Отщепенец. Книга 1 - Алексей Ермоленков

меня. И теперь мне приходилось не только отбиваться, но и уворачиваться. Однако я все равно не спешил. Понимал, что рано или поздно и стрелы и все остальное у них закончится и вот тогда они запаникуют по-настоящему.

Так и произошло, когда у лучника кончились стрелы, он дал стрекача в одну сторону, а маг, глядя на него рванул в противоположную. Я решил оставить мага напоследок, поэтому за несколько секунд оказался рядом с лучником и, вонзив тому нож в спину, бросился к магу.

Остановил я его ударом в лицо, так что тот завалился на спину, при этом его ноги взлетели вверх. Я специально ударил так, чтобы не просто истощить его кинетический щит, но и разбить главарю шайки нос.

Затем я взял его за горло, так чтобы тот говорить не смог, и поднял его на вытянутой руке. Я еще плохо знаю этот мир и свидетели мне нужны. Ведь я не собирался убивать его просто так. Мне нужно было кое с чем поэкспериментировать. Раз уж на войне мне придется биться с магами, я хочу понять, что полезного я смогу от них усвоить. Ну и мне совершено не нужно, чтобы тот начал членораздельно разговаривать. Все должно быть похоже на то, что я его просто задушил.

Я принялся потихонечку вытягивать из него энергию, и разбираться в ней. Тянуть с это мага силу и скорость смысла не имело, а вот магические его способности меня очень заинтересовали. Немного разобравшись, я понял, что энергия от каждого заклинания отличается и первым делом я потянул энергию его каменной шрапнели.

Вытянул я энергии немного, чисто на пробу, и попытался усвоить. Не тут то было. Энергия этого заклинания не хотела усваиваться от слова «совсем». Стало обидно. А так хотелось стать магом.

Тогда я потянул энергию из заклинания «каменная кожа». Вытянув ее совсем немного, я принялся ее усваивать и о чудо! Усвоение этого заклинания началось. Конечно, оно было не столь эффективным, как умение, что я получил от измененных ящериц, но лишним оно точно не будет.

Затем я потянул энергию заклинаний «магический щит» и «кинетический щит». От них энергию я тоже усвоить не смог. Немного подумав я так опробовал все заклинания, что имелись в арсенале мага, а тот так и продолжал трепыхаться у меня в руке.

Оказалось, что я могу пользоваться только теми заклинаниями, что меняли свойства моего физического тела. И то хорошо.

Я потянул энергию из мага уже нормальным потоком и его глаза расширились от ужаса, который в нем плескался. Маг понял, что я пожиратель, вот только ни закричать, ни сказать что-либо не мог. Он лишь продолжал трепыхаться. Со стороны это выглядело будто я его медленно душу, но только он и я во всем этом мире знали, что происходит на самом деле.

Когда мой противник потерял сознание и перестал трепыхаться, я, оставив ему толику энергии, просто дернул рукой, свернув ему шею, а затем повернулся в сторону, откуда я пришел и принялся ждать, отбросив в сторону мертвого мага. Ко мне приближались трое и один из них мне был знаком.

— Вижу, ты и сам справился! — вместо приветствия сразу перешел к делу лавочник из поселка искателей.

— Да. А вы тут какими судьбами?

— Да я вот давеча нашел у себя очень интересную вещицу и она привела меня сюда.

— Что за вещица?

Лавочник показал мне небольшой артефакт и ответил:

— Артефакт прослушки. А когда я понял для чего его мне подкинули, то взяв двух охранников и артефакт отслеживания связи, поспешил сюда.

Лавочник взглянул на мертвеца и произнес:

— Все-таки Саблин… Много подозрений было, что это он промышляет, но доказательств никаких не нашли.

— А если бы и нашли, что бы с ним стало? Разборки со смертельным исходом между искателями не запрещены.

— Тут ты прав, не запрещены. Именно по этой причине, узнай мы, кто этим промышляет, мы бы попросту их грохнули. Одно дело, когда ты повздорил с другим искателем и один убил другого, а другое целенаправленно убивать ради чужих трофеев.

— Понимаю. И что вы собираетесь делать дальше?

Лавочник окинул взглядом трупы и поинтересовался:

— Трофеи собирать будешь?

— А есть предложения?

Глава 8

Российская империя. Территория Выборгской аномалии

— Есть. Мы можем собрать с них все, что можно продать и в следующий раз по прибытии ты получишь за все их добро деньги.

— А зачем мне это? Я могу и в городе все это продать. Там мне дадут за это куда больше денег.

— Можешь, конечно… но там скорее всего начнут задавать ненужные вопросы, вроде того откуда у тебя чужие вещи. А если надумаешь сбыть их на черном рынке, тебя могут попытаться кинуть да и цена будет такой же, как у меня.

Я задумался. Мужик вроде не врал. Может, стоит попробовать рискнуть? Вряд ли у этих грабителей с собой было что-от сверхценное. А, согласившись на предложение, я смогу проверить, можно ли ему доверять.

— Хорошо, я согласен, — протянул я руку лавочнику, представившись.

Тот пожал мне руку.

— Тогда оставляю все на вас. Бывайте.

— Пока.

Вскоре я уже брел по заснеженной Российской империи в полушубке, ватных штанах и шапке простолюдинов. Путешествие до ближайшего пограничного поста заняло почти сутки и вот я прохожу через рамку металлоискателя и кидаю взгляд на монитор сотрудника пограничной службы. На нем четко высвечиваются мои данные: Виктор Андреевич Савраскин. Барон Российской империи. Не женат. И данные о дате и месте рождения. Все это находилось с правой стороны, а с левой на пол экрана высветилась фотография лица. И вот тут у таможенников появилась загвоздка. Я вроде и был похож, но в то же время не очень сильно.

— Прошу прощения, ваша милость. На фотографии явно не вы. Прошу вас пройти в кабинет для личного досмотра.

— Хорошо, — ответил я, взявшись за лямки рюкзака, но меня тут же остановили.

— Не стоит, ваша милость. Мы сами.

— Сами, так сами, — пожал я плечами. — Ведите.

Кабинет оказался недалеко в этом же здании. Хотя кабинетом это сложно назвать, скорее допросной. Металлические стены, пол и потолок с толстенной железной дверью. Посередине находился металлический стол, прикрученный к полу, с дужкой для наручников с одной стороны. И все это сделано из хладного железа, чтобы одаренные разумные не вздумали шалить.

— Раздевайтесь, — приказал мне сотрудник таможни.

Я понимал, что сопротивляться в данной ситуации не стоит, но и оставлять это без последствий я не желал.

— Вы понимаете,