Моя полицейская академия - Антон Русын

— Выглядишь ещё хуже, чем я, старина.

— С каких пор коты говорят, — простонал я, чувствуя, как трещит башка. — Да и какое тебе дело, как я выгляжу?

— Да я здесь.

Кот сбежал, юркнув за бак с мусором. А возле этого бака сидел бомж в ободранных штанах и почему-то в новеньком красном пиджаке на голое тело.

— Думал, ты сдох, — равнодушно сказал он. — Я бы точно от такого помер.

Он указал грязной рукой на лежавшую рядом со мной треснутую биту. Это ей мне по башке дали? Похоже на то. Голова будто на две части треснула. Я потрогал затылок и посмотрел на пальцы. Кровь. Нихренова мне вдарили. Ещё и пинали, судя по следам подошв на когда-то белой рубашке. Выходит, меня вырубили, отпинали, после чего оставили валяться в грязной луже подворотни.

Нет! Стоять! Я же сдох! Меня приковали к электрическому стулу и поджарили!

Мысль появилась настолько внезапно, что мне даже стало легче. Я медленно поднялся, борясь с головокружением. Опёрся рукой сначала о мусорный бак, затем кирпичную стену. За ней доносилось ритмичное туц-туц-туц, как в ночных клубах. Похоже, в этом здании ночное заведение. А я в проулке с обратной стороны. Как же несёт помойкой, оно и понятно, мусорные баки переполнены. Но хуже всего вонь в моей пасти. Я что, курил и пил? Бред. Завязал же много лет назад! Для моей деятельности вредные привычки опасны.

Так, надо всё продумать. Как я оказался здесь?

— Паренёк, ты бы поберёг себя, — пробурчал тот самый мужик в красном пиджаке.

— Ага. Спасибо… — ответил через сухое горло, ещё и таким хриплым голосом, будто не своим.

В штанах что-то завибрировало. Раздался неприятный треск звонка, от которого замутило сильнее. Я полез в карман, но мои пальцы, всегда тонкие и ловкие, вдруг стали неуклюжими и неумелыми. С трудом протиснувшись в узкий карман джинс, нащупал коробочку, которая издавала этот адский писк. Вынул. На маленьком экранчике горели какие-то символы. И что дальше? Я попытался её раскрыть, решив, что это старая раскладушка, но телефон не поддавался.

— Сбоку кнопочка, — подсказал бомж.

— Спасибо.

Нажал. Телефон вдруг раскрылся, как лепесток. Внутри большой экран, на котором появился опухший от пьянки темноволосый парень лет восемнадцати. Кто это?

Подожди-ка, это что, зеркало? Какого…

Но пьяное лицо юнца исчезло, вместо него появилась девушка в красном платье.

— Брюс, — протянула она разочарованным голосом. — Ты же обещал папе! Он будет в ярости! Ты где, вообще?!

— Вы со мной говорите? — нахмурился я.

— Так напился, что уже ничего не помнишь?! — девушка всплеснула руками. — Боги… Стой там, где стоишь! Я сообщу охране, чтобы приехали за тобой. А пока они едут, придумай какое-нибудь оправдание. Папа в этот раз тебя не простит!

— Минутку, постой! Сначала скажи…

Девушка исчезла с экрана, а странный телефон вдруг захлопнулся у меня перед носом. Я едва успел его подхватить, чуть не выронив неловкими пальцами.

Какого хрена? Где я? И что это за девушка? На миг прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Музыка в незнакомом клубе, небоскрёбы вдали, что я успел заметить. Я не узнавал это место. Постой-ка. Может, моя команда так надо мной подшутила? Да, точно. Сделали вид, что казнили, чтобы дон Грасси поверил в мою смерть, и скоро мы вернёмся к делу. Ну, конечно же! А я ещё сомневался в них. Да они обманут кого угодно, даже меня самого! Вот засранцы!

От этой мысли мне стало легче. Башка болеть не прекратила, ну и хрен с ней. Скоро Падре даст мне знать, что делать дальше, а потом…

Возле проулка затормозила длинная чёрная машина незнакомой мне марки. Из неё вышли два мордоворота в чёрных классических костюмах.

— Это он, — показал на меня ближайший. — Сказано его забрать.

Я чуть было не спросил, не от Падре ли они, но промолчал. В импровизации я всегда был не плох. Так что скоро пойму: что делать.

— Глянь, Бобби! — второй охранник показал на бомжа. — Он украл пиджак у сына шефа!

— Да вы чё, ребят, он просто лежал на земле! — начал оправдываться бомж. — Пиджак, имею в виду! Думаю, выбросили такую хорошую вещь, вот и надел!

— Снимай и верни хозяину! — гаркнул верзила, приближаясь ко мне и бомжу всё ближе.

— Конечно-конечно! Вот! — снял с себя мужичок красный пиджачок и протянул мне.

Я вскинул бровь. Он прикалывается?

— Не, друг, оставь себе. Мне и так нормально. — ответил ему и взглянул на подошедшего коротко стриженного шкафа. — Куда поедем?

— К шефу.

Они встали по бокам от меня, будто взяв в клещи. Глупцы. Двоих вас слишком мало, чтобы суметь схватить меня. Но я продолжил эту пьесу, и послушно направился с ними к машине, напоминавшей внедорожник.

Верзила открыл мне дверь, после чего я присел в салон на заднее сиденье.

Внутри оказался водила и ещё один охранник с короткой седой причёской, сидевший на переднем пассажирском. Похож на следователя. Он обернулся и осуждающе посмотрел в мои глаза.

— Ваш отец будет недоволен, — прозвучал его басистый голос. — Не объявились на его дне рождения. И нарушили слово.

Что-то Падре в этот раз перемудрил. Как всё не просто. Я-то знал, что у него днюха была три месяца назад. Какое нафиг не объявился на дне рождении? Не мог придумать что получше? Ладно. Хрен с ним.

Седой протянул мне что-то в ладони, какая-то коробочка.

— Выпейте.

Я вытащил из коробка содержимое — две жёлтые пилюли.

— От головной боли и от похмелья, — пояснил седовласый, поворачиваясь вперёд. — Чувствую, вам было очень весело.

Двое мордоворотов присели в тачку по бокам от меня. Они настолько здоровые, что я даже не видел, что там за окнами.

— Поехали, — произнёс седой, и мы покинули грязную подворотню.

Я забросил в рот две таблетки. На вкус, как аскорбинка. И сразу прошла боль в голове и исчезла тошнота. Только начало клонить в сон. Ого. Как сложно удержаться… Веки налились свинцом, и меня вырубило…

* * *

— Приехали, господин Брюс, — Седой потряс меня за плечо, другой охранник открыл дверь. В лицо ударил свежий ветер. Я, стал приходить в себя. Брюс? Второй раз ко мне обратились этим странным именем. Ну, мне не привыкать. Столько имён переносил на своей личине, что все и не сосчитать. Брюс так Брюс.

Расстегнув пуговицу на воротнике грязной рубашки, выбрался из машины. Передо мной широкие каменные ступени, ведущие ко входу в трёхэтажный особняк в странном стиле. Признаться, я много где бывал, но таких домов не видел. На улице охранники, стоящие у роскошных дверей, и