Гуль - Артём Кочеровский

Трезвый, что случалось довольно редко. Отлив на стойку сетчатого забора, он вытер руку о штанину и вернулся в трейлер. Во второй раз он вышел с бутылкой в руке, сунул её в рукав, огляделся и покинул стоянку. По железке Иваныч дошел до моста, там перелез через дыру в заборе и потопал к грузовым вагонам. Кран манипулятора к этому времени остановился, а его железная клешня едва заметно покачивалась. Иваныч остановился неподалеку, достал бутылку и сделал несколько глотков. Пошел дальше. Пройдя три ряда домов частного сектора, он вышел на улицу с односторонним движением. Та вела к рынку. Тут Иваныч ускорился и пошел чуть быстрее. Через пятьдесят метров он свернул на грунтовую дорогу по указателю «Прием металлолома». В сотне метров перед ним красовался огромный желтый баннер с черными буквами: «Металл». Иваныч пошел к нему, но снова свернул на узкую тропинку и остановился возле трансформаторной будки.

Полчаса спустя на тропинке со стороны центра показался человек. Такой же чистый, опрятный и вкусно пахнущий, как и сам Иваныч. Каждые десять метров он останавливался и тяжело дышал. На животе у него был повязан ремень, конец которого тянулся хвостиком и тянул за собой старую чугунную батарею. Искатель металла дотащился до трансформаторной будки. Там его окликнул Иваныч. Завязался разговор. Честного работягу, стырившего батарею в подвале, звали Гоша. Иваныч достал бутылку и предложил выпить за знакомство. Гоша не отказался, тем более речь шла о литровой бутылке дорогой магазинной водки. В последние годы совей жизни Гоша делал выбор в пользу алкоголя классом пониже. Невероятный встречный, у которого нашлась и закуска, всего-то и хотел — просто поболтать.

Они выпил полбутылки, оттащили батарею в кусты и решили прогуляться к железке, где Иваныч оставил сигареты. У стрелы манипулятора, словно под огромным маятником, отсчитывающим секунды, оба помочились. Иваныч показа Гоше дырку в заборе, а после пригласил в стоящий поодаль контейнер. День складывался сказочно. Еда, элитный алкоголь, укромное местечко, где можно поболтать вдали от чужих глаз и втянуть дым из сигарет с фильтром.

Иваныч запустил Гошу внутрь, дал бутылку и предложил пить, сколько тому влезет, потому что у него есть ещё. Гоша потянул из горла и выбрал себе местечко на поддоне, а Иваныч постоял на улице чуть подольше. Он замер и медленно повел головой, оглядывая местность. Тишина. Ни души. Иваныч вошел в контейнер.

— Отличное место, — Гоша ойкнул и протянул Иванычу бутылку. — Сигаретку бы ещё!

— Сейчас будет, — ответил Иваныч и полез во внутренний карман куртки.

В темени контейнера блеснула сталь. Гоша округлил глаза и опустил челюсть. Хорошо сложенный Иваныч подался вперед и занёс руку для удара…

Я спрыгнул с крыши контейнера и с грохотом приземлился на железный пол у входа. Иваныч, развернулся, дыхнул в меня реактивными парами и со страху наставил нож.

— Что блин здесь?..

— Вали! — я показал Гоше на выход.

— Ты кто? — прорычал Иваныч.

Спотыкаясь и царапая стену, Гоша потянулся к выходу. Иваныч дернулся — посчитал, что будет лучше оставить заложника при себе, — но я коротким взмахом ладони ударил его по руке. Плечо обвалилось вниз, нож выскочил. Иваныч припал на колено.

— Вы чего, мужики?! — взмолился Гоша.

Я схватил бомжа-заложника за ворот куртки и выбросил на улицу. Он пару раз шмякнулся, взвыл и поспешил скрыться в дырке.

— Тебе чего надо?! Жалко, что старый бродяга проведет ночь в этом заброшенном контейнере?!

— Для кого тело? — спросил я.

— А?!

— Для кого тело?!

— Не понимаю…

Я сделал шаг вперед и толкнул его костяшками кулака в грудь. Иваныч улетел в середину контейнера и перемешался с барахлом. Порывшись в куче мусора, я нашел самый вонючий кусок по запаху, вытащил его и прижал к стенке.

— Я знаю, что ты не маньяк. Ты водишь их сюда не для того, чтобы зарезать и передернуть на их окровавленные тела. Ты оставляешь их здесь. А потом тела пропадают. Вот я и хочу знать: для кого ты их оставляешь?

— Кхм-кхм! Чёрт, пацан, ты мне ребра сломал!

— Говори!

— Да я просто бомжара! Мне бы водки попить, да за жизнь потрещать…

Я схватил его за предплечье и хотел сделать больно, но образ жизни сделал кости Иваныча слишком хрупкими. Что-то хрустнуло, и я увидел кусок клешни, вывернутой в земле. Упс… Иваныч проорался в перчатку и спустя две минуты заговорил:

— Он работает на скотобойне… По ночам… А-а-а, бля-я-я-я!

…. … …

Из всех помещений свет горел лишь в одном. Я перескочил через забор, пошел прямиком туда и открыл дверь. Прошел по небольшому коридору, линолеум которого был изрисован кровавыми кляксами, и толкнул тяжелую железную дверь с маленьким окошком. Меня обдало холодным воздухом. Я вошел внутрь и увидел спину склонившегося над столом человека. Принюхался. Не человека — гуля.

Он увлеченно работал. Его плечи то поднимались, то опускались. Из стороны в сторону ходили руки. Слышались свистящие взмахи ножа. Раз в несколько секунд в ведро рядом со столом падали жилистые ошметки. Я сжал кулак и сделал крохотный шаг вперед.

— Погоди! — буркнул гуль. — Сейчас доделаю.

Он вскинул руку и быстро опустил. Что-то хрустнуло на столе. Полоснул из стороны в сторону и сгреб обрезки в ведро. Затем он развернулся и вытер капельку пота, стекающую по лбу.

Гуль был стареньким, лет эдак под шестьдесят. Но выглядел ещё старшее, а точнее — страшнее из-за полного отсутствия волос. Их не было не только на голове. Он был лысым, как женская коленка. Ни бровей, ни ресниц, ни одной предательской волосинки на бороде, под носом или в носу. Череп старого гуля покрывала морщинистая кожа, а его уши прилично торчали в стороны.

— Хм-м-м, — он стряхнул кровь с лезвия тонкого обвалочного ножа. — Зародыши ко мне ещё на заходили.

— Полагаю, тебя зовут Мохнатый? — спросил я, оценив иронию прозвища.

— Меня много как зовут. Бывает и Мохнатый. Тебя как сюда занесло-то, маленький?

— Мне нужны ответы.

— А? — Мохнатый скривился и выставил левое ухо вперед. — Не понял!

— Мне нужны ответы.

— Ответы? Какие ещё ответы?! — Мохнатый пожал плечами. — Ты чего, молодой, совсем башкой тронулся? Хоть понимаешь, перед кем стоишь?! — Мохнатый вдруг озлобился и принюхался. — Погоди, я не понял. Ты без мяса что ль пришёл?! Я хоть и старик, но…

По правую руку от меня на погнутом железном столе лежали ножи. Я подхватил ближайший и швырнул. Нож просвистел в воздухе и вонзился в тушу, что висела рядом с Мохнатым. Нож прошел насквозь. По случайности я попал в мышцу или слабое место. Большая часть туши