Убивать чтобы жить 7 - Жорж Бор

станции. Скорость полета кристалла мы просчитывали сто раз и даже провели несколько стрельб из живых орудий Акулы. Они с Карабасом соревноваться не могли, а нормальные излучатели Лирдаги ставили на свои объекты гораздо реже. Но даже если таковые имелись, окно для точного попадания было около одной десятой секунды. Если враг промахнется, то второго шанса у него уже не будет.

Но у ящеров не оказалось и первого шанса. Вместо массированного лазерного залпа, меня встретили кислотные облака. Судя по всему, защитой объекта командовал какой-то гражданский. Ничем иным я такой глупый выбор объяснить не мог. Мало того, что струи кислоты двигались в разы медленнее кидриумного кристалла, так они ещё и основную атакующую мощь выдавали с задержкой в две секунды. Даже я об этом знал, а уж создатели этого оружия должны были знать наверняка.

В итоге я обошелся только личным щитом. Этого было достаточно, чтобы продержаться в облаке целых три секунды. А мы в нем провели всего одну. Гефест обещал, что цистерна с пылью может выдержать больше десяти секунд в подобном облаке, но я все равно обернулся, чтобы в этом убедиться.

С контейнером был полный порядок. Он шёл точно по нашей траектории и ему досталось даже меньше, чем розовому кристаллу. Краем глаза уловил движение далеко за пределами защитного периметра станции. Тут же увеличил изображение и увидел, как разделяется на составные части вторая поделка Гефеста.

Единая конструкция из пятидесяти отдельных пирамид не могла передвигаться между звездными системами самостоятельно. Как и Карабас, её требовалось доставить к месту назначения. Юра изворчался на предмет того, что ему приходится тратить своё время на одноразовые поделки, вместо того, чтобы построить нормальное судно, но я привычно игнорировал слова Гефеста, как белый шум.

Конструкцию назвали Матрешкой. Была на старой земле такая детская игрушка в древности. Нам пришлось изрядно постараться, чтобы обеспечить модификантам достаточные для выживания условия. К каждой составной части был подключен свой Рудрид. Твари стали не только источниками энергии для передвижения установки, но и её основными атакующими частями. Космические чудовища располагались на вершине пирамидок, а пилоты лежали в своих капсулах позади. Основным назначением этого инженерного чуда Гефеста было уничтожение средних целей на орбите Саашели. Мелкими должна была заняться другая стая Рудридов.

Алекс сумел изменить корпус Акулы и создать во внешней обшивке подходящие ниши, чтобы твари смогли пережить в них прыжок до другой звездной системы. Сейчас эта стая уже поднялась над корпусом линкора и рванула в сторону облака биорепликантов.

На орбите Саашели находилось множество объектов. Верфи и самые крупные производственные мощности ящеры всегда располагали за пределами своих планет, чтобы их можно было эвакуировать максимально быстро. И сейчас это правило играло против них. У Рудридов сегодня намечался настоящий пир, после которого многие из них залягут в спячку для размножения.

Удар!

Я удерживал себя на поверхности кристалл с помощью креплений, которые сделал Гефест. Но даже они не выдержали прямого столкновения с обшивкой станции. Ноги застонали от боли, но Юра не зря был лучшим в своем деле. В момент максимального напряжения, крепления просто выстрелили моим телом в сторону. Метров на семь. Я мгновенно развернулся в полете и пропустил под собой черную глыбу цистерны. Кристалл пробил двойную обшивку станции и скрылся в основных помещениях. На этапе планирования у меня возникли опасения, что скорость окажется слишком большой и снаряд пробьет свою цель насквозь. Но я ошибся. Цель оказалась достаточно многослойной, чтобы погасить скорость кидриумной бомбы. А вот контейнер с пылью оказался менее прочным.

Цистерна зацепилась за рваный металлический край пробоины во внутренние помещения. Её левый бок вскрыло, как консервным ножом и в воздух хлынули потоки золотистой пыли. Я активировал двигатели брони и рванул к пробоине, пока её не затянула техническая пленка. Оставаться в буферной зоне смысла не было. Со всех сторон к месту атаки уже летели стражи. На них у меня времени сейчас не было.

«ФС-два» — приказал я и одной рукой сорвал решетку на системе вентиляции. Место попадания кристалла не имело особого значения. Главное было обеспечить распространение пыли по всей станции. Прямо здесь и сейчас у меня был всего один способ выполнить эту задачу.

— «Ветер»

Запас личной энергии 950/1000

Активирована малая энергоматрица Физической силы второго порядка

Запас личной энергии 900/1000

Активирована малая энергоматрица Воздушной Циркуляции первого порядка

На один уровень ниже меня виднелась задняя часть кидриумного кристалла. Этого было достаточно, чтобы я работал без спешки и не отвлекался на посторонние шумы. Сейчас всё оборудование ящеров в радиусе пятидесяти метров или не работало, или уже умерло. Водопад кидриумной пыли, который лился из пробитой цистерны, резко менял направление под действием моей матрицы у уходил в вентиляцию.

Этот момент мы проработали отдельно. Ни одна система распознавания не определяла этот минерал, как что-то опасное. Сканирующее оборудование Лирдагов или не видело эту пыль вообще, или классифицировало её, как обычный кидриум. Влияние розового кристалла невозможно было отследить. Это можно было сделать, только если в точности знать все характеристики воздействия. Но их не знали даже мы сами.

Система вентиляции атакованного участка громадной станции работала в штатном режиме. Я был уверен, что она объединяет всю систему снабжения воздухом. Оставался только вопрос того, насколько мощные у ящеров стоят фильтры в главном узле. Это мне нужно было выяснить первым делом, но моё оружие начало работать сильно раньше, чем я добрался до своей первоочередной цели.

Я опасался того, что фильтры станции уберут всю пыль из системы вентиляции раньше, чем она начнем действовать, но не учёл ненависть кидриумных жуков из системы Сибантум к любому проявлению технологий расы Лирдагов. Розовый кристалл обладал подобием разума и этот разум сейчас оказался в окружении ненавистной энергии его древнего врага. И действовать кристалл начал ещё до того, как полностью остановился.

Мы не проводили эксперименты с кидриумной пылью, потому что опасались гибели Акулы. Оказалось, что это было правильное решение. Потому что моя находка могла не только распространять своё влияние через пыль, но и частично управлять ею.

Вентиляционная матрица уже отработала, но потоки минеральной пыли продолжили вливаться в систему вентиляции. Если бы ящеры установили на станции