Гнев Империи II - Антон Романович Агафонов

леди Хильда, то крайне опрометчиво с вашей стороны вставать на его сторону. Буду надеяться, что это просто проявление жалости. Этот человек — ничто, он её недостоин, а любой, кто якшается с ним…

— В таком случае я недостойна, — совершенно внезапно сообщила Хильда. — Ни вас, ни вашего “высшего” общества. Дмитрий Старцев мой жених, и я не позволю его оскорблять.

Услышанное было подобно разорвавшейся бомбе как для Льва и его свиты, так и для меня.

Лев несколько мгновений смотрел на неё, а затем рассмеялся, следом за ним стали смеяться и остальные. Они насмехались над Хильдой, и от этого во мне закипела ярость. Стиснув кулаки, я уже собирался шагнуть вперед, как вдруг почувствовал знакомое прикосновение к своему плечу. Бросив короткий взгляд, я увидел Эйрика, который отрицательно помотал головой.

Северянка стойко выдержала все насмешки, смотря на людей перед собой с полным достоинством, как и полагается аристократке.

— Большей глупости я и представить не мог. Одна из дочерей ярла Лоденборга берет в мужья безродного мещанина? Вы друг друга стоите. Это настолько жалко, что…

— Не так жалко, как ваша смерть, — внезапно сказала Хильда, и смех оборвался. Даже улыбки резко сникли, сменившись замешательством и… страхом. Северянка терпеливо дождалась, когда люди умолкнут, и легко улыбнулась. — Знаете, что обо мне говорят? Что у меня дар Одноглазого, что я вижу ваше будущее. Хотите узнать, что я вижу там?

Лев Беспалов весьма красноречиво сглотнул слюну, и по его виду было понятно, что он совсем не горит желанием узнать собственную судьбу, особенно после слов о “жалкой смерти”.

— Например ты, — Хильда указала на девицу, которой чуть ранее отвесила пощечину. — На одном из… торжеств ты ухитришься разом побывать с двумя мужчинами и… забеременеешь. Ты будешь вести настолько разгульный образ жизни, что узнаешь о сроке слишком поздно. Но ни один из мужчин, что был с тобой той ночью, не станет признавать дитя. А дальше я вижу развилку… Ты либо попытаешься избавиться от ребенка и умрешь на операционном столе от кровопотери, либо родишь уродца в наказание за свои пьянки, оргии и наркотики. В тот момент от тебя отвернутся все, даже твоя мать. Одинокая, опустившаяся женщина с младенцем-калекой на руках.

Анна, кажется так Лев назвал девушку рядом, побледнела. В её глазах полыхал ужас, а я вдруг увидел Хильду с совершенно другой, немного пугающей стороны. Может и хорошо, что глядя на меня, она видит лишь бурю и ничего больше? Уж я бы таких подробностей точно знать не хотел.

— Ну а ты, — теперь она обращалась ко Льву, и тот даже отшатнулся, словно ему сейчас дали невидимую пощечину. — Ты считаешь, что займешь место своего отца, получишь воздвигнутую им империю, но я вижу лишь крах. Ты не сохранишь и не приумножишь его могущество, умерев молодым, в самом рассвете сил, в луже собственной мочи и блевотины. И это лучшая из возможных твоих кончин.

Воцарилось молчание. Оно длилось долго, слишком долго. Беспалову пришлось приложить огромные усилия, чтобы вернуть себе присутствие духа.

— Ты же не думаешь… что я поверю в твои бредни… ведьма, — Льву так и не удалось сказать это без дрожи в голосе, но стоит отдать ему должное, он пытался.

— Тебя отравят, — забивала последний гвоздь в крышку гроба Хильда. — Близкий тебе человек. Тот, кому ты доверяешь.

— Кто?..

— Ты будешь задаваться этим вопросом до конца своей не слишком длинной жизни. “Кто?”. И однажды узнаешь ответ, — губы Хильды растянулись в жуткой улыбке.

По лицу Беспалова было видно, что он хотел спросить что-то ещё, но понял, что проиграл эту словесную дуэль. Что бы он сейчас не сказал, Хильда легко могла перекрыть это новым “откровением”, от которых кровь стыла в жилах.

В итоге Беспалов и его прихлебатели свалили, решив, что нужно отвести раненого в медпункт. Девушка несколько мгновений наблюдала им в спины, после чего обернулась и сердито глянула на меня, уперев руки в бока.

— Вот вечно тебе хочется покрасоваться! — фыркнула она. Обычно Хильда была сдержана в эмоциях, но сейчас от неё так и веяло раздражением и злостью. — Мог же просто проигнорировать их и уйти, а не нарываться на драку!

— На драку нарывались они, — не согласился я. — На самом деле я и впрямь подумывал о том, чтобы уйти, но затем увидел тебя и…

— Я так и поняла, — уже гораздо спокойнее ответила она.

— Почему ты оказалась с ними?

— Мой отец говорил налаживать связи. Побывать в близком кругу с ближайшим другом будущего наследника престола показалось мне хорошей идеей. Но аристократия вашей страны сильно отличается от моей. Тут это напыщенные юноши и пигалицы, считающие себя центром вселенной, но мало что из себя представляющие. Большую часть их состояния заработали предки, и все, что от них требуется, это не развалить то, что уже построено. У нас же это воины. Если ты не способен смело встретить врага на поле боя, возглавляя своих людей на передовой, то не достоин власти.

— Сурово.

— Как и наши земли.

— Это правда, что ты сказала насчет их будущего?

— Наполовину. Как я говорила тебе ранее, я вижу не совсем будущее, а его вероятности в виде знаков. Но своими словами я его изменила. Если Анна теперь завяжет с алкоголем, то Лев напротив, превратится в параноика. Теперь он будет гадать, кто же его предаст, и в итоге сам создаст почву для врагов.

— Сурово, — повторил я, понимая, что девушка своими словами фактически определила их судьбы. Это ведь такая власть? Она может одним лишь словом посеять в душу человека сомнения и в итоге заставить его действовать по нужному ей пути.

А точно ли она видит ТОЛЬКО бурю?..

Теперь и я превращаюсь в параноика.

— А другие твои слова, насчет свадьбы…

Девушка вновь насупилась, бросив на меня сердитый взгляд.

— Для начала, ты даже моей руки не просил. Но… я думаю, с этим мы разберемся. Куда насущнее необходимость получения тобой титула, чтобы этот брак вообще мог состояться. К тому же сразу предупрежу, я не смогу стать Хильдой Старцевой. Я буду твоей женой, но сохраню свою