Виктор Моключенко - Ретроспект: Эхо

- Что тут? – выполз из канавы пошатывающийся и приглаживающий ободранную пулями броню Коперник.

- Шпик - Крамарь приложил руку к глазам, наблюдая, как со стороны блокпоста путников на всех парах летит джип, из которого, перекатываясь, выпрыгивали бойцы и исчезали в расщелинах бетонной ограды.

- Сам вижу что шпик, только чего это его так... стой... а кеноиды где? – майор подозрительным взглядом окинул перепаханную пулями дорогу и погнутый бок дымящегося, но все же выдержавшего удар ракеты БТРа.

- Да кто их знает, только что были здесь, и словно в воздухе растворились – ответил Крамарь, не отводя глаз со стройки.

- Доктор, что с ним? – присев возле шпика и щелкая пальцами перед остекленевшими глазами спросил майор.

- Психоблокада. Тоже, что было с вами на «стой-замри», только в более тяжелом варианте. Ничего, оклемается.

Джип взвизгнул покрышками, из него выпрыгнул Кречет, разглядывая БТРы и лесников, выходящих из зоны обстрела и растянувшейся цепью подошедших впритык к зданиям, готовых открыть ответный огонь:

- Все целы? Нехорошо вышло, не так я себе все это представлял.

- Да ладно, генерал, еще пройдем парадным шагом – Брюс выпрямился, подошел к путнику, мгновение поколебался, а потом все же пожал протянутую руку. Бледный, прозрачный Кипарис подал знак «внимание» и все умолкли. Оглушительная тишина накрыла поле боя, стало слышно, как трещат от жара бока БТРа и выводят свои нехитрые трели сверчки. В метрах десяти зашевелились кусты, и показалась вереница фигур в серых бронежилетах, с заложенными за головы руками, сопровождаемая плотным кольцом кеноидов.

- Мать честная! А это что еще такое? –  прошептал Кречет, глядя как шпики вдруг остановились, сбросили оружие в одну кучу и, подняв руки над головой, в один голос, с жутким акцентом завопили – «не стреляйт... Гитлер капут!».

Лобастый Грей подошел к генералу и тяжело, с натугой, произнес:

- Разрешите доложить… товарищ генерал. Отряд кеноидов особого назначения с боевого задания прибыл. На вражеской территории захвачены напавшие на колонну шпики… и приконвоированы для дальнейшего решения людей… Раненых нет, убитых нет…  докладывал глава прайда Грей.

- Благодарю за службу… эээ… товарищи кеноиды – сбиваясь, произнес генерал, наблюдая за тем, как шпики сели в плотный кружок и один из них начал наигрывать на губной гармошке до боли узнаваемую мелодию «Oh, du lieber Augustin».

- Ирис, сукин кот… - прошипел за спиной генерала Брюс – ты опять Аргусу не те книжки читал?

- Никак нет, видимо генная память. Вероятно, кены вспомнили, как их далекие предки в войну брали в плен немцев.

Путники, не выдержав заржали, стараясь не смотреть на генерала, а тот нахмурился и вдруг сам захохотал:

- Ладно, шут с ними. Грей, поднимайте этих диких гусей и конвоируйте сзади БТРов. Посадим их на газик, захватите их с собой на Периметр, а дальше пусть особисты решают, что с ними делать.

Генерал обернулся, бросил на бойцов грозный взгляд и вдруг устало улыбнулся:

- С возвращением, ребята! Жаль Марков не дожил, старый плут. Да ладно, все на базу - зарядимся и в путь. 

- 08 -

Полина стремительно пробиралась через бурелом поваленных замшелых стволов и Верес, стараясь не отставать, лишь покачал головой. Он безуспешно пытался себе представить, что же творилось там, в находящемся за гранью Севастополе, если даже такая, хрупкая с виду девушка, была вынуждена превратилась в хищника, уверено обходящего многочисленные аномалии и с легкостью пробираясь через заполненные бурлящей «жижей» провалы. Во всем ее облике сквозила гордая, неукротимая красота, и своей грацией она была похожа скорее на пантеру, скользящую под сводами древнего леса по зеленому покрывалу мха, нежели на сталкера-бродягу. Проглотив данные из ПК, Полина вернула его разведчику и устремилась на север. Верес едва поспевал за ее текущим шагом, рана на боку уже не болела, но его шатало от усталости несмотря на действие стимуляторов. В конце концов, всему есть пределы, терпению тоже. Обогнув покрытую  наростами грибов сосну, он окликнул Полину и в изнеможении опустился на ствол:

- Стой, дай отдышатся.

Она бросила скользящий взгляд по сторонам, кивнула, и присела напротив:

- Слабая у вас подготовка, разведчик.

- Я не выворотник, что бы скользить по лесу не разбирая дороги.

Полина тряхнула неровной челкой, убирая с глаз набежавшую прядь, и многозначительно положила руку на винтовку:

- С чего ты взял, что я выворотник?

- Почему нет – пожал плечами Верес, – какие могут быть гарантии? Ты видела мой жетон, я твой – нет.

- Выворотники не разговаривают – она прищурилась и принялась изучать «шотландца» блеснувшими глазами.

- Зато стреляют отлично, да и выдержка у них отменная, прямо как у тебя.

- Логично – кивнула Полина, достала свисающий на цепочке жетон и показала Вересу – Неужели вы до сих пор так и не научились отличать выворотников? Чем же вы занимались целых десять лет?

- Научились, но оборудование довольно громоздкое и в карман не влезет даже при всем моем желании. А эти десять лет мы посвятили вытаскиванию страны из руин. Не знаю как у вас – но мы тут были всего на волосок от ядерной войны. Это так, для справки, но, полагаю, что в Севастополе вам тоже было не сладко.

- Союз все еще существует? – распахнула изумленные глаза Полина, и Верес отметил затаившуюся на самом дне горечь.

- А ты что ожидала здесь увидеть? Соединенные штаты? После того как у них не прошел в девяносто первом году финальный аккорд Даллеса, нацеленный на развал страны изнутри, они пустили по нам свои ракеты, да только зубы обломали. Встречный вопрос можно? У меня их, знаешь, тоже немало накопилось.

- Валяй – она кивнула головой, посматривая на браслет – только не затягивай, тут можно попасть на патруль постулата и хоть после обработки они бойцы так себе, но с какой стороны держать автомат все-таки помнят.

- Ты все время говоришь - десять лет, чего ты так прицепилась к этой цифре?

- Тебе будет трудно это понять, но там, за гранью, в осажденном Севастополе, прошло только два года. Не десять.

- Вот это новость – присвистнул разведчик – а как же соизмеримость констант времени-пространства?

- Тоже мне, Эйнштейн - там свое пространство, чуждое настолько, что даже Зона по сравнению с ней – детский садик.

- Ну, если вы там такие крутые ребята, то почему не изобрели защиты от плазморазрядника? Или как он там называется?

Полина рывком подняла голову и впилась в него взглядом:

- Откуда ты знаешь…

- Скажем так, прогулки по ночному Периметру, мое любимое время провождение, после догонялок с шкилябрами. Да и медальон у тебя очень любопытный, точь в точь как у Листа.

- Что за Лист? – Полина тайком взяла оружие наизготовку и, заметив это, Верес ухмыльнулся:

- Не стоит считать нас идиотами - ежу понятно что ты с того самого грузовика. Как ни крути, а Севастопольские номера тут редкость, да и медальоны курьеров не выдают направо налево. Лист это уцелевший, которого мы подобрали после того, как по вам шмальнули, светловолосый такой, со странным выражением глаз.

- Мистраль жив? – радостно вскочила на ноги Полина.

- Жив, только отморожен на всю голову, не помнит нифига, так, урывками набегает на него что-то вроде просветления и начинает говорить в бреду о Севастополе, про СНГ какой то. Не просветишь на этот счет?

- Некогда – Полина закинула винтовку на спину – если Мистраль жив, то он вспомнит все что нужно.

- А то, что не нужно, тоже вспомнит?

- Слушай, где тебя откопали, такого остороязыкого? Или таких сейчас берут в космонавты?

- Где посадили, там и откопали, а вообще, говорят, в капусте нашли.

- Ага, понятно, так ты еще и головой ударился, во время приземления. Ладно, пошли быстрее, нам надо засветло успеть на хутор, а там решим, как быть дальше. Жаль, нет под рукой Мистраля, мы бы в два счета соорудили прокол.

- Куда?

- На тот свет – оглянулась Полина – иначе, зачем бы мы сюда прорывались с боем? У нас одна очень неприятная новость, Верес - мы следующие. Не понимаю, почему они ждали целых десять лет, и что их сдерживало – но теперь они пришли в движение, развернув наступление на всех уровнях. Мы знали, что нам не поверят на слово и будут нужны куда более веские доказательства, чем просто слова. Собственно мы за вами, ребята. Дело пустяковое – смотаться туда и обратно.

- Кто такие - они? Пришельцы?

- Умный, да? У тебя будет возможность увидеть это воочию, уверяю - после этого твою дурь как рукой снимет. Кстати, где теперь Мистраль? Не могу до него достучатся, пробовала несколько раз, но глухо, он не отвечает.

- Должен был идти со Звездочетом на Экс-один, что бы открыть вашу весточку в медальоне. Вообще, зачем было так все усложнять? Без паролей генштаба и канала связи его ведь не откроешь, и какой смысл было так делать?