Кровь черного мага 1 - Эрик Гарднер

немедленно выпутались из сложившейся ситуации. Уже даже руку в свою сумочку запустила. Я подумал, могла ли она со своей колдовской силой что-то предпринять, если «волшебная» сила золота не сработает? Но тётушка глянула на меня и передумала давать очередную взятку.

— Повернитесь спиной.

На нас надели наручники. Впрочем, видно было, что ситуация действительно была нестандартной и оба полицейских были растеряны.

— Берегите голову.

Усаживая нас на заднее сидение, нам мягко надавили на плечи, явно старясь оставаться деликатными. Неужели из-за уважения к моему дяде? Наши чемоданы положили в багажник. Машина тронулась, пристань осталась позади и мы поехали по улицам Корка.

— Вот уж не думал, что родина моей матери так гостеприимно меня встретит, — негромко заметил я, снова перейдя на гэльский, глядя в окно на пролетавшие мимо здания.

— Возможно, у вас завелся недоброжелатель, — полицейский продолжал изучать мой паспорт. — Согласно отметкам, вы вполне добропорядочный гражданин. Даже приносящий пользу человеческому обществу, несмотря на свое происхождение.

Я благоразумно промолчал.

Минут через двадцать, выехав загород, мы добрались до места. Я увидел серые руины замка, возвышающиеся над обширными садовыми угодьями.

— Это…

— Замок Бларни, много столетий стоит полуразрушенный. Ваш дядя проживает в особняке Бларни-хаус по-соседству с руинами. Впрочем, особняк сам вполне смахивает на замок.

Бларни-хаус оказался огромным серокаменным четырехэтажным особняком в викторианском стиле с круглыми башнями, миниатюрными навесными башенками под самой крышей и высокими дымоходами. Вокруг располагался ухоженный сад, да и сам особняк находился в отличном состоянии. Машина замерла у парадного входа.

— Подождите пока здесь.

Первый полицейский кивнул второму, чтобы охранял нас, а сам вышел с извещением из машины и скрылся особняке.

Через десят минут он вернулся. Открыл двери, держа в руках ключи от наручников, снял их нам прямо в салоне. Мы вышли из машины уже свободными. Цецилия терла покрасневшие запястья. Полицейский глянул на мои, на которых следов не осталось, отдал паспорт.

— Повезло. У тех, у кого есть магия, они вызывают что-то вроде аллергии.

— Что вам сказали? — спросил я.

— Даллан подтвердил, что приглашал вас. Сам объяснит, почему таким «оригинальным» способом. Про ваш паспорт решил ему не говорить, чтобы не расстраивать. Он очень хороший человек, — полицейский вернул мне паспорт. — Внутри стоит отметка, что вам в стране разрешено оставаться еще три недели. Большая просьба, из дома дяди не отлучаться и уведомлять нас в противном случае, чтобы мы знали, где вы находитесь. Всего хорошего.

Они уехали. Цецилия вздохнула с облегчением. Я же смотрел на флагшток, на котором трепетало знамя с весьма странным гербом. Цецилия проследила мой взгляд.

— Что это?

— Видимо модернизированный герб рода Наэр.

На белом фоне была изображена золотая чаша, вокруг которой обвилась зеленая змея, держащая в пасти веточку вереска.

— Знаешь, что это мне напоминает? — спросила Цецилия.

— Всемирную организацию здравоохранения? — догадался я.

Тётя кивнула. Из дома, между тем, вышли двое мужчин, судя по одежде, из обслуги. Один подхватил наш багаж и потащил внутрь.

— Господин Райнер-Наэр, следуйте за мной, — произнес второй. — А ваша тетя пусть за моим сотрудником идет.

Мы вошли внутрь. Обстановка внутри дома была соответствующая. Мраморные плитка и лестница, ковры, вычурная антикварная мебель, тяжелые бархатные портьеры на окнах, стены, обшитые деревом до половины, с орнаментальными обоями выше, хрустальные люстры и светильники с позолотой. Слуга с чемоданами направился куда-то дальше из холла по коридору, и Цецилия, бросив на меня многозначительный взгляд, заторопилась за ним.

Мы же с провожатым поднялись по лестнице на второй этаж. Прошли несколько залов, образующих анфиладу. В конце ее провожатый открыл единственные затворенные двери и знаком пригласил войти.

Я прошел в огромный кабинет. Двери мягко стукнули за моей спиной. Ко мне обернулся облеченный в темно-серую визитку, черный жилет и серые штаны человек. Среднего роста, худощавый и черноволосый. Болотного цвета глаза его широко распахнулись, когда он оглядел меня.

— Нет, сестры надо мной словно издеваются! — сказал он на гэльском, всплеснув руками. — Это уже ни в какие ворота…

Он подошел к столу, подхватил хрустальный графин, плеснул себе в стакан. Потом, глянул на меня.

— Будешь?

— После всего, что произошло, пожалуй, да, — произнес я удивленный таким странным началом нашего знакомства. — Главное, чтобы вы туда яду не насыпали.

Дядя, потянувшийся за вторым стаканом на полке, замер, резко обернулся ко мне, оглядел еще раз с головы до ног. Потом хмыкнув, налил и знаком приказал подойти.

— Эгихард… — он покачал головой. — Ты одежду сам подбирал? Или твоя опекунша?

Я глянул на себя, не понимая, что не так.

— Вы про белую рубашку? И светлый костюм? Сам. И наверное хорошо, что я нарушаю какие-то сложившиеся стереотипы, людей не так нервирует.

— На гэльском говоришь без малейшего акцента, удивительно. Мать с тобой дома разговаривала?

Я обратил на него потяжелевший взгляд.

— Да, я знаю, что у тебя проблемы с воспоминаниями, но вдруг ты что-то помнишь.

— Вы откуда знаете про мои проблемы?

— Твоя опекунша пару раз писала мне. Лет пять назад. Просила денег на восстановление твоего дома. Ушлая дама, надо заметить. Денег она не получила, зато я кое-что узнал. Так что ты помнишь, Эгихард?

Разговор стал походить на какой-то допрос и я подумал, что пора брать инициативу в свои руки. Тем более, что у меня у самого было вопросов хоть отбавляй. А уж если показать дядюшке мой новый паспорт, ситуация так и вовсе резко измениться. Но с этим я решил пока повременить.

— Пять дней назад, в канун моего совершеннолетия, кто-то подослал заколдованного жеребца в мой племенной табун. Агишку. Он взбаламутил всех лошадей, убил вожака и увел всех остальных в море. А еще… он произнес заклятие, приказав одному из околдованных коней утопить меня. Ничего не хотите рассказать, дядя?

В это время снаружи раздался жуткий странный вой. Я, содрогнувшись, уставился на окно. Кожу продрало морозом.

— Ты что-то услышал? — Далан, нахмурившись, пристально глядел на меня.

— Вой. Словно… — я запнулся, уставился в изумлении на дядю.

— Банши, — подтвердил он и уселся за стол в кожаное кресло. — Жаль что у тебя нет магического дара, Эгихард…

— Объясните, что уже происходит. Полицейские сказали, что вы в добром здравии. Это я и сам вижу. К чему было послание о вашей скорой смерти?

— Это долго объяснять