Мюррей Лейнстер - Космические скитальцы

Вся деятельность внезапно прекратилась. Седой и его помощники уставились на мусоросборник. Наступила тишина, а потом все заговорили разом. Возбужденные голоса почти оглушили землян. Малый народец сбежался из всех уголков яхты, и каждый старался что-то спросить. Вскоре подоспело пополнение из тех, кто пока еще оставался снаружи. Гул голосов и лес жестикулирующих рук свидетельствовали о невероятном успехе этого простого механизма.

Внезапно снова воцарилась тишина. Низкорослые, столпившись, смотрели то на Хауэлла, то на переработчик мусора. Кто-то выглядывал из-за спины соседа, кто-то, чтобы лучше видеть, забрался на встроенную мебель. И все жестами просили Хауэлла проделать это еще раз.

Он нахмурился — это вам не цирк. Радостное щебетание смолкло. Казалось, их ничто теперь не интересовало, кроме устройства, которое перерабатывало органические остатки, превращая вещество в крошечные частички, напоминающие тальк или графит. Полученные отходы были сродни четвертому состоянию материи — не твердое вещество, не жидкость и не газ. Пыль, одним словом. Именно эта пыль и приводила малышей в изумление и восторг. Она вылетала из поддона, и ее можно было вдохнуть, как дым. Но потом из нее можно было сделать любой твердый предмет.

Заговорил седой. Он был ошеломлен. Увиденное захватило его целиком. Его умоляющие жесты настолько не вязались с полным достоинства обликом, что Хауэлл был совершенно озадачен и бросил в машину еще несколько пластиковых обрезков. Они снова превратились в пыль. За ними последовала новая партия обрезков. В отстойник опять высыпалась кучка пыли. Еще куски. Еще пыль.

Поднялся настоящий переполох. Лица гостей светились восторгом. Они что-то выкрикивали, сраженные наповал этим эффектным зрелищем. Кто-то хлопал в ладоши. Хауэлл заметил мужчину в розовом, решительно прокладывающего путь сквозь толпу. Он подошел к одной из женщин, обнял ее, указывая на устройство, и начал что-то говорить на ухо. Женщина тихо заплакала.

— Послушайте! Что случилось? — протестовал Хауэлл. — В чем дело? Если вам нужно такое устройство, я дам его вам! И его для вас сделаю. Но сейчас позвольте Бакенбардам закончить работу! Расходитесь! Расходитесь!

Кетч и Брин протолкались сквозь толпу.

— Что здесь происходит? Куда это все собрались? — спросил Кетч.

— Они увидели, как работает мусороперерабатывающая машина, и все как с ума посходили, — ухмыльнулся Хауэлл.

И двинулся вперед, выгоняя маленьких человечков из помещения. Еще до того, как последний из них покинул яхту, Хауэлл заметил, что многие устремились к кораблю-личинке, причем бегом. Он вновь повернулся к седовласому в пурпурной одежде, который сосредоточенно изучал механизм, что-то бурча себе под нос. Эти звуки нельзя было назвать медитативными — в них звучали огорчение и досада. Ему нечего было положить в переработчик мусора, но отчаянно этого хотелось.

— Знаешь что, если это так много значит для вас, я сделаю еще один такой и научу изготавливать их самостоятельно, — предложил Хауэлл. — Чем заняты твои друзья?

Седой изобразил ряд жестов. Стало ясно, что он сам и его компаньоны сходили на корабль-личинку и извлекли большую часть утопленных в пластик металлических механизмов и приборов. Хауэлл ни за что не догадался бы о назначении принесенного на “Маринту” предмета, если бы седой не приладил его к тому месту, где прежде стоял конденсатор. Жестами он показал, что намерен заменить ныне отсутствующий конденсатор на исправный. Но Хауэллу не слишком верилось в успех этого предприятия. У низкорослых, конечно, были космические корабли, но их технология казалась ему до крайности примитивной, ведь даже оружие они изготавливали вручную.

— Ну хорошо, попробуй, — скептически проговорил Хауэлл. — Это в любом случае не повредит. Если твоя штуковина поможет нам улететь до того, как нас выследят, — отлично. Если из-за нее мы взлетим на воздух — тоже не буду жаловаться.

Конечно, маленький человек ничего не понял. Но Хауэлл обращался к нему тоном, который, несомненно, огорчил его. Было видно, что скептицизм большого человека больно задел его гордость. Тем не менее миниатюрный мужчина вновь заговорил с Хауэллом так убедительно, с таким жаром, что становилось ясно — то, чего он хотел от Хауэлла, было делом первостепенной важности.

— Я дал им часть семян из аварийного набора, а Кетч нарисовал, как можно изготовить оружие, — озадаченно сказал Брин. — Что же еще им нужно?

— Как ни странно, они желают машину для уничтожения мусора! — саркастически произнес Хауэлл. — И я не могу добиться, чтобы он хоть на минуту отвлекся от этой затеи!

Он изобразил с помощью пантомимы, как вытаскивает устройство для мусора и дарит его седому. Тот посмотрел на него с ужасом. Ему явно было нужно нечто совсем другое. Карен поняла это.

— Он ни за что не хочет брать наш мусоропереработчик, — объяснила она. — Этого он не может себе позволить. Вот если бы ты объяснил ему, как их изготавливать…

— Это немножко хлопотно, но я попытаюсь, скажи ему, — обещал Хауэлл. — Во всяком случае, это не сложнее, чем то, за что берется он — включить наш двигатель перегрузок за счет чужого конденсатора. Если ему это под силу…

Три низкорослых робко вошли в отсек. Несколько минут назад Хауэлл уже выпроводил их. А теперь они вернулись опять, неся нарезанные куски пластика с корабля личинок. Жестами и звуками они попросили разрешения поместить эти куски в мусоропереработчик.

— Валяйте, развлекайтесь! — нетерпеливо крикнул Хауэлл.

И, судя по всему, они здорово развлеклись. В их глазах светились восторг и надежда.

Но сам Хауэлл находился в угнетенном состоянии, как и всегда, когда его мысли обращались к судьбе Карен. Контакт с малым народцем не улучшил ситуации. Он почти не верил в возможность хоть как-то починить яхту и, тем более, вернуться на Землю из-за неминуемой погони “личинок”. Хауэлл был убежден, что это обычная тактика хлородышащих, хотя низкорослые и умудряются как-то избегать ее.

Он видел для нее единственную, но весьма неутешительную перспективу — провести остаток жизни, скрываясь на зеленой планете среди малорослого народа, постоянно опасаясь, что ее могут выследить и уничтожить все человечество на ее родной планете, как это уже случилось когда-то давным-давно.

Таким образом, всех их ждала незавидная участь. Однако казалось, что пока никто не разделял его пессимизма. Хауэлла безумно раздражали воинственные фантазии Кетча, обуревавшие его с тех пор, как он вышел на тропу войны с личинками. Они были основаны на расхожих клише из видеофильмов, которые ему довелось посмотреть. Как было продемонстрировано в лучших из них, он уже успел познать радость боя, к тому же, его не ранило, и ему понравилось ощущение собственной неуязвимости. Он подогревал в себе ненависть к своим противникам-личинкам, что вполне соответствовало идее героического сражения.

Страстное желание маленьких людей получить машину для переработки мусора тоже казалось лишенным смысла, но они не могли думать ни о чем другом, и это также бесило Хауэлла. Были и другие причины впасть в уныние, что Хауэлл не замедлил сделать.

Малорослики то и дело входили на яхту, застенчиво и с извиняющимся выражением на лицах вносили куски пластика и кидали в машину, наблюдая, как она выдает пыль. В конце концов Хауэлл не выдержал и с сердитым видом отправился на склад яхты искать детали для изготовления такого же устройства для кораблей-шаров.

Кетч последовал за ним.

— Хауэлл, ты делаешь большую ошибку, — заговорил он авторитетным тоном. — Ты — руководитель этой экспедиции, и от правильности принимаемых тобой решений зависит наша жизнь. Мы ведь собирались изготовить оружие!

— И что дальше? — спросил Хауэлл.

Он собрал детали, необходимые для работы. Ему показалось, что маленький конденсатор из ловушки можно взять за основу этой абсолютно ненужной сейчас вещи.

— Если человек с бакенбардами сможет залатать “Маринту” для дальнейшего полета, нам нужно изготовить оружие для самозащиты. Но можно сделать и больше. Я постараюсь нанять этих малышей, чтобы они присоединились к нам с оружием, — настаивал Кетч.

Хауэлл повернулся и выразительно посмотрел на него.

— Нужно выучить их язык, — решительно продолжил Кетч. — И наконец заняться изготовлением бластеров. Мы присоединимся к шарообразным кораблям, когда они соберутся на следующую встречу. Покажем им записи о разрушении корабля-личинки и докажем, что можем повести маленький народ с нашим новым оружием на бой против тварей, что охотятся за ними.

— По меньшей мере, еще вовсе не факт, что “Маринту” удастся починить, — ответил Хауэлл. — Если ты собираешься бросить яхту — между прочим, мою яхту — в бой, то, может, подумаешь сначала, стоит ли втягивать в это Карен?