Адмирал Империи – 26 - Дмитрий Николаевич Коровников

— Не говори так, — воскликнула Таисия Константиновна.

— Говорю, как думаю, — ответил я, продолжая свою недовольную речь. — Уверен, что это твой венценосный папаша послал Красовского сюда за тобой… Навряд ли бы адмирал Дессе пошел бы на такую авантюру… Что касаемо кавалеров? Не прикидывайся, я прекрасно знаю, как этот ушлый Казанова на тебя смотрит, впрочем, это ваше с ним личное дело…

— Да, перестань говорить ерунду, — рассмеялась Тася. — Ты что ревнуешь?

— Просто не хочу, чтобы ты разочаровалась, — хмыкнул я.

— Поверь, я разочаровалась в господине Красовском еще лет пять тому назад на «Новой Москве», — ответила мне, княжна. — После того, как узнала кто он и что собой представляет… Ты что и вправду думаешь, что у меня вот с этим человеком может что-то быть⁈ Ну, спасибо…

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда в качестве свата выступит твой отец, — зло усмехнулся я. — Руку даю на отсечение на то, что в ближайшее время государь-император начнет с тобой такие своднические разговоры…

— Отстань, ничего такого не будет, — отмахнулась Тася, заметно при этом смутившись.

— Посмотрим…

— Вот и посмотрим…

— Не кажется ли вам, что данный канал связи между кораблями существует для других целей, — в нашу дружескую с Таисией ссору неожиданно вмешалась Алекса. — Вообще-то мы ведем бой…

— Ты права, — согласился я с ней, прерывая наш с Тасей диалог. — Что-то я рано расслабился…

Впрочем, и напрягаться то смысла особого не было. Американские корабли, что из дивизии «Золотые грифоны», что из «Олд Гикори» на больших скоростях уходили из сектора, напуганные появлением Александра Михайловича Красовского. «Янки» и с двумя-то нашими дредноутами не смогли справиться, правда, не знали, что «Афина» и «Одинокий» лучшие в своем классе, но, тем не менее, сейчас еще на подходе семь вымпелов противника и у американцев шансы одержать победу сократились практически до нуля.

Единственное, навряд ли коммандеры вражеских кораблей побегут к Херсонесу. Скорее всего, они продолжат за нами следить с помощью радаров дальнего действия, оставаясь на безопасном расстоянии, и будут ждать своего часа, когда можно снова атаковать…

Между тем эскадра 10-ой «линейной», состоящая из семи вымпелов, приблизилась к месту недавних событий. С мостика «Екатерины Великой» поступил вызов, и Красовский первым делом засыпал меня вопросами, все ли в порядке с княжной. Да в порядке, не беспокойся, а то разнервничался весь!

Я чувствовал, как тяжелый взгляд Александра Михайловича через экран видеосвязи буквально буравит меня насквозь. Хмурое лицо и поджатые губы не предвещали милой беседы, новоиспеченный вице-адмирал сделал максимально серьезное лицо и держался надменно.

— Александр Иванович, я настоятельно рекомендую вам немедленно отправить капитана-командора Романову на мой флагман, — процедил он, с нажимом выделяя свое новое звание. — Таково распоряжение императора. И спорить тут не о чем.

Я прищурился, внутренне закипая от возмущения. Ох, не нравился мне этот тон. Да и сама наглая манера, в которой Красовский пытался мной командовать, бесила до чертиков. Но я сдержался, все-таки именно появление кораблей Красовского спасло нас сейчас.

— Господин без году неделя вице-адмирал, — произнес я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Безопасности великой княжны на ее же корабле — лучшем линкоре космофлота ничего не угрожает.

Красовский нахмурился еще сильнее. Было видно, как вздулась вена у него на виске.

— Не забывайтесь, Васильков! С кем, по-вашему, вы разговариваете? Что за прибауточки… Что касаемо Таисии Константиновны, то моя эскадра — самое надежное место сейчас в этом секторе пространства…

Он с вызовом уставился на меня, ожидая немедленного повиновения. Ха! Еще чего! Я усмехнулся про себя, внешне сохраняя невозмутимость.

— При всем уважении, Александр Михайлович, но у меня другое мнение на этот счет. Ваша бригада кораблей ничем не сильней нашей боевой группы. Так что оставим эту тему, радуйтесь тому, что вовремя подошли и выручили нас. Не переживайте, император щедро одарит вас за это своем милостью…

Красовский заметно покраснел.

— Васильков, вы как всегда в своем репертуаре, по-прежнему все такой же ехидный и ядовитый! Чувствую, по возвращении ответите по всей строгости перед государем-императором… Я же первым делом беспокоюсь о великой княжне, но не из-за корысти, а лишь…

— Господин вице-адмирал, давайте начистоту, — прервал я, Красовского. — Все мы прекрасно знаем, что вами движет вовсе не беспокойство о безопасности княжны. А лишь желание выслужиться перед императором. Остальное лирика… Таисия Константиновна останется на своем корабле. Кстати, вообще-то не вам и не мне решать за нее…

На несколько секунд в эфире воцарилась звенящая тишина. Мы с Красовским буравили друг друга ненавидящими взглядами, не желая уступать. Гордость и неприязнь не позволяли нам найти компромисс.

Наконец, Александр Михайлович процедил:

— Я доложу о вашей дерзости лично его императорскому величеству!

— Как вам будет угодно, в этом-то я точно не сомневаюсь, — ровно ответил я, чувствуя внутри странное спокойствие.

И, не дожидаясь ответа, я хотел было резко оборвать связь. К черту! Не время сейчас решать, кто перед кем выслуживается. Тася в безопасности — это главное. А с Красовским и императором мы еще поговорим. Как в наш локальный чат внезапно ворвалась сама Тася.

— Рада видеть вас, Александр Михайлович, — произнесла княжна, приветствуя Красовского. — Хочу лично поблагодарить вас за своевременную помощь. Ваше вмешательство спасло нас от верной гибели.

На несколько секунд вице-адмирал замешкался, видимо не ожидая такого поворота. Но быстро взял себя в руки и приосанился, расплываясь в самодовольной ухмылке.

— Ваше высочество, для меня честь служить Империи и лично вам, — сладко пропел Красовский, стреляя глазами. — Если бы я только знал, что вы в опасности, примчался бы еще быстрее! Его императорское величество очень волнуется за вас, поэтому прислал меня сюда… «Янки» по-прежнему находятся не так далеко, поэтому надо срочно возвращаться…

А перед этим разговором мы, а именно: я, кавторанг Жила и Таисия Константиновна провели свой импровизированный совет, на котором, ожидая подхода кораблей Красовского, решили, что будем