Живые клинки - Елизавета Владимировна Соболянская

плюнула на раскрашенный кусок пергамента и выбрала направление по солнцу и приметами, которые ей объяснял отец.

За лесом текла река. По условиям задачи ей следовало перебраться через реку в полном вооружении, а потом еще принять бой с неизвестными противниками. Поразмыслив, Вирата сняла все лишнее – поножи, наручи, шлем – и оставила на берегу. Нагрудник набила сухим тростником, продела в ремни копье и ринулась вплавь.

Вымокла, замерзла, но меч и кинжал сохранила. На берегу, посмотрев на отяжелевшую от воды кожу, бросила остатки доспеха, но взяла с собой копье, чтобы в случае чего опираться на него, как на посох.

Последний этап был совершенно изматывающий – навалилась страшная жара, а идти надо было по неровной каменистой тропе в гору. Жара была приятной ровно до того момента, как одежда высохла на теле, и Вирата сообразила, что у нее нет с собой фляги. Сразу вспомнился шлем, оставленный на берегу – вот бы сейчас пригодился, как котелок! И поножи тоже… Девушка болезненно поморщилась, в очередной раз обдирая ноги о незамеченный скальный выступ.

За время дороги ей пришлось дважды останавливаться и начаровывать себе льдинки, собирая влагу из окружающего воздуха. Льда получалось до обидного мало, но это заклинание позволило ей своими ногами выйти на плато, где сияла портальная дверь. А перед дверью играли в кости пять крупных орков.

Усталая девушка с двух рук засадила в ближайших дикарей ледяные копья, а в третьего вонзила настоящее копье, с некоторым облегчением наблюдая, как они лопаются, точно воздушные шарики. Значит, все же фантомы… не ошиблась. Убивать разумных Вирате еще не приходилось. Последнюю пару пришлось помотаться по плато, убегая от них и кидаясь мелкими камушками. А когда орки подошли к подходящему месту, боевичка уронила на них левитацией пару глыб и, утерев жаркий пот, еле переставляя ноги, вошла в дверь.

Портал унес ее сразу к лекарям. Там её напоили, осмотрели все синяки и ссадины, констатировали отсутствие серьезных повреждений и отпустили с миром, вручив на прощание банку целительной мази.

Выйдя из лазарета, Вирата узнав, что результаты сообщат позже и на сегодня она свободна, бережно понесла свое тело в общежитие.

Добравшись до своей комнаты, девушка снова вспомнила добрым словом просторную ванну аристократического общежития, а также расторопную горничную, готовую помочь нанести лекарство. Теперь же пришлось, уворачиваясь от восторженных прыжков щенка, доставать, греть и насыпать ему еду, наливать воду. А после идти в душ, смывать пот, грязь и кровь. Потом, изгибаясь и подглядывая в зеркало, наносить лекарство на поцарапанную когтями орков спину (а нечего было доспехи бросать!), затем, стеная от жалости к себе, мазать разбитые колени, локти и даже лицо!

Закончив процедуры, Вирата завернулась в простыню, как в тогу, и без сил рухнула в постель. Выр подошел, положил косматую морду на постель и сочувственно вздыхал, пока хозяйка засыпала.

Глава 13

Утром на занятиях объявили состав групп, идущих на большую игру – третью часть испытания. Вирата в список не вошла, чему, на самом деле, очень обрадовалась. Все же силовые операции не ее метод, а масштабная игра предполагала операции войскового уровня – благо маги Академии могли создавать фантомов сотнями и тысячами.

Радуясь своему избавлению от очередной беготни с мечом, девушка отправилась в столовую в надежде перехватить друзей. Дорн и Итла сидели за одним столиком и угрюмо ковырялись в тарелках. Плечи северянина, прежде украшенные татуировками, теперь скрывались под плотными повязками, кое-где сочащимися кровью.

– Что случилось? – Вирата осторожно села на стул оберегая свои раны и беспокоясь о состоянии друга.

Некромантка и кузнец переглянулись, потом парень протянул ей руку:

– Знаешь, что это?

На запястье, под традиционным кожаным напульсником кузнеца, виднелась татуировка. Вирата с замиранием сердца сдвинула плотную кожу и уставилась на знакомое клеймо:

– «Королевский меч»! – выдохнула она, борясь со спазмом в горле.

– Точнее ножны, – Дорн угрюмо усмехнулся, – раньше зельем обрабатывали, когда кожу срезали, а теперь… По живому режет сволочь!

Девушка покачнулась и перевела взгляд на Итлу, та мрачно кивнула в ответ:

– Я щит, чешуйки выщипывает по одной, только сперва нейтрализатором поит, ни одно зелье в теле не держится, даже пустырник.

Вирата зажала рукой рот, потом уронила голову на стол, давая себе минутную передышку и, наконец, выпрямилась, отдернула рукав и показала свое клеймо:

– А я – «клинок» и думала, что сбежала от этого садиста…

Все трое ошеломленно переглянулись. Некромантка сообразила первая, вскочила и схватила Вирату за тонкую алую косичку. Потом продемонстрировала целую ладонь и медленно села на место. Дорн помялся, но тоже протянул руку.

– Не надо, – устало вздохнула Вирата, – помнишь, как обнимал? Не порезался же.

Теперь молчали трое. Через некоторое время «лилия смерти» поинтересовалась:

– Я щит, Дорн ножны, ты клинок, а рукоять кто?

– Не знаю, – пожала плечами девушка, – но, если книги о королевских клинках не лгут, она тоже где-то тут.

– Думаешь она? – Итла задумчиво покрутила ложечку.

– Да мне все равно, – голос первокурсницы звучал глухо, – я так надеялась, что сбежала от этого подонка!

– Так он и тебя навещал? Шустрый гад! – некромантка пригорюнилась, а потом вдруг встрепенулась: – погодите! Права «королевских клинков», помните, там есть подпункт, про сложившуюся команду!

– Что за подпункт? – Вирата нахмурилась, пытаясь среди вороха новых знаний вспомнить давно читанную книгу.

– Если команда собирается целиком, она имеет право более не сдавать материалы в королевскую сокровищницу! Потому что отныне бойцы сами изготавливают все потребное оружие!

– Ты уверена? – девушка оживилась и тут же нахмурилась: – нас пока трое, нужно искать четвертого!

– В этом году с нас дань уже взяли, – Дорн выразительно потер повязку и получил от Итлы по рукам.

– Значит, нужно найти рукоять к следующей осени. Еще бы знать, как искать, не бегать же по Академии с прядью моих волос, наблюдая за теми, кто уцелеет.

– Ты и на такое способна, – криво усмехнулась Итла, – но насколько я помню жизнеописание самых известных команд, они все собирались в час испытаний…

Дорн и Вирата переглянулись, потом вместе уставились на Итлу и хором сказали:

– Студенческие игры!

– Меня записали на факультетские соревнования, – призналась Вирата, – вчера был первый тур, но я вылетела.

– Меня тоже записали, – солидно кивнул головой Дорн, – наставник сказал, что мой способ укладки стали в полосу более надежный и его надо опробовать в критических условиях, и, кажется, я прошел.

– А я и так сильнейшая на курсе, – поморщилась Итла, – меня сразу в списки внесли.

– В общем, встретимся на играх и будем зорко смотреть по сторонам, – подвела итог Вирата.

Несмотря на то, что она была младше всех