Адмирал Империи – 20 - Дмитрий Николаевич Коровников

убивать, так что пусть терпят. — Ну, у кого есть непреодолимое желание сдохнуть первым? Знаете, я настолько отдохнул в вашей прекрасной тюрьме, что чувствую в себе силы и тем более желание посоревноваться в искусстве владения холодным оружием со всеми вами… Да-да, я не шучу, можете вставать в очередь, господа!

— Достаточно будет одного поединка, — прервал мою речь султан Селим, наконец, появившийся в аудиенц-зале в окружении адалисок, среди которых я к своей радости заметил и Нису.

Я был благодарен ей уже за то, что она что-то там подсыпала в физраствор, которым меня откачивали в капсуле, отчего я сейчас чувствовал такой прилив сил, что готов был без эндосклета выйти на бой хоть со всеми собравшимися сразу. Походу, этот коктейль не только сил придавал, но и безрассудности, и теперь надо было держать себя в руках и случайно не убить Мехи, а то весь мой план по спасению Полины и Кузьмы Кузьмича полетит к чертям…

— Можешь выбрать для себя любого из них, адмирал Васильков, — между тем продолжал султан, садясь на трон и указывая рукой на выстроившихся в ряд моих потенциальных соперников.

— Вот этот улыбающийся в отличие от всех остальных молодой офицер мне сразу пришелся по душе, — ответил я, показывая кивком головы, потому, как руки мои до сих пор были закованы в наручники за спиной, на стоящего напротив принца Мехмеда. — Остальные слишком серьезные, и лица у них от этого какие-то недружелюбные… Этот же юноша, несмотря на опасность умереть, весел и безмятежен. Думаю, именно он достоин представлять вас, султан, в этом поединке…

— Мехи, ты готов, сынок? — Селим обратился к принцу.

— Да, отец, — с жаром ответил тот, поклонившись своему повелителю. — Я не посрамлю твою честь, повелитель!

— На тебе лежит большая ответственность, — продолжал говорить султан. — Гяур, стоящий перед тобой, признанный фехтовальщик…

— Я быстрее и моложе его, — ответил на это юноша. — Не переживай за меня отец…

— Я переживаю не за тебя, — поморщился Селим. — А за честь империи, которую ты сейчас представляешь. За этим поединком через трансляцию следит вся Галактика. Нас стократ называли и продолжают называть первыми дикарями Ойкумены, сегодня тот случай, когда мы докажем всем нашим недоброжелателям, что османы соблюдают правила и законы дуэли…

— Стоп-стоп-стоп, господа, — нагло прервал я пафосную, видимо, заранее подготовленную речь султана Селима, но слушая ее, меня вдруг посетила шальная мысль. — Это что значит, что победитель в дуэли, как тому предписывают упомянутые вами правила и законы, получит к тому же и свободу, я правильно понимаю⁈

— Ты правильно понимаешь, гяур, — кивнул Селим Седьмой, переглянувшись со своими советниками. — Вместе с победой, тебе и твоим друзьям вернут свободу, ибо никто не может назвать честным поединок один из соперников в котором является пленником…

Меня внутри аж затрясло от неожидаемого осознания, что появляется шанс выбраться из этой переделки. Я еле сдержался, чтобы не закричать от счастья, нет, по любому во мне сейчас бурлил этот чертов коктейль, ведь я просто не мог спокойно стоять на месте и хладнокровно, как всегда это делал, воспринимать полученную информацию.

Мельком, чтобы не выдавать себя и ее, я взглянул на Нису и все сразу понял. Клянусь, ставлю руку, зуб или что там еще ставят, вся эта затея с трансляцией (я, кстати, только сейчас обратил внимание на видеокамеры, парящие над нашими головами), и всеми этими правилами чести придумана именно Нисой. Чую, это моя новая знакомая нашептала Селиму в перерывах между любовными утехами, чтобы тот с пользой для улучшения имиджа своей империи использовал ситуацию со мной. Можно, утолив жажду крови получить секундное удовольствие от созерцания отрубленной головы контр-адмирала Василькова, а можно вдоволь насладиться положительной реакцией галактического сообщества на свое правильное, цивилизованное поведение и организацию поединка…

— Точно, это Ниса устроила, ну спасибо большое тебе, — чуть не вырвалось у меня.

Вот только, я сразу перестал улыбаться как умалишенный, когда перевел взгляд на выбранного мной соперника. Мехи, как и я, только что услышавший новость о том, что победитель получает свободу, вмиг переменился в лице, перестал улыбаться и заметно побледнел. Посмотрев на растерявшегося юношу, я тяжело вздохнул. Ведь поединок чести по этим самым, упомянутым султаном Селимом правилам, не оставлял шанса на жизнь проигравшему в нем…

Глава 8

Место действия: звездная система HD 21771, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Тарс» — сектор контроля Османской Империи.

Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Османская Империя.

Расстояние до столичной звездной системы «Румелия»: 37 световых лет.

Точка пространства: сектор межзвездного перехода «Тарс — Эдирне».

Борт флагманской галеры «Ла Султана».

Дата: 3 марта 2215 года.

— Как, отец, ты отпустишь этого неверного⁈ — промолвил Мехмед, обращаясь к султану.

— Только в том случае, если ты проиграешь в дуэли, — ответил ему Селим Седьмой, строго посмотрев на сына.

Юноша в какой-то момент стал догадываться, что о его планах и разговоре с русским адмиралом донесли султану, и по довольным лицам двух своих старших братьев, Мехи понял, что отец сделал свой выбор точно не в его пользу. А на самом деле, если приоткрыть завесу тайны, Селиму рассказала о визите Мехмеда ко мне в палату Ниса — мой сегодняшний ангел-хранитель. Прекрасная адалиска поведала своему господину о коварном замысле одного из его сыновей воспользоваться поединком, чтобы привлечь к себе внимание, а затем, и это уже абсолютно придуманная Нисой история — Мехмед якобы рассчитывал расправиться со своими старшими братьями, чтобы убрать с дороги своих главных конкурентов на престол…

Султан Селим был в ярости, он не мог стерпеть того факта, что какой-то юнец за его спиной будет расчищать себе дорогу к трону, который повелитель Османской Империи не собирался изначально ему отдавать. Селим в первые минуты, после того, как узнал о заговоре Мехи, хотел отдать приказ немедленно арестовать юношу, но все та же Ниса отговорила старика, предложив провести вместо показательной казни Василькова, то есть меня и моих товарищей, честный поединок, транслируя его на максимально широкую аудиторию.

— Мой господин покажи всем недоброжелателям свое благородство и милосердие, — шептала обворожительная адалиска Селиму на ухо. — «Абдул Кадир» уже у тебя, а русский адмирал — слишком незначительная фигура, чтобы наслаждаться его смертью… Что касается Ямана Каракурта убитого Васильковым или его людьми,