Седьмой (СИ) - Горъ Василий

Нет, во время прыжка в систему Эррат, изучая материалы по государству, в котором предстояло проходить практику, я натыкалась на упоминания о весьма либеральных законах о браке, действующих в этой республике, и знала, что при желании в ней можно создать семью хоть с роботом-уборщиком, хоть с любимым флаером. Но в реальности с этим не сталкивалась. В общем, следующие несколько минут я ахала и охала вместе с «супружеской четой», возмущалась коварству людей, способных так сильно пугать столь очаровательного кобелька, и раз в минуту спрашивала старую дуру, что делать и куда бежать. Говоря иными словами, озвучивала те варианты, которые должны были прийти в голову реальной третьей дочери председателя совета директоров корпорации «Future», окажись она на моем месте. Однако делала все это почти без участия сознания. Ибо параллельно обрабатывала очень приличный объем информации с камер дворцовой СКН, имплантатов Ти’Диаль и ее свиты, а также терзала искин своей «Тени» в попытках найти любые, даже самые безумные способы спасения соотечественниц. И с каждым новым мгновением, потраченным на заведомо бесполезные расчеты, все глубже и глубже уходила в состояние холодного бешенства.

Самого дна – ледяного безумия – я достигла за восемь секунд до расчетного времени захвата сотрудников посольства и сразу же заставила себя скинуть в оперативный канал требование AZ-0, которое в просторечии называли обнулением. А через миг, «испугавшись» очередного взрыва, раздавшегося неподалеку от туалета, заперлась в своей кабинке и, прикипев взглядом к изображению с камеры, демонстрирующей текущее местонахождение группы беглецов, затаила дыхание.

Первой систему уничтожения специальных имплантатов активировала Старая Злюка – за четыре секунды до расчетного времени ее голова и верх грудной клетки превратились в кровавые ошметки и разлетелись по потолку, стенам и полу. Мгновением позже примеру коллеги последовали военный атташе и советник по культуре. А Раитана Ягеллар Ти’Диаль, умудрившаяся слегка приотстать, деловито утерла лицо от алых капель, рухнула на колени и… сцепила пальцы рук на затылке!!!

Инициирующий сигнал высшего приоритета я отправила вслепую. То есть, в тот момент, когда группы захвата, пробившие потолки по обе стороны от нее, сбросили в коридор светозвуковые гранаты и заставили СКН на несколько мгновений наглухо затемнить изображение с ближайших камер. Но когда картинка вернулась в норму, вдруг обнаружила, что посол живее всех живых – лежит на полу в окружении штурмовиков и безропотно ждет замыкания силовых пут на щиколотках и запястьях!

Вторая попытка взорвать ее имплантаты тоже не удалась. Равно как и третья с четвертой. Поэтому я вскочила с унитаза, дотронулась до ажурного пояска, нажала на сенсор управляющего модуля, и от моего бального платья отвалился подол. Второе нажатие перекрасило верх в синий цвет и добавило ему белоснежный воротничок. А третье превратило прямоугольный кусок ткани на левой груди в бейджик. Трансформировать юбку до колен и туфельки на небольшой платформе не было никакой необходимости, поэтому я изменила морф-маску соответственно новому образу, активировала небольшой вирус в базе данных СКН, выждала требуемые четыре секунды и выбежала сначала из кабинки, а затем из туалета…

…Пока я изображала официантку, насмерть перепуганную взрывами, и искала, «где бы понадежнее спрятаться», штурмовики, принимавшие непосредственное участие в захвате Ти’Диаль, передали пленницу группе из восьми штатских, очень неплохо изображавших «гостей приема, пытающихся скрыться в подвалах». Помятые костюмы всевозможных стилей, расцветок и ценовой категории, аксессуары, разный возраст, социальные статусы и тип поведенческих реакций – все, на что падал взгляд, однозначно свидетельствовало об абсолютной случайности их встречи. А знающему человеку говорило об уровне подготовки операции и профессионализме службы, которая ее спланировала.

Что интересно, «штатские» никуда не торопились – начали действовать только после того, как только вояки, выполнившие свою задачу, исчезли в проломах и унеслись туда, куда их направили приказы вышестоящего начальства. Парень, изображавший великосветского жиголо, отвел Ти’Диаль за поворот коридора, вытер ей лицо и «украсил» его морф-маской, поменял ожерелье на ничуть не менее роскошный аналог, коснулся плеча инъектором – видимо, вводя маячок – а затем заставил переодеться и переобуться. Его товарищи тоже занялись делом – внимательнейшим образом просканировали останки, собрали в стазис-контейнеры пару десятков чем-то приглянувшихся фрагментов, затем распотрошили баулы, оставленные штурмовиками, и залили трупы аналогом нашего РО-42[10].

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пока они стягивали одноразовые бахилы и снимали с ПСМ-ок[11] отыгравший слой, я отправила запись их телодвижений на сервер КГТ, добежала до очередного поворота коридора и встряла. Вернее, нарвалась на боевую двойку штурмовиков, непонятно по какой причине решившую переместиться со второго надземного уровня на первый через пролом, к которому я и стремилась. Увидев перед собой двух громил в «Голиафах» с поднятыми линзами и с «Ураганами» в руках, я заполошно взвизгнула и дала деру. Естественно, в требуемом мне направлении. И, пролетев метров восемьдесят – до ближайшего поворота – «испуганно» оглянулась. При этом «не заметила» пролом в полу и, «провалившись» на этаж ниже, правильно рухнула на пол у самого края дыры, ведущей на самые нижние ярусы.

Меньше, чем через полминуты ко мне спрыгнули оба штурмовика и, оглядев «изломанное тело», переглянулись:

– Ну вот, добегалась, дура…

Я мысленно согласилась. Потом ударила. Дважды. На предельной скорости и в глазницы. Пластиковой «косточкой от местного лифчика», после поворота одной из головок превратившейся в острую и прочную спицу. А когда громилы начали валиться вперед, выскользнула из-под них, схватила первый попавшийся под руку «Ураган» и раскурочила его чип-идентификатор.

Второй вирус, активированный сразу после падения в провал, должен был скрыть мои передвижения, создав в СКН полноценный фантом, путешествующий по этажам. Но смерть двух штурмовиков от руки «беззащитной девушки» ставила под сомнение его долговечность, поэтому я заторопилась – потянула за петельку на вороте «блузки», накинула ее на ближайшую дверную ручку и, прижав к груди стрелковый комплекс, прыгнула в дыру.

Мономолекулярную нить, потянувшуюся за мной, заблокировала на минус третьем. Кинула взгляд на окно камеры, демонстрирующей минус четвертый, точнее, на Раитану Ягеллар Ти’Диаль и ее «спутников», неторопливо шагающих по коридору в мою сторону, впечатала в память их взаимное расположение, задала программу действий микролебедке и снова упала в дыру. На этот раз вниз головой и уперевшись носками туфелек в край пролома. То есть, так, чтобы ни за что не зацепиться при резком подъеме обратно.

На мое появление «штатские» среагировали практически мгновенно и потянулись к оружию скрытого ношения. Однако термобарические гранаты «Урагана» оказались быстрее, поэтому в мгновение ока превратили кусок четвертого подвального этажа в огненный кошмар, а всю их компанию, включая нашего посла – в пепел. Увы, рывок лебедки, выдернувший меня на минус второй, получился чуть менее резким и быстрым, чем я рассчитывала – вал огня, рванувшийся из дыры, опалил мне предплечья, которыми я успела закрыть морф-маску, и сжег шесть слоев ПСМ-ок…

…Умник[12], сидевший на контроле операции, оказался намного толковее, чем хотелось бы: получив сигнал с автомедов погибших штурмовиков, он не только скачал последние записи с их нашлемных камер и определил причины смерти, но и принялся за поиски. То есть, подключился к СКН, обнаружил фантом с «моим» лицом и очень оперативно вывел на него очередную боевую двойку. А когда понял, что картинки дворцовой системы наблюдения соответствуют реальности далеко не везде, шарахнул по серверу из главного калибра. В смысле, подтянул мощности искина чего-то очень крупного, вроде крейсера или линкора, и за какие-то двадцать четыре секунды «убил» все оставшиеся закладки, аннулировал доступ к системе и превратил меня в дичь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})