Наследник. Обретение дара - Иван Дмитриев

Жизнь превратилась в рутину. Каждый день Оболенский приходил утром и вечером для моего обучения. Мировая история и обращение с конэ. Пройдясь по основным предметам и убедившись, что мои знания плюс минус соответствуют необходимым для обучения. Князь решил углубиться в историю и этикет. Эти вот поклоны, ваше благородие, не ваше благородие, величество и высочество…Действительный тайный советник, просто тайный советник. Да гори в огне тот, кто это придумал.

Это были мои единственные мысли, когда я пытался выучить толстенный том на шестьсот страниц.

И собственно я его не выучил. Постоянно путался в мелочах, на что Оболенский лишь тяжело вздыхал.

А вот что радовало, так это успехи в конэ. Спустя неделю, я уже нашёл своё движение, котороея мог, повторит закрытыми глазами.

Моим движением был жест пистолета из трёх пальцев, средним пальцем, я будто нажимал спусковой крючок.

— Нужно привезти ещё больше обсидиана… — задумчиво произнёс Оболенский, осторожно ступая на ледовую полосу, шириной около метра, которую я по глупости своей, создал в финском заливе.

— А, причём тутобсидиан? — в недоумении произнёс я, вступив на лёд. На глаз он был сантиметров десять толщиной. И его начинало сносить течением в сторону. Лишь небольшой участок у берега держал всю льдину.

— Он сдерживает твою силу… — опустился на колени князь, постукивая по льду.

— То есть… — неуверенно произнёс я, осматривая браслет на руке.

— Да-да…эти вещи сдерживают тебя, не давая случайно убить себя, — махнул он рукой, поднимаясь на ноги.

Рассмеявшись, я, обойдя мужчину, прошёл несколько метров вперёд.

— Ваши шутки слишком жёсткие князь.

— Ты зря думаешь, что это шутка, — раздалось позади меня. — Я вполне серьёзно говорю, что все кольца и браслет, что надеты на тебя, в первую очередь, сдерживают твою силу. Ты уже должен был понять, что у тебя огромный потенциал, который ты не можешь контролировать.

— И много таких, как я? — задумчиво произнёс я, смотря на огромную рыбу, которая оказалась заморожена во льду.

— Немного, но большинство детей, носят похожие артефакты, пока не научатся контролировать энергию конэ. И давай закончим на этом, мне нужно ехать.

Закончив с обедом, который был у меня из макарон по-флотски, я выйдя к морю, уселся на стул.

Расстегнув браслет и потерпев неудачи в снимание колец, я принялся изучать его. Как и раньше, он выглядит будто только изготовленным. Ни одной царапинки или скола там и не появились на нём.

Артефакт…как-то я, представлял тебя, по другому. Куб там какой-нибудь белоснежный со странным свечением. Плащ невидимку хотя бы, ну в край, кольцо или подвеску с живым глазом.

Выставив пальцы в проплывающий мимо корабль в паре километров и сделав машинально выстрел. Я с огромным удивлением смотрел, как к нему по воду, стремительно понеслась ледовая дорожка, а спустя мгновения, корабль покрылся льдом.

Да вы гоните…. нацепив на руку браслет, я бросился за дом. Там был небольшой пристрой, где хранились инструменты. Садовник и дворник, приходившие по утрам, пользовались именной этой каморкой, для своих метёлок, вёдер и всякой ерунды.

Подхватив Лопатку и топорик, я побежал к воде. Где потратив достаточно много времени, но смог отколоть лёд от дна и отправить его плавать по течению. А вот корабли спасли только лишь к вечеру.

Вечером, приехавший Оболенский, осудительно покачал головой, но ничего не сказал.

— Завтра утром, учёбы не будет. Поедем на вступительные экзамены, — произнёс мужчина в один из вечеров. — Одежду скоро тебе доставят.

— И что меня ждёт на вашем экзамене? — поднял я голову от списка всё монархов империи.

— Ничего серьёзного, покажешь, что достоин этого места и всё, — пожал князь плечами. Откинувшись на стул.

— Вы меня не успокоили, — вздохнул я.

— А я и не пытался, — фыркнул мужчина. — Но у меня к тебе есть один вопрос. Он ни на что не повлияет в наших отношениях, но я должен предложить тебе это.

Отодвинув от себя учебник, я посмотрел на мужчину. Он достал из внутреннего кармана синего пиджака, белоснежный конверт и положив на стол, подвинул его указательным пальцем ко мне.

В небольшом удивление, я, взяв конверт, достал из него сложенную бумагу и погрузился в чтение.

Сквозь огромное количество умных и красивых слов. Я наконец-то наткнулся на нужные строки.

— Я должен отказаться от рода Барклай-де-Толли и вступить в ваш клан, в любой из родов? — поднял я голову на мужчину, сидевшего в напряжение и неотрывно смотрящего на меня.

— Ну… — смутился он. — Если грубо сказать, то да. Ты прав.

— А почему не к вам в род? Как сейчас, — склонил я голову набок, впиваясь взглядом в его глаза.

— Ты… и сейчас не в нашем роду, — ответил он нейтрально. — Ты по бумагам, племянник в каком-то там колене, по младшему брату. Так будет проще объяснить твоё появление в академии. И ко мне будет меньше вопросов.

— Ага… — задумчиво произнёс я, повернувшись к морю. — А в чём ваш интерес? Зачем я вам?

— Незачем, — быстро ответил он. — Просто…ну у нас будет лучше. Жизнь идёт вперёд, а у нас ты получишь счастливую жизнь. Чем всегда будешь скрываться от правды. А я желаю тебе добра и счастья. Ты для меня не совсем чужой же человек.

И каждое его слово, всё больше нравилось мне. Вроде говорит всё, складно, правильно. Но какая-то фигня. Вступи к нам в клан, мы, куда-то тебя пристроим. Я конечно, не местный, но я наследник…тьфу ты, глава одного из древнейших родов империи, должен пойти к какому-то младшему брату, другого рода?

— А на правах кого я буду там? — пробарабанив по столу, проговорил я.

— Ну что ты такие несущественные вещи спрашиваешь-то? Среднего или младшего сына. В зависимости от количества этих детей. На сына наследника ты уж извини, не можешь претендовать, это было бы неправильно к настоящим детям.

— Угу, я понял вас Владимир Артурович. Но, мне кажется…я не заслужил такой шанс. Может, позже, но сейчас извините, но я не заслужил такой чести, — ответил я ему. Сделав выводы о своём будущем.

— Да ну брось, зачем тянуть. Сейчас подпишешь бумаги, проведём ритуал и всё завтра настоящий Оболенский. И мне это ничего не стоит. Это просто помощь сыну моего товарища.

— Нет, — уверенно покачал я головой. — Вы и так сделали для меня очень многое. Но я обещаю, что подумаю очень основательно над вашим предложением.

— Ну хорошо, тогда до завтра, — наградив меня тяжёлым взглядом, мужчина, поднявшись, направился по дорожке в сторону своего дома.

Проводив его взглядом, я покачал головой. Нет уж. Мой приёмный отец, слишком хорошо показал, что значит в этом