Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Женщины обменялись колючими взглядами. Ава кипела недовольством, а Фрэнни казалась холодной как лед, но Ричард хорошо знал, какой вулкан скрывается за невозмутимостью истинной леди, и вовсе не хотел вызвать его извержение. Дик все еще не чувствовал себя в подходящей форме, чтобы спасать несчастных, оказавшихся не в то время и не в том месте. Проще было сразу принять надлежащие меры предосторожности.

– Видите ли, мистер Кавендиш, меня шантажируют, и предмет шантажа весьма… деликатен.

– Миссис Гудман, если вам нужно лично мое слово, я готова его дать, – проговорила Франческа. – Но я не уйду из этой комнаты. Ричард не вполне здоров, как вы должны были понять еще в опере. И я, как его невеста, нахожусь рядом с ним постоянно. Если сейчас намекаете на ваше с ним знакомство, то я знаю и об этом – сами мне рассказали. Однако не вполне понимаю, чем именно можно шантажировать вас в данной ситуации. Ричард в то время был молод, а ваше прошлое едва ли большая тайна для кого-нибудь.

– Нет, дело не в этом, – покачала головой Ава и обреченно вздохнула. – Хорошо. Мне остается лишь рассчитывать на вашу деликатность. – Она посмотрела в сторону камина, потом перевела взгляд на пол. – Видите ли, я люблю играть в покер. Джон не слишком переживал из-за моего увлечения, но месяц назад или около того я проиграла крупную сумму. Очень крупную. Которой у меня не было. Но в тот день я как раз забрала из чистки у нашего ювелира старинное кольцо. Оно принадлежит Джону… принадлежало… и стоит баснословно дорого. Мне пришлось оставить его в качестве заклада, а когда я смогла найти деньги… тот человек отказался возвращать драгоценность. Джон пришел бы в ярость, узнай он правду. И я… я заказала подделку.

– Какое это имеет значение сейчас? – Франческа явно заинтересовалась случаем, маска снежной королевы мгновенно исчезла с ее лица. – Ваш муж мертв, уж простите за прямоту. Едва ли он теперь разозлится.

Ава опустила глаза.

– Мне сказали, что Джон умер из-за подделки. И если я не… выполню требования шантажистов, об этом узнает полиция. Может, там какой-то яд. Или что-то еще…

– А теперь по порядку. – Фрэнни тут же подобралась, и Дик с трудом удержался от улыбки – до того разительным оказался контраст между леди-ревнивицей и леди-детективом. – В опере на пальце вашего супруга была та самая подделка?

– Да.

– Вам объяснили, каким образом кольцо убило мистера Гудмана?

– Нет. Они лишь сказали, что полиция разберется в его действии, если им сделать несколько намеков.

– И вы уверены, что эти шантажисты не блефуют?

Дик удивленно посмотрел на Фрэнни. Подобные слова в ее исполнении звучали странно, впрочем, она ведь сестра Джеймса, а Джеймс прекрасно играл – блеф ему удавался просто виртуозно. Не иначе как и сестру научил. У Ричарда мелькнула странная мысль – не предложить ли Фрэнни сыграть с ним в покер. На интерес. Все равно пока все они вынуждены сидеть в четырех стенах.

– Мой муж почти никогда не болел, – ответила меж тем Ава. – Врач всегда говорил, что у него завидное здоровье. И тут вдруг ни с того ни с сего Джон умер! У меня нет никаких гарантий, что они говорят правду, но нет и уверенности в их блефе!

– Хорошо, допустим, это убийство. Вы знаете имена шантажистов? Чего они хотят?

– Еще бы не знать, – неизящно шмыгнула носом Ава и, поежившись, словно от холода, сообщила: – Это Чарльз Милтон и его сын Элиот Милтон.

– Интересно. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но ведь мистер Милтон был другом вашего мужа.

– Я тоже так думала. Но, похоже, сам Чарльз считал иначе. Он такое наговорил… такое… – Ава порывисто вздохнула, борясь со слезами.

– И что же он хочет за свое молчание?

– Он хочет, чтобы я вышла замуж за Элиота, передав ему по брачному контракту все унаследованное от Джона состояние. Не сомневаюсь, что потом и я точно так же… – Она не выдержала и зарыдала, спрятав лицо в руках.

Дик хотел встать, но Фрэнни с силой сжала его ладонь, взглядом велев оставаться на месте. Чувствуя себя на редкость неловко, Ричард послушался. Он все равно не имел представления, что делать дальше. Ну разве что мог предложить Аве свой платок.

– Миссис Гудман, плакать будете позже!

Звонкий, без тени сочувствия голос Франчески хлестнул словно плеть – похоже, мисс Стэнли попала в свою стихию. Кроткий домашний ангел по щелчку пальцев превратился в жесткую, умную и целеустремленную леди. Дик внезапно поймал себя на том, что сидит и глупо улыбается, глядя на леди Кавендиш, хотя это абсолютно неуместно. Между тем Франческа, встав с дивана, принялась кружить по комнате.

– Если это убийство, то убийца очевиден. Однако, как я понимаю, свидетелей вашего разговора с мистером Милтоном не было. Ваше слово против его. Притом что очевидных мотивов у него нет. Факт изготовления подделки укажет на вас… – Фрэн резко остановилась напротив Авы и спросила: – А кто создал эту подделку? Мне нужны контакты мастера.

– Не знаю, – призналась миссис Гудман. – Мне помогал один… друг. Он и нашел ювелира.

– Отлично. А теперь назовите нам имя этого друга, который так много о вас знает и пользуется таким доверием.

– Я не могу. – Ава вытерла слезы платком.

– Вы не можете назвать имя человека, который, возможно, сдал вас в руки шантажистов? – Тонкая темная бровь Франчески вопросительно изогнулась, голова чуть склонилась набок. Всем своим видом леди Кавендиш выражала крайнее недоумение.

– Он не сдавал меня в руки шантажистов! Он сам от этого может пострадать. Причем не меньше, чем я! – запальчиво заявила миссис Гудман.

– Вы состоите с ним… в любовной связи?

Да уж, Фрэнни явно не была хрупкой фиалкой, какой Дик ее всегда видел. Другая девушка из приличной семьи не смогла бы даже в мыслях произнести подобную фразу. Но только не леди Кавендиш. Достойная сестра достойного брата. Ричард очень сожалел, что не застал Джеймса в Нью-Стюарте. Он хотел бы с ним объясниться и вернуть утраченную дружбу, ведь вскоре, если все будет хорошо, им с графом предстояло еще и породниться. О лучшем брате Дик не мог бы и мечтать.

– Нет. Он просто мне помогает, – донесся до Ричарда возмущенный голос Авы, нарушив приятное течение мыслей.

– По доброте душевной? – иронично заметила Франческа.

– Не совсем. Вы прекрасно понимаете, что в этом мире никто и никому не помогает по доброте душевной. У всех есть свои мотивы. Но мотивы этого человека никак не связаны с убийствами и шантажом.

– Допустим. Тогда