыты!

Сержант с Забрало вышли следом, чтобы посмотреть увиденное Радимом, а следом вышел Кайден, который после ночи и разговора с Тахиром, был на удивление спокойным.

— Ты видел? — Сержант посмотрел на своего командира, и сразу же поймал его спокойный взгляд. — Ты видел, — добавил он.

— Ну, не то что бы видел, — Кайден посмотрел на открытые ворота, через которые была видна пустыня. — Ночью приходил Тахир, — увидев удивленные лица друзей, он поднял руки. — Все нормально, мы долго говорили с ним обо всем, он сожалеет, что мы уходим.

— Сожалеет он, — проворчал Забрало, негромко прервав Кайдена.

Тот коротко глянул на него и продолжил:

— Он поможет нам добраться до порта, обеспечит всем необходимым и проводником тоже. Так что можно сказать, что это его прощальный подарок. Пойдем, проверим, он сказал, за воротами нас будут ждать люди.

Они двинулись в к воротам, пройдя через них под высокой аркой, вышли за город. Оглядевшись по сторонам, они увидели чуть поодаль небольшой лагерь. Несколько палаток, воины что сидели, увидели их и начали подниматься. Один из них обернулся и свистнул, и стало видно, стоящих за палатками несколько лошадей, за ними смотрел молодой паренек. Он, обернувшись на свист, кивнул головой. А из палатки вышел хорошо им уже знакомый проводник, Кумейт. Увидев их, он широко заулыбался и пошел им навстречу.

— Я вижу, вы без меня никуда в наших землях, — подойдя ближе, он осмотрел всех. — Значит, возвращаетесь домой, да?

— Возвращаемся, — ответил Кайден. — И мы рады, что ты поведешь нас обратно, мы немало пережили, когда шли сюда вместе. И мы можем тебе доверять.

Кумейт кивнул с серьезным лицом.

— И я рад вас видеть, большая честь вести вас обратно. Вы те, кто вернули нам наше наследие, наших богов. Что ж, пойдемте, я познакомлю вас с остальными, и начнем собираться, — и они пошли к лагерю, обсуждая дальнейший путь.

Спустя некоторое время вереница лошадей с людьми во главе с Кумейтом двинулась от города, по старой дороге в пустыню. Отряд Кайдена держался в середине, а замыкали караван воины из племени Кумейта, его вождь дал их для защиты, как сказал проводник. Весть о Семье разнеслась далеко, но пустыня жестокое место, здесь может произойти все что угодно. Путь им предстоял неблизкий.

***

Хилини стояла в доме и задумчиво смотрела в окно. Прошла уже неделя после разговора с Ину и его соратниками, а они с сестрой до сих пор не могли принять решение. Семья слишком много им дала, чтобы вот так просто взять и забыть все, так же как и совершить предательство. Она повернулась, посмотрела на сестру, которая сидела и читала свитки, взятые из библиотеки храма. Стоял хороший солнечный день, и Даад отпустила их сегодня, сказав, что они могут отдохнуть.

— Нам надо у них спросить, — наконец сказала Хилини, смотря на свою сестру.

— Спросить? — Хава отложила чтение и посмотрела на нее.

— Узнать у Семьи, то, что рассказал Ину. Все наши расспросы у жриц и стражи при храме, ничего не дали. Своими расспросами мы начали привлекать внимание. Это опасно.

Сестра отодвинула столик, за которым сидела, и поднявшись, подошла к Хилини.

— Я понимаю, но взять и так просто спросить напрямую, это вряд ли получится, но думаю, у меня есть решение. Если нужна Семья, то я знаю, кто нам сможет помочь.

— И кто же?

— Шимун, их младший брат. Он давно на меня смотрит, постоянно здоровается, а я знаю такие взгляды, поверь мне, сестра, — Хава улыбнулась. — Через его чувства ко мне, мы сможем узнать все что захотим.

— Я даже не могла подумать о таком. Ты уверена в этом? В том, что ты ему не безразлична, это понятно. Тут ты говоришь о его внимании к тебе, значит, так и есть, но расскажет ли он нам о том, что нам интересно? –

— Поверь мне, он расскажет, — Хава хищно улыбнулась. — Не сразу конечно, придется хорошо над ним поработать, тогда все получится.

Хилини смотрела на сестру и понимала, что ей это нравится. Все их разговоры и задумки ей нравились.

— Ну,