Холод южного ветра (СИ) - Вадим Валерьевич Булаев

стал. Уселся рядом с начальством, подтянул к себе гранатомёт. Сзади передали рюкзак.

Миновав складское строение, платформа выбралась на двухполосную бетонку. Кто не обеспамятел — жадно всматривались в вырастающие перед нами домики городской окраины.

Навстречу показался пикап. Старенький, широкий, выцветший, он неторопливо катил по своей стороне. Водитель оказался под стать машине — полноватый дед в клетчатой рубахе, загорелый, седоусый и весь какой-то основательный, точно вековой пень.

При виде нас он сбросил ход, разинул от удивления рот. Сержант тоже замедлил ход, поднимая в привлекающем внимание жесте здоровую руку и тотчас возвращая её на руль. Абориген требование истолковал правильно, остановился, высунулся в открытое окно.

— Что в городе? Где больница?

— В городе? — водитель пикапа озадаченно рассматривал нашу потрёпанную компанию. — Люди… Ывут, стало быть…

— Враг? Боевые действия?

— Какой враг? Вы откуда? — старик обалдело заморгал. — Враг далёко… У нас нету.

Диалог грозил затянуться. У местного, похоже, копились вопросы, зато у командира отсутствовало желание на них отвечать.

— Больница где?

— В центре, рядом с поарной частью.

— Где?! — недоумённо переспросил Бо, — Какой частью?

— Пожарной, — подсказал я вполголоса. — Местные букву «Ж» не особо любят.

Кивнув в знак того, что понял, сержант обратился к мужчине:

— Покажи, куда ехать. У нас раненые.

Тот не колебался, впечатлённый увиденным.

— Хоросо. Следуйте а мной.

Пикап проехал немного вперёд и принялся разворачиваться. В открытом окне автомобиля мелькали суетливые руки, выкручивающие руль, нервно прыгающий кадык, подслеповатый взгляд, внимательно следящий за манёврами колымаги.

— Может, к нему посадить кого-нибудь из наших? — предложил Брок со своего конца платформы. — Сбежит ещё.

— Нет, — уверенно отказался командир, и от меня не укрылось, что следит он за действиями тутошнего жителя внимательно, даже очень. — Нецелесообразно. Разделять личный состав не вижу смысла. В кузове и салоне автомобиля могут ехать только наиболее боеспособные. Раненых перегружать нужно, а это вредно для них… Самад! Положи гранатомёт поудобнее и будь начеку.

Собственного мнения о решении сержанта я не сложил. Каждый казался прав по-своему. Ежи — по логике, Мид — потому, что умный начальник. Не с нашими силами в полноценное пехотное подразделение на марше играть. Увечных — две трети на борту.

… Человек в пикапе и не подумал сбегать. Напротив, повёл себя крайне прилично и достойно. Подстроившись под нашу, медлительную для шоссе, ехалку, он в считанные минуты указал путь к одноэтажному зданию с видимым издалека красным крестом на фронтоне, расположенным почти в самом центре маленького городка. Пока двигались, с любопытством рассматривая новые виды, люди с тротуаров изучали нас. Женщины испуганно, дети непонимающе, мужчины — пряча эмоции. Водители вежливо прижимались к обочине, каждый по-своему впитывая зрелище перепачканных подсыхающей кровью, чумазых солдат.

Рано они тут встают, совсем как мои старики-фермеры, с первым лучиком. На тротуарах народу — полно.

Мы же, стесняясь непонятно чего, дурели от обилия штатских на квадратный метр, стеклянных витрин магазинчиков и разноцветности чужих одежд.

Подрулив к большим, распашным дверям больницы, мужчина побежал внутрь, и оттуда начали выскакивать люди в белых халатах. Электроплатформа ещё не остановилась, а к нам уже спешили с каталками, с увесистыми чемоданчиками, украшенными медицинскими эмблемами, и делали они это с непоказным рвением. Вышедший на крыльцо почти в конце, пузатый, лысый дядька пальцем указывал, куда подруливать.

Круто у них тут служба налажена! Утро толком не началось, а персонала полно. Наверное, в окружную больничку угодили, с полным комплектом врачей и круглосуточными сменами.

Парней принялись разбирать. Кто мог ходить — слезали на бетон парковки сами и ковыляли в здание, опираясь на добровольных помощников из числа сотрудников лечебного заведения; двое подоспевших детин в униформе парамедиков сгружали лежачих. Их торопливо увозили.

Иго выгрузили последним. Ему спешить некуда…

Платформа опустела. Остались только сержант, я, Джош, Ежи и Сквоч.

Распоряжавшийся местный, проконтролировав распределение раненых, косолапо подошёл к нам.

— Я — аместитель директора муниципальной клиники, — представился он, не называя, впрочем, имени. — Какие препараты испольовались при окаании первой помоси? Аллергики, состоясие в группах риска имеются?

Мне понравился дядька. Хваткий, уверенный. За сослуживцев стало спокойнее.

— Сержант Бо Мид, — назвался командир в ответ, с трудом выбираясь с водительского места. — Аллергики с реакцией на стандартные пробы отсутствуют. Все проходили медкомиссию, так что информация точная. Наименования препаратов вам предоставит рядовой Брок.

Услышав свою фамилию, Ежи отстегнул персональную аптечку и выдернул из неё бумажный вкладыш с перечнем входящих в набор лекарств. Передал главному. Ткнул в некоторые наименования.

— Это, это и вот это…

Тот, отмечая указанные пункты извлечённым из кармана халата карандашом, вчитался в текст, сведя брови и комментируя:

— Угу… Нормально… Накомо… Кому, что, в каких доах, смоете покаать?

— Покажет, — ответил за подчинённого Бо.

— Время введения?

— Нет, — взводный санитар потупился, — Не фиксировал.

— Ничего страсного, — подбодрил эскулап Ежи, указав на бумажку. — Я могу это оставить?

— Конечно, — не стал возражать сержант.

Вкладыш немедленно перекочевал к освободившемуся парамедику, снабжённому сопутствующим указанием:

— Отнеси реаниматологу. Он нает, что делать.

Детина умчался.

— Перейдём к вам, — лысый доктор бесцеремонно принялся осматривать прибинтованную к телу руку Мида.

— После док. Мне необходима связь с администрацией города. Мы из охраны маяка Федерации. На нас совершено нападение.

— Полиция уведомлена деурным. У нас так полагается. Скоро её представитель прибудет, с ним и обсяйтесь.

Про гипотетического «врага» сержант спрашивать не стал. Вокруг — мирная жизнь, доброжелательные, не задающие лишних вопросов люди. К чему их пугать? Для таких скользких бесед имеются особые, уполномоченные граждане, обличённые полнотой власти и необходимыми допусками.

Но Бо Мид не был бы Бо Мидом, если бы позволил себе или нам расслабиться.

— Самад! Чжоу! Обеспечиваете охрану электроплатформы и наблюдение за обстановкой. Сквоч! Брок! Гранатомёты перенести в здание, держать постоянно при себе. Взять под охрану операционный блок, организовать хранилище оружия личного состава. Дополнительно раздобыть и изучить план помещений. Лучше всего подойдёт план эвакуации. Разрешаю отвечать на все вопросы работников клиники, связанные со здоровьем личного состава. Время введения, дозировки и так далее… Вопросы есть?

— Есть! — лопоухий в очередной раз оправдал статус взводного зануды, не сумев сдержать порыв любознательности. — Господин сержант! Как вы догадались обо всём? Платформа, оружие… Вы знали?

Пузатый поморщился. Ему вряд ли хотелось узнавать лишнее. Командир это почувствовал и терпеливо подождал, пока тот отойдёт в сторону.

— Ничего я не знал. Опыт, Ежи… Опыт… Запомни! Всегда следует быть готовым ко всему, особенно к плохому. Всегда и везде!

— Потому вы и…

Умник вдохновенно набрал в лёгкие воздуха для оглашения глубокомысленных очевидностей, однако Мид, спасибо ему за это, пресёк намечающееся словоблудие.

— Не о том думаешь, рядовой.