Максим Паршиков - Звезда

3. Беркуты, собранные из преступников и пиратов всех мастей были опасны для противника именно своей непредсказуемостью и умением прекрасно владеть своим оружием. Так же они славились хитростью, изворотливостью и жестокостью. Именно эти качества и позволяют им до сих пор находиться на плаву.

4. Ну и ОСН Коготь. Отставные профессионалы вояки – ветераны. Шансы уцелеть в столкновении с ними у нас минимальны. Думаю, всем было понятно, что у них жесткая дисциплина, имеются различные боевые модификации, как оружия, так и тела. И то, что их моды морально устарели, частично выработали свой ресурс, ничего не означает. Работают, а это главное, ведь моды установлены, и они, я уверен, ими очень умело умеют пользоваться. Думаю, так же было бы наивно предполагать, что они разучились стрелять. Единственный их минус был в том, что личный состав их команды в основном состоял из отставников, ушедших на пенсию по состоянию здоровья. Вольная жизнь им не пришлась по нраву, вот они и вернулись в строй, подлечившись и отдохнув, чтобы вновь ощутить адреналин от боя в крови.

Думаю, что одна только команда "Когтя" в полном или даже частичном составе способна размазать по стенке нас всех вместе взятых – что взять с курсантов? Подумаешь нас почти сто человек, тем не менее, они нас просто раздавят. Но, как говорится:

– Глаза боятся, а руки делают. – Внезапно всплыла у меня в голове народная мудрость, – по-видимому, из той прежней жизни, что была у меня до заморозки. Пока я предавался размышлениям, "Опал" уже был на мне, а верная винтовка, как домашнее животное создавало приятную тяжесть в руках – не пушинка, но и веса не чувствовалось, как раньше, тренировки наше все! На моем поясе разместились нож, две гранаты и "светляк". Меч в этом бою будет только мешать, и я приказал ребятам не брать их – он лишняя тяжесть, а это снижение маневренности. Тем более о выносливости стоит позаботиться заранее, ведь возможно придется много бегать, и тут каждый килограмм играет роль.

На Полигоне всех внезапно охватило предстартовое волнение. Усилием воли, подавив в себе лишние эмоции, я произнес такую привычную для бойцов команду – отработанную ни единожды:

– Два – один – три!!! Все это прозвучало так привычно и буднично, что весь наш мандраж мгновенно улетучился куда-то… Построение нашей шестерки особым изяществом не отличалось. Ганс и Дуб идут впереди, за ними в центре двигаюсь я, ну а оставшаяся тройка бойцов прикрывает наши спины полукольцом.

Делаю несколько десятков шагов по лесу, и вдруг начинаю странно себя чувствовать. Это было крайне необычное ощущение, как будто бы я уже не первый раз вот так бесшумно и настороженно двигаюсь по лесу, с оружием в руках и внимательно всматриваюсь по сторонам, кустам. Мне показалось, что это уже было, давно, но было. Кровь, смерть и громкие выстрелы, которые разрывали лесную тишину, все это было… или нет? Не помню… Это определенно дежа-вю. Вот только стоит ли вспоминать былое? Прошлое мертво, есть только сейчас! Выжать себя сейчас до конца, и возможно мы доживем до завтра.

Мотнув головой, я вернул мысли в нужное мне русло. Отвлекаться было бы слишком опасно для нас, и поэтому мне нужно было полностью сосредоточиться на предстоящем столкновении. Интуиция подсказывала мне, что оно непременно произойдет, причем в скором времени. Большой глупостью с нашей стороны было бы сохранять неизменным построение нашей боевой группы на всем протяжении маршрута. И поэтому уже через семь минут после начала нашего движения командую парням остановиться.

Пять пар глаз вопросительно уставились на меня. И чего спрашивается, смотрят? Нет бы, чтобы контролировать местность – все же нам далеко до профессионалов, очень далеко. Конечно, я не мог видеть нашего противника, но чувствовать мне никто не запрещал, а в последнее время я очень полагаюсь на свою интуицию. И сейчас она мне говорит – скоро начнется!

– Ганс идет в шагах двадцати впереди – разведка. Правый сектор – Дуб. Ты продвигаешься шагов на пятнадцать в сторону и на тридцать со сдвигом назад. Левый сектор в тех же границах обеспечивает Оранс. Общение по внутренней связи свести до минимума. При обнаружении противника, отходить, ввязываясь в бой только при обнаружении. Желательно избежать прямого столкновения. В открытом столкновении нам их не победить, попробуем устроить им ловушку.

Вот таким образом мы и двинулись вперед, медленно и насторожено. Нам необходимо было поддерживать дистанцию не более семидесяти метров от передовой группы для того, чтобы успеть вовремя, занять свои позиции и приготовится к бою. И все равно у меня не было уверенности, что действуем правильно. Интуиция это хорошо, ну не глупцы же наши враги, неужели они не догадаются выслать вперед отряд или разведчиков, и это с их-то боевым опытом…

Действительность оказалась примерно, такой как я и ожидал. Но хоть мне удалось избежать разочарований в противнике, хорошо, что я его не недооценил.

– Сквайр, вижу противника, отхожу с боем. Меня прикрывают Оранс и Дуб. Имею повреждения брони, легкие ранения.

– Понял, – быстро ответил я и, подняв руку вверх, сделал вращательное движение кистью, что означало для остальных бойцов "рассредоточится и занять позицию". – Продолжай отход, мы идем тебе на встречу, – начал говорить я наблюдая как бойцы рассасываются по позициям, и не забывая опровергнуть свои слова кодом, на случай если нас "слушают" противники. – Тридцать три, Ганс, как понял?

– Понял, – ответил он, следую приказу.

Коко устроился между корней огромного дерева. Там, как раз под его габариты, была хорошая и удобная выемка, в которую он без особого труда умостился. Масло, как мне показалось, несколько растерялся, и выбор его укрытия был не самым удачным. Вернее сказать совсем неудачным.

– Ну, кто прячется в кусты? Они что, защитят от импульсов или пуль? Даже осколки гранаты не остановят. – Костерил я его в душе как мог. Ладно бы лег в грязь, она хотя бы импульсы смягчает – поглощая часть энергии.

Но менять что-то в позиции парней было уже поздно. Используя максимальное усиление, подпрыгнул вверх и зацепился за ветку дерева. Все так же максимально закачивая энергию в пситкань, мое тело двигалось вверх. И вот, наконец-то, добравшись до места, так мне приглянувшегося, я слился со стволом и быстро осмотрелся вокруг. Не успев полностью изучить обстановку, мне пришлось вглядываться вдаль, так как внизу, уже слышались близкие выстрелы, а некоторые особо мощные лучи от импульсных выстрелов можно было даже увидеть. Прямо под моей позицией пробежал Ганс, и я скомандовал парням:

– Занять позицию, одиннадцать, сорок метров.

Правильно поняв меня, он пробежал еще примерно метров сорок и нырнул за ствол зеленого гиганта. Нам повезло, что стрельба велась с большого расстояния, да и деревья не способствовали прицельному огню на бегу, а то "числился" бы сейчас Ганс, а может и не он один в покойниках.

Очень скоро в секторе моего наблюдения показались двое бойцов – скорее всего это была разведка. Они передвигались по лесу очень грамотно и четко. Один перебегал от одного ствола дерева к другому, а напарник прикрывал его от возможного огня. Затем они менялись ролями. Ни единого лишнего движения, каждый штрих отработан и выполняется автоматически – на уровне инстинктов. Подпустив их поближе, мы стали поджидать и остальных. Вступив в контакт, Ганс заставил врага, приостановится всего в десятке метров от наших позиций. Сверху предо мною открывался прекрасный вид на расположение, как моих парней, так и противника. Слева я смотрел в открытый бок одного из солдат противника. С правой стороны было отчетливо видно, что Коко ясно видит соперника, так как его цель находилась всего в каких-то пяти метрах от него.

Но целью нашей засады была не разведка, а сам отряд. Но главные силы не спешили. Смысл атаковать двоих, при этом раскрывая свои позиции. Менять элемент неожиданности на двоих бойцов вражеского отряда мне казалось неравномерным обменом.

– Вижу противника, – доложил Оранс, – заходит в наш тыл с моей стороны.

– Отходи к Гансу, займи позицию неподалеку от него.

Вот и нашелся наконец-то основной отряд. Они решили обойти нас с фланга, а они у меня прикрыты. Вот так сюрприз будет для неприятеля. Тем временем дела у Ганса стали складываться достаточно плачевно. Двое солдат определенно собирались послать ему гранату, это мне было видно отсюда даже и без оптики. Вот когда один из них достал гранату и приготовился ее кидать, я не позволил ему сделать это.

– Огонь, – последовала моя команда, и позиции вражеских разведчиков были накрыты импульсными выстрелами.

Один противник был расстрелян Коко почти в упор, так что он даже понять ничего не успел. Однако напарник неудачливого бойца успел-таки сориентироваться в изменившейся обстановке, и попытался сменить позицию, используя для этого пситкань в максимальном режиме, совсем не жалея энергии. Но вот выстрел оказался фатально быстрее, и поэтому шансов у него не было. Даже в этой безнадежной попытке чувствовалось, что противник еще не понял до конца, что они попали в засаду, а интуитивно смещаться в сторону начал, вот что значит опыт.