Валентин Леженда - Не убоюсь я зверя

— Протестую, — снова включился «Центрком». — Любые принятые вами решения без согласования со мной являются незаконными.

— Протест отклоняется, — спокойно отреагировал Слот. — Ну что же вы, кто за мое предложение?

Я первым поднял руку, ко мне присоединились две женщины, сидящие у окна и, что больше всего меня удивило, Дэмиен.

— А малец явно с характером! — в очередной раз хохотнул Танатос, поднимая руку.

— Итак, пятеро помимо меня, — быстро подсчитал Слот, — не густо.

— Почти половина, — напомнил я.

— В том-то и дело, что почти. Остальные, как я понимаю, против? — Слот мрачно оглядел коллег.

— Я воздержалась, — сообщила Клотильда, демонстративно рассматривая свои длинные ногти.

— Предупреждаю, что ваше голосование совершенно незаконно! — снова вмешался «Центрком». — Это противоречит всем директивам Домината.

— Нам не хватает одного голоса. — Слот с надеждой посмотрел на Клото.

— И нечего на меня так пялиться, — взорвалась Клотильда. — Я воздержалась — и точка.

— Ну что ж, в таком случае придется сделать зачистку.

— Я рада, что благоразумие наконец взяло верх, — проговорил «Центрком». — Все необходимые детали в разделах памяти ваших портативных компов. Немедленно приступайте к коррекции.

Я открыл присланные «Центркомом» файлы.

— Эй, но здесь нет информации о расположении штаба заговорщиков, — возмутился я, — нет их имен, кода, ничего не известно о способе проникновения в Нернос.

— К сожалению, информация ограниченна, — безразлично добавил «Центрком». — Если бы все было так просто, СБ справилась бы и без нас. Приступайте!

Доминаторы стали расходиться. Я повернулся к Танатосу:

— Ну что, снова поработаем в тандеме?

— Ну уж нет, с меня хватит! — решительно отрезал Тан. — Я как твоих сумасшедших теорий наслушаюсь, все время потом только о них и думаю.

— Какой впечатлительный.

— Какой есть.

— Я поработаю с тобой в тандеме! — неожиданно предложил Дэмиен. — Согласен?

— По рукам.

Танатос робко покосился на Клото:

— Я… э… э… э…

— Даже не думай.

— Вот так всегда! — разочарованно пробурчал Тан, провожая Клотильду грустным взглядом.

— Не повезло. — Я похлопал доминатора по мощному плечу. — Но ты не отчаивайся, может, в следующий раз вы поработаете вместе, и не только поработаете, но и…

— Молчи, тоска! — отмахнулся от меня Танатос, покидая помещение следом за Клото.

Я посмотрел на усмехающегося Дэмиена:

— Ну что, дружище, покажем прочим бездельникам, как нужно работать?

Дэм серьезно кивнул.

Когда мы оказались вне зоны Домината, парнишка доверительно сообщил мне:

— Представляешь, Паромщик, вчера мне удалось раздобыть записи музыки с Земли.

Я присвистнул:

— Как же ты ухитрился, небось хлопнул парочку богатеньких коллекционеров?

— Не без этого.

— Шутишь?

— Понятно, что шучу.

— Так где же ты их нашел?

— В антикварной лавке Слитвиля.

— Далековато забрался, в самый северный кантон.

— Они того стоили.

— Дашь послушать?

— Загружаю!

Письмо прописалось в память «Циклопа». Я вывел содержимое на линзу.

— Ого, десять альбомов.

— Там и названия треков есть.

Я закрутил первый попавшийся. В ушах тут же грянули мощные гитарные рифы.

— Неплохо.

— Ты, главное, дальше послушай.

Я слушал. Вот, наконец, появился вокал. Довольно мощный, с хрипотцой, затем вступили героические хоралы.

— Это что такое?

— Какая директория? — уточнил Дэмиен.

— Седьмая.

— «Грэйв Диггер», альбом «Мелодии войны», ему больше тысячи лет.

— Гляди-ка, сохранился, — удивился я.

— Случайность, — пожал плечами Дэм, — я специально выяснял. Космолетчики часто загружали разную музыку, когда бывали на Земле. Вот так эти записи к нам и попали.

Я открыл соседний альбом. Тут гитарный звук был значительно плотнее. Вокал варьировался от агрессивного рыка до фальцета.

— А сейчас что слушаешь? — поинтересовался парнишка.

— Директория восемь!

— «Мерсенери», альбом «Одиннадцатый сон», лучшая запись из всех.

Я не спорил, Дэмиен был абсолютно прав.

— Куда мы направляемся, скажешь?

Я кивнул, нажимая ногой помеченную желтым полукругом плиту тротуара.

— В Литтон-сити.

— Зачем?

— Сейчас узнаешь.

Из земли выросла кабинка пневмотранспортер.

— Воспользуемся «Кротом»? — спросил Дэмиен.

— По-моему, это очевидно.

— Не люблю подземный пневмотранспорт.

— Страдаешь клаустрофобией?

— Не-а.

— Ну тогда заходи.

Я набрал на панели код выхода, и кабинка опустилась. Под потолком загорелся свет. Несколько секунд не очень приятных ощущений в желудке, и вот мы снова на поверхности в нужном месте.

— Теперь надо найти ближайший нейрофон, — деловито сообщил я, ступая на тротуар.

— Вон он на углу! — указал Дэм.

— Отлично.

Нейрофон оказался занят.

Высокая длинноногая девица с ярко-красными волосами нервно тыкала пальцами в сенсорную панель.

Я решил подождать.

— Что сейчас слушаешь? — Дэмиена страшно интересовали мои впечатления.

— Самая первая директория.

— «Лакримоза», но какой альбом, указано не было.

— На Моцарта что-то не очень похоже, — с улыбкой возразил я.

— Да нет, это название группы такое, — стал пояснять Дэмиен, — так называемая готическая музыка. «Лакримоза» были признанными лидерами этого направления.

Девица все не выходила.

Я легонько постучал пальцем по прозрачному бронестеклу. Красотка мгновенно схватилась за излучатель на правом бедре. В следующую секунду она заметила перчатку и буквально выпала из нейрофона, на ходу что-то выбрасывая из кармана яркой куртки.

Дэм наклонился и подобрал маленький прозрачный шарик.

— «Киллдоззер»! — со знанием дела объявил он. Я взял у него капсулу с «черным» наркотиком. Девицы, разумеется, и след простыл. За хранение этой дряни я имел право пристрелить ее на месте.

— Вызывает мощнейшие галлюцинации, — добавил я, — быстро перестраивает свою структуру, постепенно замещая кровь. Умная дрянь.

Я бросил шарик на мостовую и раздавил каблуком. Затем вошел в нейрофонную будку. Код Кристины я считал, когда обрабатывал ей раны. Тампон с кровью по-прежнему хранился в герметичной коробочке у меня в кармане.

Закончив ввод, я изучил выскочившие данные. Телепатка, конечно же, находилась в Элизии.

— Куда теперь? — несколько раздраженно поинтересовался Дэмиен.

— В район развлечений.

— Ух ты!

— Особо ни на что не рассчитывай, мы на минутку, только заберем одного человека.

Дэм был явно разочарован.

Кристина обнаружилась в салоне сламеров.

Когда мы с Дэмиеном заглянули за ширму, девушка находилась в состоянии глубокого искусственного сна.

Я тихо выругался:

— Что за дрянь она принимает?

Дэм посмотрел на экранчик компрессора, из которого по трубкам прямо в вены девушки подавалось вещество.

— «Флер-6».

— Однако у нее, видно, водятся хорошие деньги, — констатировал я. — Сеанс заказала себе первоклассный.

— Каков эффект? — уточнил Дэм.

— Иллюзия путешествия во времени.

Я вгляделся в информационный экран компрессора, в углу которого мигал счетчик.

— Нам повезло, ей осталось витать в облаках минут десять.

Наркотик был из разрешенных, ибо не убивал человека сразу и, главное, не делал его опасным для окружающих. Каждый прием этого дерьма отбирал два года жизни. Кристина молода, в таком цветущем возрасте ей на все наплевать, но когда-нибудь она очень сильно пожалеет о своем развлечении. При условии, если, конечно, доживет.

— Кто она, Паромщик, твоя подруга?

— Можно сказать и так, она телепатка.

— Вот это да!

— Но ты не волнуйся, мысли доминаторов для нее недоступны.

— А мне нечего скрывать! — дерзко возразил Дэмиен.

— Неправда, — улыбнулся я, — каждый обязательно что-нибудь скрывает.

— Даже ты?

— В первую очередь я!

Кажется, после такого откровения Дэм стал уважать меня еще больше.

Компрессор издал звуковой сигнал, и процесс подачи мгновенно прервался. Теперь устройство поспешно восстанавливало Кристине нормальное кровообращение.

Девушка открыла глаза и недоуменно уставилась на нас.

— А где рыцари? — хриплым голосом спросила она.

Дэмиен захихикал.

— Черт, я вернулась. — Телепатка с отвращением отлепила от рук капиллярные иглы. — Почему сеанс всегда прерывается на самом интересном месте?

— Это делается для того, — пояснил я, — чтобы ты пришла сюда еще раз.

— И по времени так мало, — пожаловалась Кристина, растирая запястья, — а стоит целое состояние.

— Увеличение длительности сеанса повредило бы твой рассудок, — важно заявил Дэм.

— А это кто? — Казалось, девушка только сейчас заметила паренька.

— Мой сын, — соврал я.

— Врешь, тебе на вид где-то за двадцать, ты его что, в десять лет зачал?