Пермский Губернский - Евгений Бергер

спрятал её за пояс: — Ещё одна такая выходка, Глэйтрон… И от тебя даже воспоминаний не останется!

Ох, как же хочется вырвать ему язык, а затем четвертовать, чтобы подыхал от обильной кровопотери… Никогда не любил тех, кто заходит за грань. А Рунис явно получал от этого неимоверное удовольствие! Конечно, ведь обычному лэтчину, заступившему на службу в Ахиарею — никогда не стать настоящим богом. Они обречены тысячелетиями быть нашей прислугой.

А, что касается моего прошлого… Воспоминания — были единственным лучиком света в царстве тьмы, холода и полной безысходности. Моё лекарство, чтобы окончательно не сойти с ума.

По началу я был образцовым сыном Мегарда. Истинным Богом Войны!

Я собрал могущественную армию из превосходных воинов. Захватил для Отца полгалактики. Завел двести миллиардов последователей. И, конечно же, встал на самую верхушку в иерархии Пантеона.

Но главным было не это…

Для Отца мы всего лишь вещи. Инструменты, которые должны безукоризненно выполнять свои функции. Но я нарушил главное правило — ослушался приказа. Отказался устраивать геноцид в одной из звёздных систем.

Но всё это было мелочью в сравнении с тем, о чём Мегард даже не догадывался.

Дело в том, что я в тайне создал небольшой мир на задворках галактики.

Такой зелёный и яркий. Мир, где у меня получилось добиться истинного баланса.

Именно там я смог завести настоящую семью. И в этом мире по сей день жили мои потомки.

Это единственное, что грело мою душу последние тысячу лет.

Пускай я умру, но мой маленький мир продолжит свою неспешную жизнь.

А тем временем мой «Тоннель последнего вздоха» закончился.

Мощные стальные двери распахнулись, и меня завели в огромный зал, в центре которого стояла металлическая сцена. Чуть дальше высилась площадка, где на троне величественно восседал Мегард — так же известный, как Всебог и Отец Пантеона.

По бокам от площадки расположились небольшие трибуны, с которых на меня смотрели братья и сёстры.

В основном — с осуждением. В их глазах не было и капли сострадания. Предал Отца — значит вычеркнул своё имя из Пантеона.

Лишь младшая сестра Арика выглядела грустной и подавленной. Из её глаз струились слёзы. Ещё никогда я не видел, чтобы она так сильно переживала.

Мегард щёлкнул пальцами, и сцена подо мной тут же начала вибрировать, поглощая остатки моей божественной силы.

— Снять. — приказал Всебог и указал на мощные цепи.

Рафус и Рунис послушно сняли с меня кандалы и цепи, после чего я с облегчением прохрустел пальцами и шеей.

— Глэйтрон Артстарес. — Мегард с надменной усмешкой взглянул на меня: — Некогда могущественный Бог Войны! Мой представитель на планетах дикарей и крайне талантливый генерал… Скажи мне, почему отрёкся ты от моей Великой Экспансии? С чего решил самоуправствовать?

— Ответ ты знаешь. — спокойно произнёс я, посмотрев Отцу прямо в глаза: — Сколько, ни в чём неповинных живых существ я уничтожил по твоей прихоти? Уже сбился со счёта, где-то на четвёртом триллионе. А геноцид в мои обязанности не входил.

— Как и создание миров. — Всебог вновь щёлкнул пальцами, и на огромном экране появился голубой шарик посреди космического мрака: — Узнаёшь?

Моё сердце впервые за много лет дрогнуло, а в горле встал неприятный ком.

— Или ты действительно думал, что я не узнаю, куда подевалось столь огромное количество твоих сил, которые должны были пойти на ЗАХВАТ ГАЛАКТИКИ⁈ — прогремел Мегард: — Однако, признаю… Найти твой жалкий мирок было крайне тяжело. И благодаря твой дерзкой выходке, я понял… Понял, насколько ты и все остальные — не цените то, что я, как родитель — сделал для вас.

— Сделал, что? — с ненавистью глядя на Мегарда, спросил я: — Был хреновым отцом и показывал отвратительный пример?

— Я оградил вас от жуткого и совершенно ненужного выбора. — продолжил Всебог: — Вы, в отличии от людей и прочих гуминитов, сразу же рождаетесь для определённой цели! Вы избавлены от ненужных поисков «себя» в этом огромном мире. Я специально упростил вашу жизнь. Выполняйте задачи и продвигайтесь в иерархии Пантеона… Только честная конкуренция!

— Честная? Ты себя слышишь? — грозно произнёс я.

— Слышу. И прекрасно отдаю себе отчёт. Твоей задачей было — уничтожение, а не созидание, Глэйтрон. И ты был прекрасным инструментом. МОИМ инструментом! Но, что же пошло не так? Я до сих не понимаю, что в твоей идеальной жизни могло сбить тебя с пути? Ты же был лучшим из лучших! Ты был моим мечом справедливости и правосудия… А, в итоге отбился от рук и перешёл грань. Ослушался приказа, в следствии чего мы потеряли часть моего флота. А теперь ещё и выясняется, что ты в тайне от меня создал целый мир, хотя прекрасно знаешь Закон Ультиматов. И прекрасно понимаешь, что я делаю со сломанными инструментами и последствиями их… отвратительных и неразумных действий. — Мегард вытащил из кармана своих доспехов небольшой кубик чёрного цвета… «Палач Пустоты» — оружие, способное удалить из истории абсолютно любой объект, будь то живое существо, или же целая планета. Первородная энергия, содержащаяся в «Палаче», она же — сила Пустоты, пожирает всё без остатка.

Несмотря на адскую боль, я попытался сделать шаг вперёд. Вены на моих руках и ногах набухли, а голову сдавило так, будто моё тело закинули в самую глубокую точку в океане… Мне хотелось наброситься на Мегарда и разорвать его голыми руками!

— Все твои попытки — ничего не стоят, Глэйтрон. — усмехнулся Всебог и повернул крышку «Палача».

Мой голубой шарик тут же обуяло огнём. Яркая вспышка на мгновение осветила зал суда, и планета разлетелась на миллион осколков… Лопнула, подобно мыльному пузырю.

Миллиарды живых существ за долю секунды превратились в космическую пыль.

Казалось, что моё сердце взорвалось вместе с моим миром. И с теми… кого я оставил на ней, в надежде защитить от Отца.

Вот и всё.

Мой маленький лучик надежды погас навсегда.

«Возьми себя в руки…» — умолял голос разума: — «Ты бездумно выкидываешь энергию! Мегард на это и рассчитывает!»

Да, нужно держаться и выждать момент. Продолжать следовать плану, несмотря на дикую боль…

Я стиснул зубы, глядя Отцу прямо в глаза. А сцена под моими ногами начала вибрировать ещё сильнее.

— Я ждал этого момента. Специально оберегал твой мир, чтобы ты это увидел. — с жуткой маниакальной ухмылкой произнёс Мегард: — Хотел, чтобы ты смотрел, как твои многочисленные потомки превращаются в