Синь-я Гойкеда - Devil May Cry: Новелла. Том 1

Они плачут, заключил Данте.

Тени знали, что у них нет шансов против Данте и его меча.

- Приятный звук. Я бы послушал еще немного дольше, но этот мир не для вас, - Данте насмехался. - Я отправлю вас назад.

С этим он бросился на демонов, нанося удары во все стороны. Это больше не было сражением – это была резня.

Существа повернулись к Данте, они погружали клыки и когти в край красного плаща. Но он был слишком быстр, они не успевали значительно коснуться.

Данте взмыл в воздух и пронесся как призрак. Это привлекло демонов, и они последовали за ним. Он кружился как факир, играя с беззащитными демонами, превращая их в черную пасту, брызжущую по переулку.

Данте мягко приземлился на асфальт. Все демоны лежали мертвыми у его ног, медленно превращаясь обратно в тени. Он вытер меч от грязи, перед тем как вернуть его в ножны.

- Это - перекус по дороге. Интересно, каким будет главное блюдо?

Данте повернулся спиной к ужасающей сцене и зашагал прочь, придерживаясь своего изначального пути. Знакомые места приобрели странную атмосферу.

Они стали сильнее. Темная аура мира демонов проникла в центр… та же самая вызывающая отвращение сила, угрожавшая Данте в санатории.

Она пустила губительные корни в здания и улицы, исходя из одной точки. Давление стало сильнее, Данте приближался к источнику. Он завернул за угол и остановился, внезапно узнав конечный пункт. "Ну конечно.”

Прямо перед ним скрипела знакомая вывеска. Он видел ее сотни раз, сочетая работу и развлечение.

Данте стоял напротив Подвальчика Бобби.

Воздух в Подвальчике был ледяным.

Бар никогда нельзя было назвать просторным, но сейчас он казался Данте пещерой. Столы были расставлены неаккуратно, как обычно, за ними знакомые лица, пьющие из кружек и стаканов. Сам Бобби стоял за стойкой, суша мокрые полотенца. Ничего не изменилось, но все же что-то было не так.

Данте занял свое привычное место за стойкой.

- Одно сверхбольшое сливочное мороженое с клубничным сиропом, пожалуйста.

Бобби продолжал работу.

- Бобби? Ты слышишь меня?

Вообще никто не обратил внимания на Данте.

- Понятно, - Данте вытащил пистолет из кобуры и навел его на потолок. Он спустил курок, разнося голую лампочку, висящую наверху. За выстрелом последовала белая вспышка и поток осколков, льющихся каскадом на деревянный пол.

Все в Подвальчике синхронно повернули головы. Данте узнал лица. Но лишь отчасти. Облик каждого был кривой насмешкой, перекореженной и раздутой газами разложения. Каждый, кроме Данте, был мертв.

Трупы шипели, создавая жуткое подобие речи:

- Тоооннниии!

- Ранили!

- Больно, Тони.

- Я потерял свои руки.

- Где моя голова?

- Я не вижу тебя, Тони.

Данте почувствовал, как холодная рука хлопнула его по спине. Он обернулся и встретился лицом к лицу с Бобби. Лицо хозяина бара было белым и изнуренным. Его большой живот был распорот, открывая взгляду блестящие кишки.

- Жаль, что заставил тебя ждать, - хрипел Бобби. Он поставил стеклянную креманку на стол.

- Я не собираюсь есть это! - Данте смел в сторону посуду. Стекло разбилось об пол, разлетевшись вместе с брызгами белого и красного. Но это белое и красное не было мороженным с клубникой.

- Я не заказывал мороженое с кровавым сиропом!

Бобби разразился смехом от этого тонкого замечания. Сдавленный смех был быстро подхвачен остальными. Это напомнило Данте время, когда он только пробивался в преступном мире. Тогда все в Подвальчике так же смеялись над ним. Но в этот раз насмешка была сухой и безжизненной. Презрительный смех врезался в сердце; это могло уничтожить волю обычного человека.

- Все, на что способны? - к Данте вернулся саркастический тон. Слова были подобны взрыву, ожившие трупы вперились иссушающим взглядом в наемника в полной тишине.

Тела их прежних владельцев остались в тех же положениях. Они были не больше, чем марионетки, и Данте заинтересовался их кукловодом.

- Перевязанный, уже можешь выходить. - Тишина становилась гнетущей. - Я знаю, ты один отвечаешь за всю вечеринку.

Низкий голос огласил помещение:

- Я надеялся, что мы сможем насладиться этим некоторое время дольше. Как досадно. Гилвер показался из толпы, выступая в центр Подвальчика.

- Ты добрался раньше моих ожиданий. Мои слуги приветствовали тебя снаружи?

Данте вскочил со стула и принял боевую стойку.

- Попытались. Но они не моего уровня.

Гилвер вздохнул.

- Я полагаю, ты также не удовлетворен приемом здесь.

- Неверно. Все стали немного симпатичней, ты так не думаешь?

Гилвера и Данте разделяли лишь несколько метров. Все изменилось с того раза, когда они виделись несколькими днями ранее. Оба были сосредоточены, осторожны

- Есть что-то, о чем бы ты хотел спросить меня, Тони?

- Извини, но я избавился от этого имени.

- Действительно так? Позволь мне перефразировать.

Напряжение между двумя войнами было почти физическим. Каждый слог резал как лезвие.

- У тебя есть какие-либо вопросы, Данте? В тебе есть кровь предателя.

- Не говори ерунды. Я могу выглядеть негодяем, но я известен своей верностью.

- Пожалуйста, не нужно больше таких трогательных возражений, - глумился Гилвер.

Оба одновременно вытащили мечи. Если бы любой из них приблизился на шаг, был бы в пределах досягаемости другого.

- Ладно, есть кое-что, - наконец произнес Данте. - Кто ты, парень? Ты отличаешься от остальных.

- Тебе не обязательно это знать. В любом случае, я собираюсь сокрушить тебя.

Данте пожал плечами.

- Для злодея в самый раз.

- Твои ярлыки абсурдны. - Из-под бинтов слышался треск. - Победителя назовут героем будущего поколения. Дискуссии о добре и зле лишены смысла.

- Они не станут проходить это в школах.

Данте и Гилвер обменялись взглядами, наполненными негодованием, каждый оставался на своем месте. Трупы вокруг рассыпались в прах, словно Гилвер не стал их больше поддерживать, сосредоточившись на Данте.

- Разве ты не огорчен? Все твои друзья…исчезают один за другим.

- У меня никогда не было друзей, - холодно ответил Данте, пытаясь не думать о Грю. - Я не забочусь ни о ком.

- Я могу прочесть твою душу как раскрытую книгу. На время ты можешь утаить те жалкие эмоции, но ты не сможешь скрываться от них всегда. - Гилвер поднял голову. - То, что ты испытываешь сейчас, называют отчаянием. Безграничное отчаяние везде, за что не возьмись. Твое место в мире. Твои друзья. Твой партнер. Твоя названная мать.

Данте сухо улыбнулся.

- Не смеши меня. Кто отчаивается?

Подвальчик наполнился свечением.

- Демоны, как правило, не испытывают отчаянья. В твоих венах есть наша кровь. Ты - потомок-полукровка демона и человека. И ты предал нас.

С лица Данте исчезла улыбка.

- Правильно. Значит, ты должен знать, что я не могу испытывать что-то простое вроде отчаянья.

Время восстановило свой ход.

Гилвер и Данте бросились друг на друга.

Сражение началось внезапно.

Данте направил свой массивный меч к Гилверу, тот ответил тонкой катаной. Столкновение оружий рассеяло сноп искр в Подвальчике. Оба лезвия танцевали и соприкасались со сверхскоростью, не уменьшая силы и не позволяя приблизиться к своему хозяину.

У Гилвера было преимущество более легкого оружия. Он ловко передвигался, его перемещения выглядели смазанным серым пятном. Но Данте избегал всех выпадов, размахивая своим мечом, как если бы тот ничего не весил.

- Ты усовершенствовал свои навыки, Данте.

- Ну да. Ты думал, я не уделял этому внимания, пока мы работали вместе?

Оба держались легко, сражаясь не только с помощью оружия, но и колких замечаний. Тот, кто первым пытался привести в смятение чувства противника в этом решительном столкновении, не получал преимущества.

Данте открылся и нанес круговой удар с такой скоростью, что почти разрубил молекулы воздуха. Но Гилвер уклонился в последний момент, избежав смертельной атаки.

- Слишком большой размах, - произнес Гилвер.

- Говори что хочешь. Только не плачь, когда я надеру тебе задницу.

Сейчас Данте мог противостоять мощи и скорости Гилвера, но у человека в бинтах было изрядное количество техник, превосходящих возможности его оппонента. Гилвер предугадывал все атаки и движения Данте, что позволяло уходить от них.

- Ты тяжело дышишь. Я бы мог уклониться от этого удара с закрытыми глазами.

- Неужели? Ты, должно быть, хорош, - невыразительно ответил Гилвер.

Данте и Гилвер гремели мечами, одновременно болтая со скоростью пулемета. Они сражались великолепно, противостояние больше походило на профессионально поставленную сцену, чем на битву насмерть.