Большой проигрыш - Алексис Опсокополос

Когда Алихан наконец-то закончил разговор, я быстро схватил телефон и помчался на кухню. Очень хотелось взять с собой Милу, чтобы она тоже попробовала, как я уже понял, легендарные стейки немецкого императора, но тут было без вариантов — видеть, как он возится на кухне, император Священной Римской империи разрешил лишь бабушке и мне.

*****

— Это ничтожество ещё и собиралось на мне жениться! — делилась вдова кагана Абылая новостями с Романовым. — Ты можешь себе представить уровень наглости и лицемерия? Этот подонок допускал, что я разделю с ним ложе!

После того, как Дана узнала, что её сын находится в полной безопасности, она заметно оживилась и повеселела. Она даже улыбалась, несмотря на то, что речь шла о ненавистном ей Кариме. Видимо, теперь она точно была уверена, что сможет отомстить убийце мужа, и уже предвкушала это.

— Но потом он передумал брать меня в жёны, — продолжила Дана рассказывать о возмутивших её до глубины души планах нового кагана. — Решил жениться на Айсулу. Причём собрался брать её ещё и второй, младшей, женой. Ты представляешь, какая наглая тварь?

— И за это он тоже ответит, — невозмутимо произнёс Романов. — Даже не сомневайся. Но сейчас, когда тебя больше не сдерживает страх за Алихана, тебе надо быть особенно осторожной и не сорваться, и не натворить сгоряча глупостей.

— Ты просто пообещай мне, Саша, что я сама буду его казнить, и я буду ждать этого момента сколько угодно.

— Обещаю.

Дана улыбнулась, но улыбка эта выглядела довольно зловеще — видимо, в этот момент она представила, как будет расправляться с Каримом.

— Сейчас тебе нужно во всём с ним соглашаться, — сказал Романов. — Но не переусердствуй, чтобы он ничего не заподозрил. Айсулу ничего не говори про Алихана. Просто пообещай ей, что свадьбы её и Карима не будет, чтобы она не волновалась. Пусть делает вид, что смирилась и готовится к мероприятию. Но до этого точно дело не дойдёт. У меня были определённые планы касательно Карима и Каганата, но теперь мы их подкорректируем. Пока не знаю, как. Надо думать. Но с твоей помощью будет намного проще всё это сделать.

— Ты знаешь, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отомстить за Абылая. Просто говори, что надо делать. Только вот как мы будем держать связь?

— Только так как сегодня. Других вариантов нет. Ты можешь прибыть сюда через неделю? Думаю, к этому времени у меня уже будет более менее продуманный план.

— Я постараюсь, но не всё зависит от меня, — ответила Дана.

— А можешь настроить маяк, чтобы он всегда был активным?

— Могу.

— Тогда настраивай, и пусть он всё время лежит здесь. Предварительно договариваемся встретиться ровно через неделю в это же время. Если не получится, то как сможешь, так сможешь.

— Но ты ведь не находишься здесь постоянно.

— На столике будет всегда лежать телефон с набранным моим номером. Как прибудешь, сразу звони мне. Долго ждать не придётся. Договорились?

— Договорились.

— Ну вот и славно. И если вам с Айсулу вдруг будет угрожать что-то серьёзное, всё бросайте и сюда. Кариму мы в любом случае отомстим.

— Спасибо тебе, Саша! Ты не представляешь, что я сейчас чувствую, после того как поняла, что точно смогу отомстить за Абылая и после того, как узнала, что Алихан в безопасности.

Дана снова бросилась на шею кесарю и в этот раз заплакала. Эта сильная женщина не могла себе позволить плакать под напором неприятностей, но вот слёз радости сдержать не смогла. Да и не захотела их сдерживать.

— Мы отомстим, и не только Кариму, — произнёс кесарь. — Но делать всё надо очень аккуратно. Карим — пешка, партию играет не он. Но через эту пешку мы выйдем и на ферзя.

— А потом и на короля, — сказала Дана, нахмурившись.

— На королеву, — поправил Романов, улыбнувшись.

Глава 8

Охота с беркутами вышла удачной. Каган Карим был доволен. Десяток зайцев, две косули и один молодой волк — неплохая добыча даже для бывалого охотника, а Карим выбирался на охоту не так уж и часто. Да и в этот раз он отправился туда в первую очередь для того, чтобы в неформальной обстановке пообщаться со своим будущим тестем.

По окончании охоты помощники принялись разделывать добычу, беркутчи увезли птиц, а Карим с Сырлыбаем устроились в походной юрте, чтобы пообедать и поговорить о делах — в первую очередь о предстоящей свадьбе. А ещё Кариму было необходимо заручиться полной поддержкой сильнейшего мага каганата и главы одного из самых уважаемых родов накануне надвигающейся войны с Россией.

Кариму не хотелось воевать с северным соседом, но выбора у кагана не было — британская разведка помогла ему ликвидировать его предшественника и занять престол исключительно на условиях, что, прибрав к своим рукам всю власть, Карим начнёт войну с Россией. Англичане свою часть договора выполнили, теперь предстояло выполнять свою Кариму.

Сначала будущие родственники, конечно же, обсудили охоту, но потом молодой каган начал потихоньку переходить к делу.

— Для меня большая честь породниться с Вами, уважаемый Сырлыбай, — начал издалека Карим. — Хоть я и стал Великим каганом, но это нисколько не изменило моего почтительного отношения к Вашему роду. Именно поэтому я и принял решение взять в жёны Гаухар.

— Мы оба знаем, Великий каган, что этот брак выгоден в первую очередь тебе, — сказал Сырлыбай, и по его тону и словам было понятно, что относится он к кагану без излишнего пиетета. — Но всё равно мне приятно слышать твои слова.

— Да, сейчас он больше выгоден мне, — согласился Карим. — Мне очень нужна поддержка, и Вы с вашим авторитетом среди старейшин и сильными одарёнными вашего рода можете мне её предоставить. Но в долгосрочной перспективе Ваша семья получит от моего брака с Гаухар намного больше пользы, чем я.

— В долгосрочной перспективе… — задумчиво произнёс Сырлыбай и ухмыльнулся. — До этих времён ещё надо дожить.

— Но вместе у нас намного больше шансов это сделать. Единственное, что мне не очень нравится — это идея брать в жёны Айсулу. Я разговаривал с Даной, она категорически против этого. И я боюсь, что её братья и весь её род тоже не оценят этого. А моя поддержка среди старейшин сейчас не настолько велика, чтобы…

— Давай начистоту, Великий каган! — перебил Карима будущий тесть. — У тебя вообще нет никакой поддержки среди старейшин.

Сырлыбай сделал акцент на слове «Великий». Очень неприятный акцент — глава уважаемого рода произнёс это слово так,