Маг-хранитель - Владислав Адольфович Русанов

– Так вот, тебе доступен кусочек размером со спичечный коробок. Вайсу – метр на метр.

– А вы, конечно, видите целиком? – Денис начинал злиться. Он не любил, когда собеседники подчёркивают свою особость и уникальность, настаивают на собственном превосходстве. Будь они трижды великими магами и учителями. – Полностью?

– Нет. Не всю, – неожиданно ответил Иван Порфирьевич. – Где-то три четверти. Какие-то детали ускользают и от меня. Поэтому приходится включать логику и домысливать. Не могу гарантировать, что домысливаю абсолютно точно, но я стараюсь. Хотя бы потому, что давно запретил себе любые вмешательства во внешний мир. Я могу только созерцать и осмысливать. Поэтому у меня неплохой опыт домысливания. Лет шестьдесят… Но время идёт, а ты голоден! Авдотья!!!

– Иду я, иду! – отозвался дребезжащий голосок, как будто старушка стояла за дверью и только и ждала приглашения.

Она занесла глубокую миску, над которой поднимался пар.

Вареники!

Горячие, влажно поблескивающие, посыпанные золотистым поджаренным луком и политые сметаной.

Денис чуть не захлебнулся слюной. Откуда Авдотья узнала, что он обожает вареники? Когда-то, ещё до войны… Как быстро в Донецке привыкли разделять время на «до войны» и «в войну»! И как долго подобные выражения будут забываться? И всё-таки – когда-то, ещё до войны, они всей семьёй гостили летом у бабушки в маленьком селе Полтавской области. Вот там Денис наедался варениками вволю. Мог обходиться без любой другой еды, но вареники! Теперь дом бабушки за линией фронта. Мама изредка говорит с ней по телефону, но ехать пока не собирается. Никто там «сепаратистов» не ждёт, никто им не рад.

Парень удивлённо посмотрел на деревянную ложку, с украшенным резьбой держаком. Он привык есть вилкой.

– Только ложка, милок, – словно подслушала его мысли Авдотья. – Кто ж вареник колет? С его тогда весь смак вытечеть.

Денис подумал мгновение-другое и согласился. Всем известно – самое вкусное кроется у вареника внутри. Он подцепил один из них ложкой, подул, опасаясь обжечь язык, а потом отправил в рот… И даже глаза зажмурил от удовольствия.

– Кушай, милок, кушай, – продребезжала Авдотья.

– Давай, налегай. Столько побегал… – поддержал её Учитель. – Только вначале прожуй и скажи, что из моих слов тебе больше всего непонятно?

– Брамфатура, – проглотив первый вареник, Денис произнёс первое, что пришло ему в голову.

– Хорошо. Попробую пояснить. Во вселенной существует множество миров. Да, они отстоят друг от друга на миллиарды вёрст, а то и больше. Вряд ли когда-либо при нашей жизни нам суждено будет повстречать выходца из другого мира.

– А как же НЛО? Инопланетяне, «тарелочки», контактеры и всё такое?

– Ты веришь в эту чушь? – приподнял бровь Иван Порфирьевич.

– Хочется верить. Ведь это так интересно – встретиться с внеземной цивилизацией!

– Может, и интересно, – пожал плечами старик. – Но не уверен, что полезно для здоровья. Ты можешь быть уверен, что выходцы из иной брамфатуры не уничтожат человечество, как хозяйка домашних муравьёв, протоптавших дорожку к банке с вареньем?

– Высший разум гуманен! – Денис повторил фразу, вычитанную в какой-то из книжек.

– Хочется верить, да не хочется проверить, – сильные и ловкие пальцы Учителя продолжали мять глину, формируя из неё подобие человеческой фигурки. – Ты слушай и мотай на ус.

– Простите…

– Логос простит. Мне не хватает только иномирцев. Вполне достаточно местных демонов. Меньше врагов – меньше забот. Миры состоят из слоёв. Как пирог. Слой сладкий, слой горький, слой сухой, слой мягкий. Это я к примеру, чтобы тебе понятнее было. У каждого слоя своё название, свои обитатели, свой норов. А все вместе они называются брамфатурой.

– Это как у викингов – Асгард, Мидгард, Нифльгард?

– Викинги не были дурачками и ведали многое из того, что современным людям представляется сказкой. В их легендах отражено строение нашей брамфатуры. Не полностью, конечно, а ровно столько, сколько мог вместить их разум, весьма ограниченный в силу варварского образа жизни. То, что они называли Мидгардом, мы сейчас именуем Энрофом. Я правильно угадал твой второй вопрос?

Денис кивнул.

– Брамфатура система сложная. Все её слои так или иначе взаимодействуют. В них идёт непрестанная борьба провиденциальных и демонических сил. Пока понятно?

– С демоническими понятно. А провиденциальные это…

– Это силы Добра. Относительного Добра конечно, ибо всё в мире относительно.

– Ну, это понятно… – Денис вдруг понял, что скребёт ложкой по пустой миске. Кажется, он мог бы съесть ещё столько же, но добавки просить постеснялся.

– Не всем понятно. Некоторые выросли на идеалистических принципах, – Иван Порфирьевич поморщился, явно вспоминая какого-то старинного знакомого, с которым немало времени провёл в спорах о природе бытия и строении мира. – Существуют брамфатуры, полностью свободные от сил Зла, а есть и такие, что полностью подчинены демоническому началу.

– Откуда вы знаете… – начал было Денис, но замер, глядя на новую статуэтку в руках Учителя.

Небольшая, сантиметров пятнадцать в высоту, она изображала тощее человекоподобное существо с трёхпалыми конечностями и круглой головой, по обе стороны которой торчали на стебельках глаза-шарики, очень похожие на крабьи. Выдавались вперёд вытянутые трубочкой губы, как недоразвитый хобот маленького слона, а от внутренней поверхности рук тянулись к бокам и бёдрам перепонки. Конечно, тонкую кожу, напоминающую крыло летучей мыши, из глины не сделаешь, но Ивану Порфирьевичу удалось обозначить складки и хотя бы намёком дать понять – существо крылато. Точно таких Денис видел в своих странных и пугающих снах и нисколько не сомневался – всё, что происходит с ним сейчас, является следствием именно загадочных сновидений.

– Что всполошился? – Учитель тут же почувствовал страх и растерянность парня. Наверняка, с его магическим уровнем не составило труда просто почувствовать волнение или же считать ауру. Или как там у колдунов это называется?

– Нет, ничего… – дрожащим голосом ответил Денис.

– Не смей мне врать! – Иван Порфирьевич расправил плечи, выпрямился и стал похож на Гэндальфа, рассерженного непослушанием Бильбо Бэггинса, который попытался припрятать кольцо. – Мне даже магия не нужна, чтобы понять – ты испуган. Испуган?

– Ну, да… – нехотя признался Денис.

– Чем? Неужели тебя напугал игва? – старик поднял повыше статуэтку. – Признавайся!

– Ну, да… Он.

– Ты видел его раньше? – в голосе Учителя появились тревожные нотки. – Там был не только раругг? Кто ещё гнался за тобой?

– Нет, там был только раругг, – Денис решил признаться сразу и во всём, ныряя, как головой в омут. – А этих, как его…

– Игв.

– Да, игв я видел во сне.

– В каком ещё сне? – нахмурился Иван Порфирьевич. Получается, что даже самые могучие маги далеко не всесильны и не всеведущи. От них можно утаить что угодно, если, конечно, задаться целью. – Ты не говорил ни о каких снах.

– Вы