Железные Рыцари. Терра - Антон Чернов

аудиенцию только вам. Если вам нужно привести в порядок расшатанные нервы или вспомнить этикет — отдохните. А я вас покидаю…

— А если мне сутки надо будет вспоминать этикет, который я нарушил не больше, чем вы? — любознательно уточнил я.

— Тут это неважно. Там, — указал он на ворота, — тем более. А я вас покидаю.

И исчез, видно, в телепортации, гад такой. И даже не представился. Хотя и не очень интересно, если на чистоту. А может, его кабинет в Секретариате. И был излишне близко к нашему с Эмиком замечательному концерту… Тогда всё равно гад, но поведение — понимаемо. Постеснялся я с пару секунд, потерзался угрызениями совести и всё такое и решил, что хорош. Я всё правильно сделал, а кто считает не так — дурачьё. И Эмик детально это объяснит и докажет любому.

Но вот с браскоммом — странно, рассуждал я, медленно телепаясь по ступеням к воротам. Оружие не заблокировать и не отнять, но лишить коммуникатора-датчика-вычислителя. Хотя — у всех свои странности, может, отсутствие голо и описания Его Величественной Зловредности — следствие невозможности это голо сделать. Ну или типа того. А вообще — интересно. Император — тот или не тот самый? И вообще, только на ступенях до меня дошло, что я вот сейчас увижу Повелителя Империи, своими глазами, о чём даже не фантазировал никогда… Хотя, вспомнив сволочных фельдъегерей и гадские записульки, решил, что не больно-то и хотелось. И впадать в верноподданический транс мне не надо. Надо по-быстрому узнать, какого чёрта Его Августейшество меня на Терру выдернул. Быстренько отказаться от всех его коварных предложений (если такие будут), ну и сваливать с прародины со страшной силой и скоростью. Если выйдет… А если нет — то, по-моему, князь ни черта в Секретариат запроса о моём отряде не посылал. Вот и затербую с Его Зловредности, если не отпустит меня, конечно, пропуск для моих девчонок. И на Терру посмотрят. И всяким займёмся, и даже разным и этаким…

В общем, в распахнувшиеся золотые вороты я ввалился в приподнятом настроении. С выкаченной губищей. И, вроде бы, не закапал обитель Его Величества слюнями — но это не точно. Просто мне стало не до моих мыслей — я немножко удивился. Дело в том, что за воротами была небольшая белокаменная площадка. А от неё в небо уходила летница. И начнём с того, что именно «в небо». То есть терялась в относительно недалёких облаках. Причём, облака были и ниже площадки, которая, как и лестница, просто… парила в воздухе. А ворота, похоже, были постоянно действующим телепортационным порталом в эту «лестницу в небеса». Ну или всё тут — голоизображения и климатическая техника высокого класса (ну, потому что порывы воздуха, влажность от обрывков облаков и всё такое, вплоть до лучей солнца — было ОЧЕНЬ натуральным.

Чёрт знает, может, и специфическая «иллюзия», а браскомм заблокирован — чтобы вулканистов, снующих между проекторами и вентиляторами с генераторами тумана, не смущать. А где-то хихикает в кулачок Его Несмешнявость, собирающаяся выскочить из облаков с искромётным «Бу!»

Как бы в подтверждение этих мыслей перспектива вела себя неприлично. В смысле, на вид и судя по количеству ступеней, до облаков было не меньше трёхсот метров. Вот только добрался я до них меньше, чем за минуту. Нырнул в облака, приготовившись… ну хотя бы отпрыгнуть на вопль «Бу!» Очень хотелось пнуть, но тут я и сам понимаю — пинать Императора не только не слишком любезно. Но и слишком чревато всяким и разным. И ни черта не приятным, как с моими девочками.

Но, к моему удивлению, никаких «Бу!» не последовало. А я через полминуты хода по лестнице в непроглядном влажном тумане облаков из них вышел. Лестница заканчивалась этакой просторной беломраморной беседкой. Крытой, с ажурными стенами, увитыми какими-то сорняками. С парой шикарных кресел перед небольшим столиком, терминалом вычислителя — и всё. Зашёл я в беседку, пооглядывался. Императора не наблюдалось. Заглянул под стол, потом под кресла (ну мало ли). Там тоже августейшим духом не пахло.

— Ваше Августейшее Величество, а вы где⁈ — громко произнёс я, чувствуя себя довольно глупо.

Но на удивление — мои слова возымели последствия. А именно, на дальний конец беседки потянулись облачные струи, сплетаясь в этакий уплотняющийся кокон-смерчик. И на моих глазах (а я на смерчик пырился пристально — и интересно, ну и страшновато немного) сплёлся в фигуру. Сначала человекообразную, сверкающую искорками-вспышками, из молочно-белого тумана. А потом и вполне человеческую. Дядьки сорока биолет на вид, с бородкой и щетиной на щеках. В каком-то странном то ли доспехе, то ли скафандре. Такой… ну обычный дядька как дядька. Даже с учётом его странного появления — это всё напоминало голоигру с погружением. Но напоминать могло всё, что угодно, так что я уточнил:

— Император?

— Император, император, — подтвердил дядька, потягиваясь.

— Здрасте, Ваше Августейшее Величество, — осторожно поздоровался я.

Просто «самозванство» в данном случае… Ну вот совсем в него не верится. За такие шутки будет очень плохо, причём очень долго.

— Привет, — не прекращая потягиваться бросило Его Величество. — Вот я тебя и увидел, Гален. Ладно, проходи… Хотя ты уже здесь. Присаживайся, — сделал он жест в сторону кресла.

Ну я и присел. Чего не присесть-то, раз приглашают?

Тем временем Его Потягушечность потягиваться перестала, подтопала к столу и плюхнулась во второе кресло. И уставилось на меня своими Императорскими Гляделками, пристально так! И молчит, блин…

— Ваше Величество, это… Звали-то меня зачем⁈ — не выдержав, прервал я молчание.

— Потому что ты, с твоим Инвиктусом, парализовал работу моего Секретариата и Канцелярии, — обстоятельно ответил он. — Вообще — я послушал. Правильно ты орал, те ещё раздолбаи. Но орал слишком громко, даже ворота Тронного Зала тряслись.

— Это мы, конечно, да, — умеренно погордился я нашей с Эмиком громогласностью. — Но я имел в виду — на Терру зачем?

— А ты не понял? — прищурился на меня Император.

Я подумал, поискал бегло Путь. Путь если и находился, то крайне ехидный или крайне бредовый. Так что принял я вид, по заветам древнего плотника, «глупый и молодцеватый». Глаза выпучил, чуть косящие и с идиотической улыбкой отрапортовал:

— Никак нет, ваше Императорское Величество!

— Хорош, хорош, — серьёзно покивал на «лихой и придурковатый» вид Его Августейшество. — Чтобы тебя не убили, конечно.

— Э-э-э… Аврелий?

— Да.

— А запретить ему меня убивать нельзя было? — уточнил я.

— Можно. Только я не знал, что покушающийся на тебя — он. Точно не знал. Дело в том, Гален, что для моей семьи действуют некоторые… Ну скажем так, правила. Я их принял довольно давно и не нарушаю, по массе причин, долго перечислять, да и поймёшь сам, со временем. И до определённого момента я просто не знал, кто из моей семьи покушается на другого её члена. Своенравного и не слишком разумно себя ведущего, — покачал он осуждающе головой, смотря на меня. — Но всё же — родственника.

— Чегось?!! — пискнул я, НЕМНОЖЕЧКО, самую малость удивился я.

И вид, подозреваю, у меня был придурковатый не только из-за «заветов». То есть я, конечно, рассматривал такой вариант как возможный. Он многие непонятности объяснял. Но многие — нет, а многому противоречил.

— Ты что, не знал⁈ — с не менее, а возможно, и более придурошно-удивлённой физиономией уставился на меня Император.

— Нет, конечно! — огрызнулся я с перепугу. — Бульбас Турба! — тыкнул я пальцем в адрес Его Зловредия.

— Не понял, — состроил не понимающую физиономию этот фольклорный персонаж. — А, понял! Так, погоди, Гален. Тебя опекал пиит, этот… Никс Брут.

— Фамилиев не знаю, но видимо — он.

— Опекал по посмертному-воле завещанию твоего отца, князя Феба Безупречного. И не сказал, кто твой отец⁈

— Ни черта мне этот сволочной киборг не сказал, — ответил я. — Сунул мне направление в Акакдемию, денежку и билет на лайнер. Ну и пожелал сношаться, как пожелаю.

— Последнее у тебя вроде неплохо выходит, — с похабной улыбочкой сообщил Его Скабрезность.

— Вашими трудами — хреново, Ваше Величество! — отрезал я.

— А я, признаться, думал, ты просто не признаёшь родства — этим ты меня и заинтересовал, помимо геллиота, конечно.

— А до геллиота? — заинтересовался я.

— Ну то, что ты есть, я знал. Выделены средства, договор в Академию по запросу Никса Брута. А в остальном, Гален, ты уж прости — у меня немножко плотный график.

— Империя, да, — признал я. — А то, что вы вот сейчас со мной — это вообще как? — даже немного забеспокоился я.

— Умный ты вырос парень, сам всё понимаешь, — умилилась Его Сентиментальность. — Сам факт того, что я тебя принимаю — не слишком хорошо. Но время у нас есть. И Империя не без присмотра.

— А как? И вы — тот самый Император? — забил я на всякие личные обиды, потому что было ОЧЕНЬ интересно.

Его Повествовательность ухмыльнулся и рассказал такое… Ну в общем, Император — не человек. И в то же время — человек, киборг, гелиот… чёрт голову сломает. Итак, мы находимся в некоем аналоге ИР, все эти облака и всякое такое.