Джон Рэкхем - Угроза с Веги

- Господь всемилостивый и святые угодники! Кто это? - воскликнул он.

Рядом охнул потрясенный Шкода.

Диво дивное стояло на четырех высоченных, по плечо человеку, ногах. А у самого плеч было три - и только с обращенного к землянам боку. Всего конечно же шесть - по одному на каждую из шести ног, массивных, толщиной с мужское бедро, и вооруженных короткими когтями. Впрочем, ногам и требовалась недюжинная сила, чтобы поддерживать широкое туловище десяти футов в длину от шеи до короткого хвостового отростка в налегающих друг на дружку, как черепица, чешуях. Но больше всего поражала громадная башка.

- Точь-в-точь крокодил с расплющенной мордой, - пробормотал Хэдли. - Бог ты мой! Неужели такие чудища бывают ручными?

– Тут его, похоже, никто не боится, - заметил Торп. - Хотя повстречать темной ночкой этакую зверюгу…

Зверь повернул к ним голову, смахивающую на совковую лопату, а затем пасть распахнулась настежь и исторгла рык - ни дать ни взять далекий раскат грома. Стоявшая рядом шелла подняла руку и отвесила чудищу такую крепкую оплеуху, что разлетелось эхо. Жуткая башка вернулась в исходное положение, тварь застыла как ни в чем не бывало.

– Вот тебе и ответ, - ухмыльнулся Торп и зашагал вперед, стараясь не слишком удаляться от кошмарной морды. Еще не хватало, чтобы его приняли за труса!

Повозка так смахивала на обыкновенную земную телегу, что он сразу успокоился и приободрился. Громадные передние колеса держались на вертлюгах, все ободья были обиты кожей, и крепились части в основном не гвоздями, а ремнями и веревками. Но, по сути, конструкция была очень знакомая.

– Как они, черт подери, управляют этим драконом? - сказал Хэдли. - Что-то я тут не вижу ничего похожего на вожжи.

В повозку забрались Шенн и Спет, встали у передка. Следом вскарабкался Торп, а за ним и его товарищи. Они стояли, смотрели, ждали. С каждого звериного бока заняли позицию три шеллы. Кто-то выкрикнул приказ. По крепкому туловищу тяглового животного забарабанили кулаки, и град пинков обрушился на его толстые ноги. Зверь двинулся вперевалку, медленно, громоздко, разом переставляя по три ноги. Женщины не отставали, их кулаки и босые ступни не унимались, пока не добились от гужевого скорости, эквивалентной быстрому человеческому шагу. Наконец они остались позади, только одна лихо запрыгнула точнехонько на лопатообразную морду и, качаясь в такт животному, плавными движениями переместилась назад, очутившись точно на костяном горбу, где туловище стыковалось с головой. Так она и сидела - ноги раскинуты, живот удобно прижат к звериному горбу, руки - на бедрах. И чувствовала она себя в таком положении совершенно свободно. По крайней мере, так казалось со стороны.

– Кучер, как пить дать, - заявил держащийся за борт повозки Хэдли. - Но мне все еще невдомек, почему зверь ее слушается.

К этому добавилось не слишком приятное открытие, что шестиног, кренящийся, словно лодка в шторм, все наращивает скорость, и остальные женщины, хоть и бегут во всю прыть, остались далеко позади.

– На такой колее кучер, поди, и не нужен, - хрипло произнес Шкода, когда кибитку затрясло на узкой, обсаженной деревьями дороге.

Торп различил впереди быстро приближающуюся развилку.

– Скоро увидим, нужен он или не нужен, - мрачно откликнулся лейтенант. - Наверное, посмотреть будет на что.

Все оказалось простым до элегантности. Он едва успел заметить, как всадница непринужденно согнула ногу в колене и поставила ее на левый глаз животного, закрыв стопой всю костяную глазницу. Зверь быстро, насколько позволила его масса, развернул голову влево, и громадная туша повторила тот же маневр. Женщина преспокойно убрала ногу и вернулась в прежнюю позу. Торп ухмыльнулся. А в следующий миг заметил двух жриц в белых жакетах и платьях - они безмолвно и чинно стояли впереди. Ухмылка исчезла с его лица.

– Что ты затевал, когда подначивал Спет? - тихо обратился он к Шкоде. - Надеюсь, у тебя нет от меня секретов?

– Если ты не шутил насчет земных кораблей, чтобы они сюда прилетели и все разбомбили, то эта идея не по мне, - парировал Шкода. - Я кое-что придумал. Если получится, потом расскажу. Не один Пэдди тут маленько смыслит в психологии.

– Я бы это назвал философией, - возразил Хэдли, - а философия и психология - не одно и то же. Я и сам пытаюсь шевелить мозгами. Парни, вы обратили внимание на зверюгу, что нас тащит? Кошмарная тварь! Но - ручная.

– Хватит загадок, - проворчал Торп.

– Нет, ты все-таки послушай, потому что это важно. Мы тоже кажемся кошмарными тварями здешним дамам, о чем не следует забывать. Они еще не поняли, что мы ручные. Однако сейчас я прошу тебя, Джереми, поразмыслить о другом. Мы не единственные мужчины на всю планету амазонок, да поможет нам Господь. Эти женщины, в сущности, и не женщины вовсе. Погоди, Ник, дай договорить. Женщина только тогда женщина, когда ее можно сравнить с мужчиной. И когда у нее с мужчиной отношения. Иначе какая может быть женственность?

– Пэдди, ежели у тебя есть мысль, будь другом, кончай ходить вокруг да около.

– Ладно. Вы сами видели - не могли не видеть, - как эти милые создания подчеркивают свои женские качества. А видали когда-нибудь, как накачанный парень выставляет напоказ свою мускулатуру? И для чего он это делает, если только не старается изо всех сил убедить себя, что он настоящий мужчина? Он не уверен в себе. Если у тебя с телом и головой все в порядке, нет нужды это подчеркивать. То же самое касается здоровой и умной женщины, ей ни к чему выпячивать свое здоровье и ум. Бернард Шоу - ирландец, естественно, - что-то сказал по этому поводу. Точно припомнить не возьмусь, но примерно так:, когда на женщине слишком много краски и маловато одежды, она озабочена.

– Это я озабочен, - процедил Шкода.

– Ни черта не пойму в твоей болтовне и не уверен, что ты сам хоть что-нибудь понимаешь.

– Я-то понимаю. Видишь ли, я твердо знаю, что все эти малютки - натуры женственные. В глубине души. Ничего не поделаешь - биология. Сознанию можно внушить что угодно, подсознанию - ничего. Получается, что каждая из них - как мина, поставленная на боевой взвод. Мы посреди минного поля. Один неправильный шаг - и все взлетит на воздух. Тогда я нам не позавидую!

– Не волнуйся, - изрек Торп со всей уверенностью, какую только удалось в себе найти. - Женщины еще до нас боялись мужчин, они как-нибудь выдержат.

– Нас трое… а их сколько? Три миллиона? И еще три поколения прожили в слепой ненависти!

Зверь с грохотом выкатил повозку из аллеи на берег, под яркое солнце, и неприятный разговор прекратился - надо было осмотреться. Внизу, в глубоко врезанной в сушу бухточке, яблоку было негде упасть - сплошь лодки. Одни лежали на боку на бревенчатой пристани, другие, заякоренные, ровными рядами покачивались на воде. Это были парусные плоскодонки с широкими носами, чтобы легче вытаскивать их на песок и разгружать. Мачты крепились к бортам и соединялись друг с другом верхушками, точно ножки циркуля; виднелось хитросплетение оснастки. Флот был сугубо рыболовецким, суденышки все до одного чистенькие, ухоженные. Торп вспомнил, как поначалу принял шелл за дикарей, и криво улыбнулся.

Затем его внимание привлек металлический цилиндр - покрытый грязью и вмятинами, он неуклюже покачивался у дальнего конца причала.

– Вот он, наш «стручок», - сказал лейтенант, - и, судя по всему, еще способен держаться на плаву. Видно, не так уж страшно ему и досталось.

Всадница поставила ступни в обе костяные глазницы, и чудище резко остановилось у края пристани. Шенн перекинулась с возницей несколькими словами, затем повернулась и дала пассажирам знак спешиться.

– Кэлла будет ждать здесь, на тот случай, если она нам еще понадобится.

– Кэлла? Повозка? А как вы называете это шестиногое несусветное чудище?

– Мок. - Шенн нахмурилась. - Что в нем несусветного? А, понимаю, вам непривычен его вид. Но ведь у вас тоже есть тягловые животные, верно? Мок - создание очень спокойное, хотя и глупое. Зато он трудолюбив и надежен.

Она зашагала по настилу пристани, за ней последовала Спет.

Лейтенант тоже тронулся с места. Шагая, он рассматривал свой пострадавший кораблик.

– Воды под завязку, и откачать не удалось бы, даже будь у нас помпа, потому что люк открыт. И по той же причине нельзя закачать воздух. А если закрыть люк, вообще будет туда не проникнуть.

– Вот счастье-то, а! - Шкода почесал в затылке. - Значит, нам теперь нужно водолазное снаряжение, чтобы работать под водой. Без света и инструментов.

– А как насчет скафандров? - предложил Хэдли. - Если к ногам прицепить грузы…

Торп отрицательно покачал головой:

– Может, и придется, но я бы предпочел обойтись без этого. Слишком они, черт бы их побрал, неудобные. - Помолчав несколько секунд, он сказал: - Как насчет того, чтобы развернуть? А? Люком кверху! И воду вычерпать. Правда, тяжелый «стручок» - жуть.