Фантастика 20254-131 - Константин Викторович Плешаков

class="p1">— Вставай, Ваня, вставай! — Про младшую-то я совсем забыл, планируя всласть выспаться.

— Чего тебе, Сан Саныч? — Недовольно поинтересовался я, не желая просыпаться. — Заняться нечем⁈ У меня экзамен завтра! Телек посмотри, погуляй в конце концов!

— Война, Ваня!

Тут волей-неволей пришлось подниматься, дабы вникнуть, что началось. Поставил чайник, умылся, и пока вода закипала, вызнал у Александры, откуда она принесла эти безрадостные вести.

— Так по телевизору сказали! — Заметив мой скепсис, тут же с гордостью добавила. — Я и на кассету записала, мне мама с Максом сказали — новости записывать!

— Ну иди, включай тогда, — направил я её в зал к телевизору. — а я сейчас чаю налью и подойду…

Новости начались довольно безобидно (особенно если сравнивать со вчерашней акцией) — всех собак спустили на партийную номенклатуру, теневиков и оборотней в погонах, в частности, из КГБ. Так прямо и сказали, что выродившаяся верхушка, поставленная блюсти интересы народа и обеспеченная всеми благами, этот самый народ и предала. Возжелав большего, а именно: передать своим детям полученные привилегии и накопленное материальное благосостояние. И хоть тушкой, хоть чучелом — встроиться в западную капиталистическую модель рыночных отношений.

— Таким образом, — вещал с экрана диктор. — используя давно накопившиеся противоречия в обществе и играя на желании простого народа к изменению существующего положения, номенклатура в союзе с теневыми дельцами предала интересы простых тружеников и интеллигенции! Дефицит, последствия которого ощутили на себе все жители Союза, не в последнюю очередь возник благодаря саботажу и откровенно вредительским действиям этих «деятелей». О масштабах заговора можете судить по кадрам репортажа из следственного изолятора в Лефортово…

Картинка сменилась, показывая сутулившегося хмыря в наручниках, а голос за кадром оповестил: «Яковлев Александр Николаевич, заведующий отделом пропаганды в ЦК КПСС, по совместительству — председатель Комиссии Политбюро ЦК по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями в 1930−40-х и начала 1950-х годов».

— Кем и когда были впервые завербованы?

— Осенью сорок второго… — В потухшем взгляде подследственного не выражалось никаких эмоций, словно они все выгорели. — Случайно попал к немцам, возвращаясь с наблюдательного пункта полка, будучи его командиром. В сорок девятом мои контакты были переданы английской разведке. Но уже в пятьдесят первом перешел под контроль армейской разведки США, полагаю, что до сего момента — работал на ЦРУ. Номера счетов зарубежных банков, на которые мне перечислялось вознаграждение в иностранной валюте, прошу приложить к делу и учесть добровольное содействие следствию!

Картинка сменилась, антураж казенного учреждения с решетками остался прежним, а вот новый подследственный выглядел более представительным, хотя и изрядно помятым. «Шеварнадзе Эдуард Амвросиевич, министр иностранных дел СССР». — бесстрастно прокомментировал закадровый голос.

— У тебя, шакала, старший брат, вечная ему память, погиб в сорок первом при обороне Брестской крепости, а ты чего творишь⁈ Что это за договоры о взаимном разоружении, при котором нам придется в два раза больше ракетных боеголовок утилизировать⁈ Какой к чертям вывод группы советских войск из Европы, шени дэда мовтхан, когда базы НАТО остаются на своих местах? Ты чей министр иностранных дел в конце концов⁈ Тебе заплатили или компромат на тебя есть⁈ Вот это что за бумаги, временное соглашение 1977-го года о разграничении линии морских пространств предлагается подписать как окончательное⁈ Ты с кем там уху ел из морской рыбы, Эдуард, с Меченым? Как только в голову пришло безвозмездно решить передать США почти семьдесят девять квадратных километров исключительной экономической зоны СССР и участок континентального шельфа, взамен получив лишь четыре с половиной тысячи? У тебя сколько по арифметике в школе было?

— Вы не понимаете, это другое! — Оправдывался не совсем растерявший былые вальяжность и апломб несостоявшийся первый президент Грузии. — Все эти шаги и жесты доброй воли — исключительно в рамках снятия былой напряженности и разрядки международных отношений?

— Ты сейчас вместо одиночной камеры — в наручниках и со спущенными штанами отправишься в петушиную хату, исключительно в рамках снятия напряженности и разрядки отношений!

Экран телевизора мигнул, и действие вновь перенеслось в студию с диктором:

— В связи с участившимися в последние сутки актами мотивированной агрессии в отношении бывших партийных деятелей и самосудам, в стране вводится временное военное положение! Убедительная просьба — не поддаваться на провокации и не участвовать в беспорядках! До наведения порядка — считать утратившими силу законы о индивидуальной трудовой деятельности и о переходе государственных предприятий на хозрасчет и самофинансирования! Данные инициативы, в свете вновь открывшихся обстоятельств, нуждаются в пересмотре и доработке, после выяснения всех обстоятельств! Ни в коей мере это не будет возвратом к прошлому, общество и Коммунистическая партия нуждаются как минимум в реформации и оздоровлении! На этом всё, следите за текущими событиями в следующих выпусках новостей!

Не, ну вот как можно спутать введение военного положения, к тому же временного, с войной⁈ Ну Саша, напугала с утра. Хотя какое утро — на часах стрелки к обеду подходят, самое время наведаться в кухню.

— Ты опять забыла поесть? — Спрашиваю мелкую для проформы.

— Хлеба нет… — Сознается она и тут же с энтузиазмом предлагает. — Сходи в магазин, Вань! Все равно уже не спишь!

— Могла бы и сама сходить, — ворчу по пути в кухню. — зачем тебе каникулы, от телевизора не отлипать⁈

— Ну знаешь! — Возмущению сестренки нет предела. — У меня и так обязанностей полно, почитай список на холодильнике!

Ну кухне любопытствую, что это за обязанности такие, читая прикрепленный магнитом листок бумаги:

1 Сходить за хлебом!

2 Записывать новости!

И почерком Максима добавлено:

3 Мух убить, трупы собрать!

— Ахахах, — смеюсь в голос. — ладно, я — в магазин, а ты не манкируй обязанностями, чтоб всех мух к моему приходу истребила!

В сельмаге собрание, несмотря на то — что среда и рабочий день. Помещение магазина гудит, как раз к моменту моего прихода обсуждают расстрел в полном составе всего контингента исправительно-трудовой колонии в соседнем с нашим Энском городе. Если верить подробностям, даже охранников перестреляли, чтоб не оставлять свидетелей, трупы зарыли бульдозером и им же — снесли бараки. В таких новостях, особенно из магазина, делить всё надо на десять, но дыма без огня не бывает.

Настроение упало в минус, задумавшись, взял ещё две буханки хлеба сверху. Надо сухарей