Граф Суворов. Том 12 - Иван Шаман

с жутким запозданием, либо вообще вопреки здравому смыслу. Если знали о терактах, могли сказать заранее. Если были в курсе внешней угрозы… да что там, где вы были и куда смотрели предыдущие годы?

— Успокойся… Судьба Генриха никак не связана с судьбой твоего друга, просто потому что у механойда и паладина, скажем так, были разные покровители. — ответил император. — Оправдываться я не намерен, не мальчишка, что же до пояснений, тебе элементарно не хватает образования.

— Интересно чья это вина? — фыркнул я.

— Только твоя собственная, чужак. — коротко бросил Борис. — Никто более не виноват в твоих бедах. А вот успехи — дело многих, не только твои, как бы странно и нелогично на первый взгляд это не звучало. Захочешь — поймешь сам. Что до моих действий, смотри, анализируй, учись. Возможно, сделаешь верные выводы.

— Пока я делаю самые простые выводы — потеряно несколько областей, страна под очередной угрозой гражданской войны и развала, а император-неимператор, сидит на троне и делает непонятно что, и сам не появляясь на публике, и другим мешая. — резко ответил я. — России нужны технологии, нужен флот, нужны заводы и войска. И я делаю всё чтобы они появились.

— Пока ты лишь усугубляешь церковное мракобесие, отдаляя страну от просвещения на столько, на сколько это вообще возможно. — выждав секунду ответил Борис. — И я готов пойти тебе на встречу, если готов ты. Ну а если нет, всегда можно поговорить с твоим наставником.

— Увы, но наставников в этом мире у меня никак не находится, они все быстро заканчиваются. — усмехнулся я, заставив Бориса едва заметно нахмурится. — Поможете разобраться в технологиях, поразивших Максима, а я постараюсь поменять концепцию действия ордена.

— Ты его распустишь. — жестко проговорил император.

— Кажется ТЫ не верно понял мои приоритеты. — ответил я, вновь обозначив границы. — Максим мне друг, и его жизнь важна, так же, как и жизни тех сотен и тысяч что уже вступили в орден, включая высшую аристократию, духовных лиц и многих других. Орден останется, но лишь я определяю путь его развития. И могу внести небольшие коррективы, если мы договоримся.

— Ты готов пожертвовать своим товарищем ради политических целей? — хмыкнул Борис. — А как же дружба.

— Он не единственный за кого я несу ответственность, и даже не один из сотни или тысячи. — ответил я. — Но тому, кто бросил на произвол судьбы целую страну этого, конечно, не понять.

— Тебе нужен хороший урок послушания. — покачал головой Борис.

— И что же ты мне сделаешь? — в голос рассмеялся я, заставив императора нахмурится. — Пока, все что ты делаешь, ведет лишь к вражде, между нами. Не знаю где ты пропадал, и что ты там делал, но я не твоя игрушка, не твой слуга и никогда им не буду. Хочешь получить врага — это запросто. Мы уже на грани. Либо поднимите жопу с чужого трона, ваше императорское величество, либо уже сядьте на этот стульчак и делайте дело основательно. Сделать две вещи одновременно у вас не выйдет.

— Мы продолжим этот разговор завтра. — через несколько секунд ожидания проговорил Борис, и поняв, что я никуда уходить не собираюсь, сам поднялся с места и вышел из зала, оставив меня в гордом одиночестве, посреди раскиданных стульев. В задумчивости я постоял несколько секунд, а затем, достав коммуникатор отдал приказ перевести все оставшиеся суда в полную боевую готовность и поднять их в воздух.

— Задумались, ваше высочество? — окликнул меня знакомый голос, и подняв взгляд я понял, что и в самом деле задумался, да так что успел каким-то чудом усесться на трон, который недавно грел своей задницей Борис. — Не беспокойтесь, я не стану докладывать о произошедшем.

— О чем? — удивленно спросил я князя Багратиона, оглядевшись. — А главное кому? Вот ведь в чем вопрос.

— Кому? — переспросил Багратион-старший.

— Именно. Кому? — кивнул я. — Это, пожалуй, главное.

— Вы имеете в виду что сомневаетесь в полномочиях или личности вернувшегося императора? — проговорил Леонид.

— А он вернулся? Это точно император или просто существо что обладает гигантской мощью и при этом имеет воспоминания прошлого императора? — усмехнувшись спросил я.

— Понимаю, вы расстроены, ваше высочество, но к вашему сожалению я в императоре уверен на все сто процентов. — грустно улыбнувшись ответил Леонид. — Он регулярно выходил на связь, отдавая распоряжения. К тому же, если что-то выглядит как утка, ведет себя как утка и крякает как утка — скорее всего это именно утка.

— Вы не теряли с ним связи? Выполняли приказы? — уточнил я.

— Именно. Многое что я не осмелился бы провернуть в одиночку, было сделано с его разрешения. — ответил Багратион-старший. — В том числе и уничтожение мятежных семей. Возможно, в вас говорит обида или досада, но не дайте себя обмануть — перед вами настоящий патриот, действия которого просто могут быть непонятны простому смертному или даже не совсем простому.

— Вы меня совсем запутать хотите, ваше сиятельство? — улыбнувшись вздохнул я. — Я не собираюсь слепо следовать его приказам, а опуститься до их объяснения он по каким-то причинам не желает. Как и идти на сотрудничество.

— Он император. — пожал плечами Леонид. — Имеет полное право. Я бы сказал, что он, наоборот, с вами слишком возится, несмотря на все разногласия.

— А что он мне сделает? — пожал я плечами, повторив вопрос. — Убить он меня не может, лишить войск, титулов или наследства, пока сам не вернется на трон — не имеет права. Разве что в открытую напасть на моих людей. Так что…

— Формально вы правы, но не до конца. — улыбнулся Леонид. — Он вполне способен повлиять на императрицу, которая сейчас является главой государства. И все приказы будут поступать уже от неё, вплоть до признания вас мятежником. А это как вы знаете чревато…

— Знаю, как и то, что сейчас в моем распоряжении самый боеспособный флот, расположенный рядом со столицей. — ответил я, заставив Багратиона нахмурится. — Не волнуйтесь, я не собираюсь идти на штурм Зимнего, мне это не нужно. Но если придется, я способен защитить себя и своих людей.

— Опасные мысли, ваше высочество. — покачал головой Багратион. — Вы бы, может, попробовали пообщаться с матерью? Я мог бы провести вас тайными коридорами в её опочивальню.

— Какие у вас были приказы относительно сегодняшней ночи? — спросил я. — Или император не слишком вам доверяет и не распространяется о ближайших планах?

— Наоборот, он мне доверяет, но не на пустом месте, так что сказать вам я ничего не могу. Только посоветовать. — улыбнулся Леонид. — Поговорите с матерью.

— Она ничего не решает. — поморщившись произнес я, и тут же задумался. — Хотя может в этом и плюс, после возвращения Бориса она потеряла куда больше, чем я. Хорошо, если сможете — проведите.

— Конечно, ваше высочество. — чуть склонился князь. — Прошу за мной.

Я и раньше держал третий глаз активным, особенно во время спора с императором, а теперь буквально залил его энергией. Не хватало мне только попасть в засаду или навсегда остаться в замурованном и защищенном от воздействия подземном коридоре. К счастью, Леонид не обманул и в самом деле через несколько минут блужданий по плохо освещенным коридорам для слуг мы оказались в крыле, прилегающем к зимнему саду.

— Матушка. — поздоровался я с женщиной, с грустным выражением лица обрезающей погибшие ветви у растений. — Давно не виделись.

— И я была бы рада не видеться еще столько же. — поджав губы проговорила Екатерина. — Что тебе нужно от старой уставшей женщины.

— Вы совсем ещё не страшная, а по поводу усталости — над ней можно поработать и снять. — ответил я. — Главное тут желание и взаимное согласие.

— С желаниями у меня всё в полном порядке, а вот с согласием будут проблемы. — ответила Екатерина, сурово взглянув на меня. — Говори, что хотел, он скоро вернется.

— Не очень понимаю, чем я заслужил такое отношение. — покачав головой проговорил я. — Разве мы с вами ссорились, матушка?

— Ты… — глаза Екатерины вспыхнули гневом. — Не называй меня так больше.

— Ясно, что же похоже он умудрился вас обмануть и вбить, между нами, клин. — проговорил я, прекрасно понимая, чем вызвана такая реакция.

— Он открыл мне глаза, развеял иллюзию, которая овладела мной. — поджав губы, с едва заметными слезами на глазах проговорила Екатерина. — Ты не мой сын, и никогда им не будешь!

— И почему же? — спросил я, раскинув руки в стороны. — Это тело, разве оно не принадлежит вашему сыну?

— Тело! Не душа или разум! — яростно сказала императрица. — Он мне всё рассказал! Рассказал о том что ты занял тело нашего мальчика, выбил из него душу, заняв её место! Из-за этого он попал в кому из-за…

— Ложь! — резко возразил я, и она замолчала чуть