По следу незримых. Часть 2 - Константин Николаевич Муравьев

Что еще? — между тем Лекс еще раз оглядел собравшихся в зале людей, — если каждый из вас выполнит свою задачу, то мы справимся, поверьте.

Ну а дальше, он молча развернулся и направился в сторону выхода, ведущего в городскую канализацию.

— Выдвигаемся, — и он махнул рукой орканке и Зуру.

Вот они выходят в небольшой темный коридор, вот человек оглядывается в направлении зала, где сейчас остались все остальные.

Но что это, не прошло и мгновения, как огромное помещения, где сейчас находились люди, накрывает покрывалом непроглядной тьмы, и в следующий миг тьма рассевается, и глазам человека предстает совершенно пустой зал...

— Смотри-ка, сработало... — только и пробормотал Лекс.

После чего развернулся, и двинулся дальше по коридору, выбираясь в городскую канализацию.

****

Мир — Колрат. Центральная область нейтральных земель. Окрестности города Сервал. Лагерь орков. Вечер. Некоторое время спустя.

— Великий хан, они их привели, — обратился к Зудару один из его стражей.

— Да, — медленно кивнул тот, все тем же безжизненным взглядом смотря в направлении стены шатра.

Смерть сына и его прямого наследника неожиданно сильно и больно ударила по состоянию шаха.

И это выбило всегда спокойного и хладнокровного мужчину из колеи.

Даже этот поход, был принят в пылу эмоций на горячую голову, чего раньше бы никогда не произошло.

Не смогла хана остудить и успокоить даже его красавица дочка, которая раньше могла отвести гнев и немилость хана от любого, только одним своим присутствием.

В этот же раз, горе от потери брата и сына, тем более в преддверии его намечающейся свадьбы, подорвало силы всей семьи шаха.

И потому в данный момент он был отстранен и рассеян.

— Зудар, — раздался негромкий шепот из-за спины сидящего в походном троне мужчины.

Всего два орка на всей территории степей могли обратиться к хану по имени.

И сейчас это был, как ни странно, его старший брат, Сертар.

Тот, кто когда-то давно сам отказался от своего наследственного права, но к чьим мудрым советам шах всегда прислушивался.

— Зудар, он ждет твоего приказа, — повторил его главный советник и Главный Шаман, которым и стал потом старший брат Великого шаха.

— Я понял, — медленно кивнул Зудар, постепенно возвращаясь в реальность и отпуская свои печальные и грустные мысли.

После чего сосредоточился на вошедшем в шатер посланнике.

— Проведите их к шатру совета, — начал говорить хан, — организуйте охрану. Ламии мне нужны живыми, никто из них не должен пострадать до начала совета. Пригласите туда же и мою дочь. Она сможет узнать их...

Зудар даже не обратил внимания на то, как низко поклонился ему посланник и спиной выскользнул из шатра.

— Оставьте нас, — приказал брат Зудара, находящимся в шатре телохранителям.

Как бы орки не относились к странному и немного сумасшедшему старшему брату шаха, ведь никто так и не узнал причин его отказа от трона, но его приказы исполнялись не менее быстро, чем приказы самого правителя степи.

И потому уже в следующее мгновение в шатре кроме шаха и его главного советника никого не осталось.

А в следующий миг обстановка в шатре кардинально изменилась.

И теперь стало не слишком понятно, толи правителем степей является мужчина, сидящий на троне, толи пожилой орк, стоящий напротив него.

— Соберись, Зудар, — раздался неожиданно жесткий голос старика, и серьезный взгляд Сертара уставился прямо в глаза Великому хану, — мы с тобой ошиблись. И удар пришелся совершенно не с той стороны, откуда мы ожидали. Никто не ждал предательства от нашего союзника, тем более после того, как мы решили связать наш договор кровными узами. А потому...

И резкий шаг вперед.

— Соберись... мы должны выяснить, что же там произошло, а для этого тебе необходимо взять себя в руки... И выйти к нашим людям непоколебимой и неустрашимой скалой, которая стойко переносит любой удары судьбы, обрушившейся на нее. Ты должен не просто самолично провести допрос ламий, после того как Ирис опознает их... но и...

— Да, я помню, — неожиданно спокойно проговорил хан, — мы растеряли свою власть, многие ханы начали поднимать головы. То и дело слышится, что я и наш отец это два разных орка. И это именно он был тем Великим ханом, что объединил под своей рукой всех орков, а не я... а потому, казнь девушек я проведу сам... я помню...

— Да, — кивнул более старший орк, — нужно показать, что в тебе та же жесткость и сила, что и в нашем отце... но главное, суд должен быть справедливым... особенно сейчас, когда на тебя давит груз потери сына. И потому сначала нам необходимо выяснить всю правду...

— Правду... — протянул хан, — зелье дурмана и подчинения, это то, чему поверят все наши люди...

— Да, — еще раз повторил Сертар, — и потом казнь для девушек будет выглядеть уже не просто как наказание, а как избавление от страданий... это поймут многие... Но...

Что хотел добавить еще шаман, хан дослушать не успел, ведь у входа в шатер раздалась какая-то возня.

— Повелитель, повелитель... — попытался кто-то прорваться к нему в шатер, но на входе возмутителя спокойствия остановили телохранители.

Братья переглянулись.

— Что-то произошло, — уверенно произнес Сертар и кивнул Зудару в направлении входа в шатер.

— Понял, — только и ответил тот, занимая свое место на троне, а буквально через мгновение, уже твердым и уверенным голосом сказал, — впустите его.

Матерчатые двери распахиваются и в шатер, кланяясь, входит мощный орк.

— Повелитель, ваша дочь сбежала!!! — на одном дыхании выпалил гонец.

— Что? — даже удивился хан, он ожидал чего угодно, но никак не этого, — как сбежала? Куда?

И уже собравшись с мыслями.

— Рассказывай!

— Да, мой повелитель, — еще раз поклонился орк-посланник.

После чего продолжил.

— Мы сразу, как получили приказ пригласить ее на совет, направились в лагерь вашей жены. Но как оказалось, принцессы там не было. Тогда мы обратились к хатун (жена хана, тюрк.) Нураз, за разрешением пригласить вашу дочь на совет. Но как оказалось, и она не знала, что принцесса Ирис отсутствует. Вот тогда-то мы и приступили к ее поискам. Беглый опрос телохранителей вашей жены и принцессы, подсказал, что последний раз ее видели направляющейся со своим скакуном к стойлам. Когда мы туда прибыли, стойла были пусты. Таура,